Солнца трех миров

Я не успел понять, куда делась дорога из-под колес уазика. Только что она была, а потом исчезла, и моя машина с разгону въехала в кусты. Хорошо, что скорость я держал небольшую и в них застрял. Потому что прямо за кустами стояло дерево - да не какое-нибудь, а как раз по ширине машины. Со света глаза в темноте видели плохо, но толщину ствола я смог оценить, как и возможные последствия столкновения с ним. Двигатель заглох, всхлипнув напоследок столь горестно, что мне стало его невыносимо жалко. Радио подавилось

прогнозом погоды и вырубилось тоже.

Минуты две я сидел не шевелясь, постепенно приходя в себя и отлаживая сцепление собственного сознания с действительностью. Подумал было, что заснул за рулем, однако от Ивановки до шоссе шел проселок с такой колеей, что и засни я, машина из нее никуда не делась бы. Но самое главное, когда я ехал, еще не начинало вечереть. А теперь вокруг стоял почти полный мрак - долго же мне пришлось бы спать. И дерево это, почти два метра в поперечнике, никак не вписывалось в мои представления об окружающих Ивановку чахлых березняках и осинниках, которые я знал с детства и облазил вдоль и поперек.

Опустив стекло, я высунул руку, пытаясь определить, смогу ли открыть дверцу. Тут же уколол ладонь, да еще и обжег, из чего следовало, что кусты колючие и с крапивой. Что-то снаружи было не так, но мне расхотелось продолжать изучение обстановки вслепую. Решив не рисковать, достал из бардачка фонарик, опустил спинку сиденья, перелез назад и выбрался через правую заднюю дверь.

Снаружи действительно было не так. Там оказалось жарко. Даже слишком. Как будто мне остального не хватало.

Нет, понятно, что конец сентября - не январь, но конец сентября на улице, очевидно, в последний раз был тогда, когда машина еще двигалась. А сейчас температура и влажность соответствовали июльскому пеклу после хорошего дождя. Только в темноте.

Посветив фонариком вокруг, я обнаружил, что дерево за кустами было в окружающем лесу не гигантом, а карликом. Справа луч высветил ствол вдвое толще. Слева... Дерево, стоявшее слева, было настолько огромным, что я засомневался, а дерево ли это. Толщиной метров двенадцать примерно. Или пятнадцать.

Закрыв глаза, я постоял минутку и направился к машине. Спокойно, Серега, спокойно. Если это кошмар, то интересный. Если сумасшествие - оно тоже интересное. А если не кошмар и не сумасшествие, то тебе лучше иметь в руках оружие. Ну, так, на всякий случай.

Открыв багажник, я вытащил из него свою «Сайгу-Тактику» и сменил ей магазин. Стоял на пять патронов с дробью на зайцев - самых страшных зверей в окрестностях Ивановки. А теперь я поставил на десять, с картечью. Я не фанатик самообороны и на крупную дичь не хожу. Но когда выезжаю на охоту, магазин такой всегда имею при себе после одного памятного эпизода.

Загнав патрон в ствол, я осмотрел кусты. Они оказались без листьев, были усажены шипами длиной в палец, и жглись в них вовсе не стебли крапивы промеж ветками - сами ветки.

– Ладно, посмотрим, какие тут еще есть достопримечательности, - сказал я вслух, стараясь себя приободрить. После чего залез в машину и попробовал включить фары.

Они зажглись не сразу - но зажглись. Это хорошо: машину точно не потеряю. Проверил на всякий случай радио, однако повсюду в эфире царил равномерный однообразный шум, словно террористы взорвали все радиостанции.

Обогнув заросли жгучей колючки, я отправился на разведку. Под ботинками пружинил толстый слой палой листвы, душный воздух пах гнилью. Дальше по лесу стояли все те же деревья-гиганты, и вскоре мне пришлось признать, что свисающие

с них к земле веревки - это лианы. Споткнувшись о корягу, пошел осторожнее, светя себе фонариком под ноги. Вскоре нехорошее чувство в животе заставило меня еще сбавить скорость - и очень вовремя. Я не сразу понял, что там такое впереди, а когда понял, остановился.

Впереди была пустота.

Очень осторожно я выбрался к обрыву, стараясь не заходить на самый край. Подняв руку над головой, посветил вниз, но ничего не увидел. Посветил вверх - тоже ничего не увидел. Звезд на небе не наблюдалось. То ли оно было сплошь в тучах, то ли за обрывом мир моего кошмара кончался совсем.

– Но есть же и хорошие новости, - сказал я себе.
– По крайней мере вовремя врубился в кусты и не съехал в эту пропасть.

Вспомнив про сотовый телефон, достал его - связь, как и ожидалось, отсутствовала. А имплант[1] я удалил еще три года назад, как только их запретили. Захотел быть законопослушным - ну вот и получи теперь... Впрочем, окажись имплант на месте, я уже знал, что он выдал бы. Уведомление, что доступа к Интернету нет.

И тут мне пришла мысль глянуть местность позади машины. Если я сюда как-то попал, вдруг можно и обратно?.. Вдруг там делов только - назад сдать?..

Опрометью бросившись прочь от обрыва, я принялся рассматривать следы колес уазика. Они тянулись от багажника шагов на сорок, а дальше примятая трава кончалась и стояли стеной какие-то здоровые лопухи. Я прошел дальше, раздвигая и ломая их, покрутился на месте, а затем начал пригибать и вытаптывать все вокруг. Не знаю, что я хотел обнаружить. Дыру в наш мир, сквозь которую сюда проехал? Но дыра, если и существовала, оказалась односторонней и назад меня не пропустила. Я все ходил и ходил, расширяя круги, но без толку.

Внезапно на меня навалилась страшная усталость. Может, это была защитная реакция организма на стресс. Во всяком случае, она оказалась кстати. Лучше подождать до утра и во всем разбираться посветлу. Если здесь утро есть.

Вернувшись к машине, я выключил фары и завалился на заднее сиденье, стараясь не думать о том, где оказался. Решил же - утром разберусь. Где бы ни оказался - положение мое неплохое: не голым же выбросило на берег после кораблекрушения. Есть карабин с полусотней патронов, охотничий нож, топорик; недоеденная за выходные банка тушенки и два подстреленных зайца. В багажнике лежит купленный у деда Федора мешок картошки. А здесь, в салоне - подаренная им же бутылка самогонки. Одежда не по климату, так ведь жарко - не холодно. Есть котелок, чашка, ложка, фляжка; куча полезных вещей в машине и она сама. Первое время прожить можно. А сейчас нужно поспать.

Не сразу, однако я начал подремывать. Разные вредные мыслишки крутились в голове несмотря на строгий запрет. И я б удивился, будь оно по-другому, - в такой-то ситуации! В салоне стало душно, а заводить двигатель и включать кондиционер я не хотел. Куртку сразу снял, свитер - тоже, оставшись в одной рубашке, но раздеваться дальше и, тем более, разуваться, не рискнул. Мало ли что...

Шаг за шагом ко мне подкрадывался настоящий сон. Однако заснуть как следует так и не удалось. Снаружи послышался гул, через заднее стекло сверкнуло, и что-то тяжелое с хрустом врубилось в багажник моей машины. Я раскорячился между спинками сидений, удерживая себя на месте, выскочил наружу с карабином наперевес и фонариком в зубах и обнаружил, что больше не один. За рулем приласкавшей уазик «Шевроле-Нивы» сидела девушка, а рядом - вторая.