Солнце
Шрифт:
Вижу, едет автобус, как раз рядом со мной остановка, может получится зайцем. Бегу. Уже совсем рядом. О, как я давно не бегал! Ноги просто подкашиваются, вот-вот завяжутся в петельку, и я не смогу ими пошевелить. Мои потемневшие глаза наконец-то восстановились, и вижу, как я уже рядом с автобусом. Захожу в него: не заметили, что я без денег. Сел. Тронулись. Теперь можно выдохнуть.
Невыносимая духота! Даже тошнит. Воздух будто раскалился, стал красным. А за окном красота. Картинка меняется так быстро, что я даже не успеваю что-то разглядеть. Миг — я проехал модерн постройки. Миг — прекрасная аллея. Миг — и так пролетает, скользит
Началось то, чего я больше всего боялся. Начал появляться страх. Непонятный. Невообразимый! Маленькими шагами он приближался к моему куску нейронов. Снова! Снова я чувствую взгляды! Вена, распухшая от стресса, зашевелилась на левом виске. Чувствую её, будто какой-то червь хочет отведать кусочек моего мозга. Непонятная, и уже противная для меня обстановка вокруг. Всё зудит. Рецепторы обострились. Только сейчас мне показалось кресло таким неудобным. Что же такое? Никогда ранее я не испытывал всего того, что произошло за сегодняшний день. За один лишь день! Ничего, я уже практически у намеченной цели, я практически с ней. Я практически с Варей. Ну конечно же! Все мои волнения только от этого. Видимо, всё это не вздор…
— Остановка парк «Виктория», — проговорил автоинформатор.
В салоне начинается толкучка. Все стремятся к дверям. К поставленной цели на ближайшие 60 секунд. А представьте, сколько настоящих целей у человека! И примерно столько же тех, которые вряд ли когда-либо будут достигнуты. Это так, просто небольшая мысль, которую не хотелось бы развивать. Потом.
Ноги, поочерёдно меняя положение, переносят меня к ступенькам, выхожу из автобуса. Вот и всё, первая часть закончена: я на месте. Началась вторая, гораздо сложнее: найти Варю среди всех людей, которые, может, также хотят найти своего человека или хотя бы себя. Большой город убивает людей, кидает в рот, пережёвывает и выплёвывает, делая из них просто обычный комок атомов без способности размышлять. Поэтому так важно не потерять себя… Да что это такое! Снова ненужные мысли! Откуда? Зачем они мне сейчас? Не ясно. А Варю я всё ещё не вижу. Ко мне уже начали приходить сомнения: не зря ли я всё это затеял?
Прошёл час. Время уже двадцать шесть минут четвертого, скоро вечер. Я разгуливал по всему парку, но Вари так и не встретил. Подожду ещё минут тридцать и поеду ка я, наверное, домой. Именно домой. К себе в Ростов. Здесь мне делать нечего.
Шаг, миг, время тик. День сегодня богат на размышления. Я сел на лавочку, чтобы передохнуть от ходьбы. Прислушался. Слышно было лёгкое завывание ветра, который так ласково и сказочно общался со мной своим языком. Будто я его уже понимал лучше, чем людей. Закрылся в себе. Варя… Так странно… Лёгкий холодок пробежал по моему телу. Лист, сорванный тем ветром, упал прямо на колено и стал смотреть на меня. Зелёные, уже безжизненные устьица говорили со мной. Я уже совсем поехал от одиночества. С листьями разговариваю! Думаю, что единственные сейчас мне друзья — это лист, и моя голова, и то, над последним посомневаюсь.
К черту это всё. Надо уходить.
На выходе у парка мне встретился молодой человек, который стоял с листовками. Я взял одну. «Сегодня! В 20 часов начало концерта! В честь праздника нашего города, которому уже исполнилось 318 лет!». Интересно… Думаю, можно сходить.
Я
Я иду в бар, где я был сегодня утром. Вот я уже стою перед той стеклянной дверью в место, которое, возможно, спасёт меня от мыслей, преследующих меня целый день. Захожу. Обстановка та же: джаз, деревянные стулья, злой бармен.
— Почему без подруги? — Руслан, не глядя, протирая стакан, спросил.
— Откуда вы знаете?
— Ты сегодня утром разговаривал сам с собой. Я слышал — На лице Руслана виднелась еле заметная грустинка. — знаете, извините меня, что был груб. Не в духе я сегодня.
— Хорошо, ничего страшного. У вас что-то случилось?
— Не знаю. Всё это было так непонятно. Эта любовь ещё… Стараюсь быть уверенным. Мерзко это на самом деле. Если позволишь, после всего, что произошло утром, я бы сильно хотел с кем-то поговорить. Излить свою душу, извини за такое избитое выражение.
— Я всегда готов поговорить. Просто понимаешь, мы слабы по своей натуре, всегда нуждаемся в поддержке. Да, от неё можно отвыкнуть, но этому должны поспособствовать совершенно неприятные ситуации. Конечно, я не имею большого опыта в жизни, я пытаюсь в ней разобраться, но пока что у меня это не выходит. Моя поддержка, внутренняя поддержка, превратилась в нытьё, от которого я несусь вниз с невообразимой скоростью. Ненавижу себя за это, ненавижу за свою слабость.
Мои глаза начали мокнуть.
— Я немного, но понимаю вас, товарищ. Как-нибудь я вам расскажу о себе и о своей истории.
— Может, сейчас, почему нет?
— Давай лучше вечером. Как раз пойдем, выпьем, поговорим. Сейчас время практически пять, моя дневная смена, можно сказать, закончена, разойдёмся по домам, потом часа через два можно сходить в бар.
— Знаешь, — я уже отошёл от прошлых размышлений — сегодня день города, я бы сходил туда.
— Думаю, что я туда не пойду, прошлые воспоминания — Руслан сделал задумчивое лицо.
— Хорошо, тогда в бар сходим завтра. Так как сейчас ты всё равно закончил работать, можно пойти с тобой в квартиру? К себе не хочу возвращаться. Причины есть на то.
— Без проблем, собирайся, сейчас поедем.
Так наш небольшой диалог остался открытым. Вопрос, который меня и Руслана волновал пятнадцать минут назад, остался где-то в воздухе, где-то совсем рядом, но в тоже время так далеко. Не знаю, как объяснить. А в бармене я что-то чувствую родное: он такой же, как и я, с такими же вопросам и в голове
Мы на остановке. То же место, тот же маршрут автобусов, те же дома, те же люди. Вдруг стало что-то произходить, необъяснимое, как и весь мой день. Хоть день мне и говорит: «Вечер. Суббота. Солнце», — но я чувствую ложь. Тонкую, кажется, в чем-то есть подвох. Место, в котором он сейчас даёт мне намёк.
Чувствую пустую голову, никакой любви, никаких размышлений. Всё, что было днём, прошло. Варя? Какая? Напомните мне? Я даже и не думал про неё. Получается, всё это был вздор? Как я и предполагал! Но никогда нельзя быть уверенным на все сто процентов.