Солнечный круг

Мы выросли на книгах Аркадия и Бориса Стругацких, как и многие наши друзья, как целые поколения читателей. К сожалению, с Аркадием Натановичем мы не успели познакомиться, но встречи и творческая дружба

с Борисом Натановичем Стругацким оставили в нашей жизни неизгладимый и замечательный след. Мы встречались редко, никогда не были участниками его знаменитого Семинара, но с первой же личной встречи подпали под его обаяние, а он, как теперь хочется верить, тоже испытывал к нам и нашим текстам некоторую симпатию.

Непререкаемый авторитет, мудрый и принципиальный, он никогда не впадал в гордыню, не поучал, а всегда умел слушать, слышать, поддерживать. В фантастических текстах он ценил не то, что сейчас называется спецэффектами, а Достоверность, «сцепление с реальностью». Правду характеров, правду жизни, прежде всего нашей, зачастую горькой и трагичной, но со светом в конце туннеля.

Надо ли говорить, как важна была для нас его оценка? Просто осознание того факта, что Стругацкий прочитает наши тексты, в свое время нас ошеломило – как полет на Марс, как небывалый подарок. Надо ли говорить, насколько ценной для нас была премия «Бронзовая улитка», которую Борис Натанович единолично присуждал, а потом вручал со сцены на конвенте фантастов «Интерпресскон» под Петербургом?

«Бронзовая улитка» присуждалась с 1992 по 2012 год – год, когда не стало Бориса Натановича. Маленькая улитка, ползущая по вертикальному склону, – образ из эпиграфа к роману братьев Стругацких «Улитка на склоне»:

«Тихо, тихо ползи,

Улитка, по склону Фудзи,

Вверх, до самых высот!»

Эта бронзовая статуэтка была для нас дороже «Оскара». Всего БНС присуждал нам «Улитку» пять раз: за романы «Армагед-дом», «Долина совести», повесть «Последний Дон Кихот», рассказы «Баскетбол» и «Император». К последнему рассказу мы написали продолжение – «Визит к императору». Рассказ был опубликован летом 2012 года, когда Борис Натанович уже тяжело болел, и вскоре его не стало.

В этот сборник мы включили повести и рассказы, которые отметил Борис Натанович, и две новые повести, прежде нигде не опубликованные: «Времена года» и «Солнечный круг». Что объединяет эти тексты? Возможно, традиции «реалистической фантастики», которые отстаивал БНС.

Спасибо Борису Натановичу. Мы всегда будем помнить тот солнечный свет, который даже в хмурые питерские дни он нес с собой.

Пароход должен был причалить в шесть утра – в час Петуха. Задержавшись в трех портах, пропахший дымом, копотью, гнилыми фруктами, дорогими духами, табаком и несвежей рыбой, он привалился к причальным мешкам в порту Каменного Леса в пять часов пополудни. В Час Свиньи.

Ирис мечтала пройти по легендарному городу на рассвете, по белым узким улицам среди мрамора и бирюзы, касаясь еще холодных, но уже освещенных камней, глядя на пролив и на море… Но духота и качка. И опоздание на одиннадцать часов. Спускаясь по трапу, она едва переставляла ноги.

– Госпожа Айрис!

Она вздрогнула, хотя

голос был дружелюбный и даже вкрадчивый. Аккуратный улыбчивый толстяк протянул ей руку в тонкой перчатке:

– Добро пожаловать! Я Алекс, с этой минуты ваш слуга и помощник. Где ваш багаж? Сосчитайте, проверьте, в такой-то суете легко забыть, проворонить, потерять…

Он подхватил тяжелую сумку, в которой лежали ракушки, а футляр со свирелью она не отдала – не хотела выпускать из рук. Ее чемоданы уже стояли у грузового трапа. Ирис казалось, что причал под ногами раскачивается.

– Это ваши чемоданы? – Едва дождавшись ответа, Алекс махнул рукой носильщику. – Пройдемте, госпожа Айрис, все готово, мы вас очень ждали!

Бывшие спутники-пассажиры с багажом, детьми и усталостью стояли длинной очередью к чиновнику, проверяющему документы, шлепающему печати медленно, медленно. Ирис замешкалась, но Алекс подхватил ее под руку и повлек вперед:

– Нет, госпожа Айрис, вы не должны проходить общий контроль. Вы прибыли по личному приглашению лорда-регента, прошу вас…

Перед ними расступилась портовая стража, Ирис не успела и слова сказать.

– Я так мечтал показать вам город сразу по прибытии, – тарахтел на ходу Алекс. – Возрожденная имперская столица, я клянусь, она покорит ваше сердце! К сожалению, сегодня нет времени для экскурсий… А вот и наш экипаж! Эй, живо грузите чемоданы!

Несколько секунд – Ирис обнаружила себя в глубине прохладного и просторного экипажа. Алекс уселся напротив, улыбаясь и ворча одновременно:

– Пароход опоздал на одиннадцать часов, это безобразие! Капитана ждет разбирательство, возможно, это и вовсе был его последний рейс! Вы устали…

– Капитан не виноват, – сказала Ирис. – Нас задерживали при входе в порты.

– Ах, разумеется, пароходы, приписанные к Каменному Лесу, вечно раздражают континентальных крыс. – Алекс улыбнулся шире. – На континенте предпочли бы, чтобы империя рухнула, а мы одичали. Они хотели бы, чтобы на месте нашей столицы осталась груда камней, а между тем… Посмотрите!

Он отдернул штору. Экипаж ехал по узкой улице, как по дну ущелья. Дома из резного камня доставали до неба, белые, палевые, зелено-бежевые. Пахло морем и лесом. Стволы огромных сосен выступали прямо из камня, палисадники зеленели на балконах и галереях, ручьи текли по мраморным и медным желобам.

Ирис на секунду забыла, что у нее болит голова.

– Этому городу тысячи лет! – торжественно провозгласил Алекс. – И он простоит еще столько же! Никакой бунт, никакая война не помешает нашему процветанию. Темные годы закончились. Империя возрождается, единая и могучая, как никогда!

Экипаж свернул на другую улицу, пошире, торговую. За стеклом витрин блестели драгоценные камни. На гранях дробился свет. Ярчайшие искры заставили Ирис прищуриться.

– Легендарный ювелирный квартал, – вдохновенно продолжал Алекс. – Смотрите и расскажите потом на континенте. Камень, обработанный нашими мастерами, не спутать ни с каким другим. Единственный взгляд, и вы скажете: да, это бриллианты из Каменного Леса… Какие украшения вы предпочитаете?

– Я не ношу украшений.

– Ох нет, – он испуганно замахал руками. – Вы просто не примеряли настоящих камушков. Один взгляд, и вы не захотите отсюда уходить, я обещаю!