Солнечная девочка графа Майори

— Оскар, передайте, пожалуйста, графине, что сегодня нас приглашают на бал, пусть приготовится.

Невысокий седоволосый мужчина в аккуратно сюртуке темно-зеленого цвета поклонился мужчине и возразил:

— Простите, граф Майори, но графиня не сможет отправится с вами на бал.

Граф сморщил лоб. Это что это за игры такие? И что за несносная девчонка ему досталась в жены. Вроде договорились, что на людях они показывают образцовую семью. Что опять она придумала?

— Почему? —

граф сверлил взглядом дворецкого.

— Простите, графине Майори не здоровится.

Дворецкий так и не разогнул своей спины, и хоть он не мог видеть лица господина, то отчетливо слышал, как раздражение графа усиливается с каждой фразой. Граф же недоумевал: когда они успели спеться? Сначала возникло острое желание отчитать дворецкого, но потом он все же решил убедиться во всем лично.

— Думаю, — медленно произнес он, растягивая слово, — мне стоит навестить свою супругу.

— Конечно, господин, — дворецкий выпрямился и еще раз поклонился, — что-то еще?

— Нет, спасибо, ты свободен, — раздражение не унималось, хоть он и старался держать себя в руках.

Дворецкий еще раз поклонился и выскользнул из просторного кабинета своего господина. Граф Майори остался один. Он откинулся на спинку кожаного кресла и с тяжелым вздохом прикрыл глаза. И что ему делать? Ладно, сейчас сам отчитает эту несносную девчонку. И пусть собирается.

Мужчина выпрямился в кресле и откинул пятерней черные волны волос назад. Оглядел кабинет, дабы успокоиться. Книги стояли стройными рядами в шкафах. На столе был идеальный порядок, если не считать нескольких писем в центре стола, что он сейчас читал. И сверху лежало то самое пресловутое приглашение на королевский бал. От таких предложений не отказываются. Мужчина закрыл глаза и сосчитал до пяти, чтобы хоть немного успокоиться, а после покинул свой кабинет.

Сейчас коридоры собственного дома показались ему особенно длинными. Сжимая ладони в кулаки, он пытался сдержать свой гнев, который так и стремился разгореться с новой силой. А вот и покои жены. Он постучался. Никакого ответа. На лице невольно появилась усмешка: хорошо играет. Толкнул дверь. Та легко поддалась, пропуская его в просторную светлую спальню. Постель была до сих пор разобрана, простыни лежали в беспорядке, а рядом на небольшой аккуратной тумбе из резного дерева, выкрашенного в белый цвет и покрытого золотом на резных деталях, ютилась одинокая чашка.

Из ванной послышались приглушенные голоса.

Недолго думая, он пересек комнату и открыл дверь уборной. Запах был не приятный. Никакого тебе благоухания роз, пионов, или какие там духи и масла любят эти женщины? Но внимание тут же переключилось на причитания служанки:

— Ой, граф, простите, графиня в не подобающем виде.

— Ничего, она моя… — он запнулся, увидев графиню, — жена.

Девушка на коленях стояла у ванной, свешивая голову вниз и держась бледными пальцами за край. Взлохмаченная, сгорбленная.

И если приглядеться, было видно, как ее потряхивает. Сердце в груди пропустило удар.

— Лайза, открой окно и проветри комнату, — сказал он тише, раздражение куда-то улетучилось.

— Да, господин, — девушка шустро встала и вышла из ванной, пропуская графа внутрь.

Он прикрыл дверь и присел рядом с супругой.

— Ты как?

Она тяжело вздохнула, не в силах что-либо ответить.

— Ясно, — тихо произнес он и включил воду, — иди сюда, я тебя умою.

— Я сама, — тихо прошептала она, явно стесняясь его присутствия.

— Не говори ерунды, — раздражение вернулась вновь, но уже от того, что она отталкивает его помощь.

Девушка притихла. Он смыл желчь со дна ванной, а после аккуратно приобнял девушку и набрал в ладонь воды, неторопливо омывая ее губы и щеки.

— Тебе лучше?

Она чуть кивнула, прикрывая глаза. Лицо ее было зеленоватого оттенка. Да, такое точно не сыграешь. Он подхватил ее на руки и вышел из ванной. Быстрыми шагами пересек комнату и опустил супругу в постель, накрывая легким одеялом.

— Отдыхай, — развернулся в сторону окна и тихо, но с нажимом произнес, — Лайза.

— Да, граф Майори, — пискнула девушка.

— Выйдем на минуточку.

Горничная поклонилась и юркнула из спальни. Он еще раз бросил взгляд на супругу, лицо с зеленого превратилось в белое, но выглядеть от этого девушка лучше не стала, даже несмотря на то, что сейчас ее лицо выглядело расслабленным. Кажется, она задремала. Он задумчиво поправил еще раз одеяло и вышел вслед за горничной, прикрывая за собой тяжелую дверь.

— И давно графине нездоровится? — сердито он посмотрел на девушку.

— Дня три как, господин, — виновато произнесла она.

— И почему я узнаю об этом только сейчас? — тихо прошипел он, сверля взглядом молодую девчушку.

— Госпожа запретила Вас беспокоить, сказав, что у Вас много дел, граф, — девушка с каждым словом говорила все тише и под конец пискнула, словно мышонок, — простите.

Он закатил глаза и тихо процедил сквозь зубы:

— Найди Оскара, пусть он отправит за врачом. И глаз с госпожи не спускать!

— Да, граф, конечно, граф, — затараторила девушка, убегая в поисках дворецкого.

Он проводил горничную взглядом и нахмурился, тихо проворчав себе под нос:

— Надо же. Сговорились. За моей спиной сговорились. Моя прислуга, а пляшут под ее дудку. Околдовала она их что ли?

Он расхаживал у комнаты жены взад-вперед. Что же доктор там так долго делает? Послышались приближающиеся шаги, мужчина обернулся на звук.

— Господин, доктор еще не выходил?

Граф раздраженно отрицательно мотнул головой и повернулся к окну.

— Может принести Вам чего-нибудь? — учтиво поинтересовался Оскар.