Сокрушитель демонов
Шрифт:
– Ты хочешь сказать, мерзкий червяк что я – не кинокефал?!
– Нет, – глаза бродячего фокусника начали вылезать из орбит. – Ты просто немного… другой. Совсем немного! О, Азурус, я задыхаюсь!
Оргор разжал пальцы и бледный, как мел Джош рухнул на пол.
Лакр с усмешкой помог ему подняться и вышел вслед за Оргором на улицу.
– Кем ты ни был, – задумчиво произнес он. – Тебе понадобится хорошее оружие. Не эти ножи, больше похожие на игрушки, а настоящий меч, который можно достать только в Шохе.
– Вы что все сговорились? – раздосадовано воскликнул Оргор. – Один предсказывает
– И все-таки, если вздумаешь обзавестись мечом, достойным настоящего воина, запомни имя – Вирт. Это самый лучший кузнец в Шохе, а может и во всем Тонг-Ашере. У него очень строптивый характер, но если скажешь, что пришел от Лакра, он выполнит все, о чем попросишь.
– Вирт? – кивнул Оргор. – Не знаю, понадобится ли он мне, но все равно спасибо, Лакр.
Перекинув мешок через плечо, юноша зашагал к темневшему на горизонте лесу. Миновав деревню, он услышал покряхтывание и бормотание Джоша, плетущегося следом и обернулся.
– Ты еще не передумал, поступить ко мне службу, ученик колдунов?
– У тебя тяжелая рука, Оргор, – бродяга коснулся шеи пальцами и поморщился. – Рассчитываю лишь на то, что твой гнев будет хоть иногда обращаться не только на меня, но и на моих врагов.
– Очень может быть. Я тоже рассчитываю на то, что ты не всегда будешь молоть языком. Сыграй и спой что-нибудь.
– Повинуюсь, господин!
Джош снял с плеча варугу и коснулся пальцами струн. Над пустынной дорогой, ведущей к пещере мудреца Арама, зазвучала незатейливая мелодия.
4
Толстяк, ввалившийся в тронный зал Вальфула Эд Дина попыхивал сигарой, ничуть не обращая внимания на то, что пепел падает на его черную кожаную куртку, покрытую невообразимым количеством заклепок. Наряд Командора Курта дополняли кожаные штаны с пузырями на коленях, щеголеватые, но давно не чищеные сапоги на высоком каблуке и широкий ремень с пряжкой в виде головы льва, над которым колыхался громадный, волосатый живот. Толстяк провел пальцами по всклоченной, неопрятно торчащей в разные стороны бороде.
– Двадцать, – сообщил он густым басом. – Двадцать псиных морд сидят в клетках и дожидаются отправки, господин.
– Сколько раз я говорил тебе Командор Курт, – донеслось из-за плотной, расшитой серебристыми узорами занавеси. – Чтобы ты докладывал о своем приходе как полагается. Иди сюда!
– Как полагается, как полагается, – проворчал Курт, сапоги которого поскрипывали при каждом шаге. – Я же по делу! К чему тратить время на церемонии?
Он отодвинул рукой занавесь и обвел взглядом просторное помещение, вырубленное прямо в скале.
– Где вы, шеф?
– Здесь, дорогой Курт, спускайся вниз.
Только сейчас Командор заметил узкую дверь и грубые каменные ступени лестницы, ведущей вниз. Несмотря на то, что Курт считался правой рукой Эд Дина, он лишь слышал о подземелье, в котором Вальфул проводит какие-то опыты и никогда не удостаивался чести быть туда допущенным. Ступив на первую ступеньку, Курт услышал лязг цепи и приглушенное рычание. Рука толстяка тут же метнулась за спину, чтобы выхватить спрятанный под курткой «люгер». Курт щелкнул предохранителем и продолжил спуск. Зал, в котором он оказался, был таким
– Проходи, проходи. Тебе будет интересно.
Вальфул стоял у большого бассейна. Его лицо закрывала золотая маска в виде рогатого демона с огромным ртом и выпученными глазами. Через прорези в ней были видны глаза самого Эд Дина – два бездонных колодца, в которых не отражалось никаких эмоций и мясистые, плотоядно изогнутые губы. Контуры тела скрывал широкий черный плащ, но он не мешал видеть, что Вальфул высок и широкоплеч.
Курт опустил пистолет и остановился рядом с хозяином. Вновь зазвенела цепь. Оглянувшись Курт заметил клетку. Между толстых деревянных прутьев, скрепленных между собой веревками, с цепью, прикованной к стальному обручу на ноге металась шиунга. Эд Дин перехватил взгляд Курта, приблизился к клетке и, взяв в руки тяжелое копье с деревянным древком и острым, как игла наконечником долго примеривался, а затем ткнул чудовище в спину, между черных перепончатых крыльев.
– Ш-ш-ш… Кха-кха!
В голосе шиунги звучали боль и ярость, а красные угли глаз, казалось, готовы прожечь мучителя насквозь. Вальфул расхохотался.
– Строптивый зверь! Ничего, я научу тебя, как следует вести!
– Ты убьешь шиунгу, хозяин? – не слишком заинтересованно спросил Курт.
– Зачем? – пожал плечами Эд Дин. – После дрессировки я выпущу ее. Пусть тварь летит в свои Гибельные Ущелья и продолжает с утроенной энергией наводить ужас на наших псоглавых друзей. Сдается мне, что в последнее время они начали отбиваться от рук. Тебе известно, что среди кинокефалов зреет недовольство?
– Мне известно только одно, – гордо ответил Командор. – Любого, кто посмеет отозваться о тебе непочтительно, моя гвардия сотрет в порошок.
– Я слышал другое, – Вальфул пристально посмотрел на Курта. – Ты так сдружился со своей бандой, что не стесняешься трепаться о том, будто бы я не смогу ступить без тебя ни шага. Это правда?
– Клевета! – Курт побледнел. – Гнусная клевета! Я всегда был предан тебе, хозяин!
– Верю, – рука, пальцы которой едва гнулись от множества перстней, опустилась на плечо толстяка. – Верю. Хочешь познакомиться еще с одной зверушкой?
– Охотно, – Командор с опаской взглянул на клетку с шиунгой. – Только я не вижу здесь никого.
– Не удивительно, – Эд Дин протянул Курту копье. – Зверушка в бассейне. Достаточно взбаламутить воду, как она явится во всей красе. Что застыл, смельчак? Действуй!
Что-то в тоне Вальфула насторожило Курта. Однако он не осмелился ему перечить и, взяв копье, коснулся им поверхности воды. В ту же секунду к своду подземелья взметнулась туча брызг, а копье было вырвано из руки Командора. От неожиданности он потерял равновесие и плюхнулся задницей на каменный пол. Курт еще не успел понять, что произошло, когда в метре от него в парапет бассейна вцепились когтистые лапы. Они напряглись, втаскивая на сушу огромное тело, а серпообразные когти с душераздирающим скрежетом заскребли по камню.