Солнечный ветер

– Боже правый, не может быть! Глазам своим не верю… Неужели это та самая Нэнси Рейд, на которой я чуть было не женился!

Когда рядом раздалось изумленное восклицание, Нэнси едва не уронила чашку кофе, которую в тот момент держала в руке. Подобную фразу мог произнести только один человек – Джей Келли. Голос тоже явно принадлежал ему, уж в чем в чем, а в этом Нэнси никогда бы не ошиблась.

Она медленно обернулась. Так и есть – Джей Келли собственной персоной. По-прежнему сверкает белозубой улыбкой.

– Не

Пока Нэнси растерянно хлопала ресницами, Джей отодвинул стул и опустился на него, пробормотав:

– Сочтем молчание знаком согласия.

– Что ты так кричишь?! – запоздало прошипела Нэнси.

Джей удивленно взглянул на нее.

– По-моему, я говорю достаточно тихо.

– Сейчас – да. А сначала завопил так, что на нас все обратили внимание.

Она покосилась по сторонам, будто пытаясь определить реакцию сидевших за соседними столиками посетителей кафе. Многие из них были пассажирами того же самолета, в котором летела сама Нэнси, – например, расположившаяся через столик пожилая супружеская пара. Их места в салоне авиалайнера находились рядом с Нэнси, только та сидела у иллюминатора, а супруги ближе к проходу.

– Не преувеличивай, я не кричал, – сказал Джей.

– Ведь я слышала, – сухо напомнила ему Нэнси. – Так что лучше не отнекивайся.

Джей пожал плечами.

– Тебе показалось, только и всего.

Откинувшись на спинку стула, Нэнси смерила своего визави взглядом.

– Послушай, я пока в своем уме и способна отличить крик от шепота. Вовсе незачем было орать на весь зал «та самая Нэнси Рейд» и так далее.

– На которой я чуть было не женился?

Нэнси поспешно опустила ресницы, не желая, чтобы Джей рассмотрел выражение ее глаз.

– Вот именно…

– Но это чистая правда!

– Которую вовсе не обязательно знать всему свету.

Воцарилось молчание. Несколько мгновений Джей разглядывал Нэнси, потом с его губ слетел вздох.

– Ну вот, пожалуйста! Не успели увидеть друг друга, как уже спорим. Интересно, почему так происходит – стоит нам сойтись, как мы тут же начинаем пререкаться?

– Я не начинаю, – по-прежнему не глядя на него, буркнула Нэнси.

– А кто же? Я?

– Разумеется.

– Но я всего лишь сказал, что… – Он вдруг умолк на полуслове и продолжил совсем другим тоном: – Послушай, а ты разве не хочешь со мной поздороваться?

Нэнси наконец посмотрела на Джея и тут же вздрогнула, наткнувшись на его внимательный взгляд.

В который уже раз за долгие годы их знакомства ей невольно подумалось о том, какие выразительные у него глаза. Медвяно-карие, с золотистыми искорками, появлявшимися всякий раз, когда он смеялся или хотел кого-нибудь очаровать. Женщину, разумеется… В юности Нэнси испытала на себе всю силу этих глаз.

Не желая выказывать беспомощность, которую всегда испытывала в обществе Джея, она сдержанно произнесла:

– Здравствуй.

– Так-то лучше. Теперь можно продолжить

Вопрос был не риторический, Джей действительно ждал ответа, и в глубине души Нэнси догадывалась, что стоит ей покачать головой, как он встанет и уйдет, чтобы, возможно, больше никогда не приближаться к ней даже в случае неожиданной встречи – такой, как сейчас. Хочет она этого?

Нэнси неопределенно повела бровью, тем самым отвечая и Джею, и себе самой. Более точного ответа она просто не знала, особенно в том, что касалось ее желаний.

Однако Джею и этого было достаточно.

– Наконец-то мы встретились, – произнес он без всякого выражения, словно констатируя факт. – Ну, рассказывай.

– Что? – машинально спросила она.

– Как поживаешь, как у тебя дела, ну и вообще… – Джей медленно скользил взглядом по ее фигуре.

Разумеется, Нэнси заметила, куда он смотрит, и на мгновение застыла с будто приклеенной к губам улыбкой. Выражение ее лица являлось своеобразным фасадом, за которым скрывалась внутренняя неуверенность вкупе с растерянностью и досадой по поводу встречи с Джеем.

Ну кто мог предсказать, что он тоже окажется в аэропорту Атланты! Причем в тот самый день и час, когда туда прилетит Нэнси.

Если бы ей заранее было известно о том, что здесь произойдет столкновение с Джеем, то она не отправилась бы, подобно другим пассажирам, в кафе, а лучше погуляла бы на улице или посидела в зале ожидания! Но не зря ведь говорится: знал бы, где упадешь, соломки бы подстелил…

Впрочем, Нэнси все же обладала сведениями о том, где находится Джей. Сообщил их ей отец, Уильям Рейд, архитектор по профессии. Именно он уговорил Нэнси отправиться вместо него в Майами.

Если бы не это, а также незначительная поломка, из-за которой самолет, следующий рейсом Детройт – Майами, не совершил бы вынужденную посадку в Атланте, Нэнси не зашла бы в расположенное на втором этаже аэропорта кафе и не повстречалась бы там с Джеем.

Вот не лежала у нее душа к этому путешествию, и не напрасно!

Все началось с досадного совпадения. Отец Нэнси, Уильям Рейд, и его молодая жена Кэт собрались в Канаду на горнолыжный курорт Банфф. И в этот же период им пришло приглашение от Бена Келли, друга юности Уильяма, прибыть на семейное торжество. Праздновалась тридцать пятая годовщина брака Бена и Лайзы Келли.

Уильям и Бен подружились еще в университете, где они учились на архитектурном факультете. Позже, когда оба женились, стали приятельницами и их жены. Этим добрым отношениям не мешало даже то обстоятельство, что Уильям и Бен проживали с семействами в разных городах – первый в Детройте, второй в Балтиморе. Все время, пока была жива Эвелин, первая жена Уильяма и мать Нэнси, семьи регулярно навещали друг друга по праздникам. Когда Эвелин не стало, визиты сначала прекратились, но потом возобновились. Благодаря этому Уильям позже женился на Кэт.