Чтение онлайн

Он открыл свою папку и быстро пролистал содержимое. Найдя фотографию, он протянул ее Ханне. Это была точно такая же фотография, которую Ханна трепетно хранила всю свою жизнь, только на ней рядом с ее матерью был светловолосый мужчина с серебристо-серыми глазами. И что поразило ее еще сильнее – на коленях матери сидел ребенок с точно такими же глазами, как у отца.

Ханна посмотрела на мистера Фивера. Она понятия не имела, что сказать.

– Это Стивен и Алисия Линден из Скарсдейла, штат Нью-Йорк, – сказал он. – Ребенок – их дочь Аманда. Миссис Линден с дочерью исчезли вскоре после того, как была сделана эта фотография.

В

ушах у Ханны противно зазвенело. Откуда у мистера Фивера фотография, идентичная той, что есть у нее? Ребенок на коленях ее матери – это Ханна? А мужчина – ее отец? Что, черт возьми, вообще происходит?

– Я не понимаю… – единственное, что смогла выговорить Ханна.

– Однажды, когда Стивен Линден был на работе, Алисия взяла десятимесячную Аманду и ушла из дома, не взяв с собой ничего, кроме того, что было на них надето. – Он помолчал с минуту, тщательно подбирая слова. – Стивен Линден был… сложным человеком. Он, как бы это помягче сказать, плохо обращался с женой. Очень плохо. Алисия боялась за себя и свою дочь, но семья ее мужа была очень влиятельной, и она небезосновательно опасалась, что ей могут помешать уйти от мужа либо отобрать ребенка. Поэтому она обратилась в подпольную организацию, активно помогавшую женщинам, подвергшимся домашнему насилию. Эти люди предоставляли несчастным женщинам новые удостоверения личности, поддельные документы и небольшие суммы денег. С помощью этой организации Алисия и Аманда Линден начали новую жизнь как Мэри и Ханна Робинсон.

Ханну трясло. Она слышала каждое слово, произнесенное Гасом Фивером, но информация просто не укладывалась у нее в голове.

– Я… Простите, мистер Фивер, но все это… Вы говорите, что я – не тот человек, которым всегда себя считала. Это просто… – Она замолчала, когда ей в голову пришла внезапная мысль. – А мой отец, он еще жив?

– К сожалению, нет, – покачал головой Фи-вер. – Он умер почти двадцать лет назад. Клиент, разыскивавший вас, был вашим дедушкой по отцовской линии. Чендлер Линден.

Ханна шумно выдохнула. Каждому в Нью-Йорке было знакомо это имя. Предки Чендлера Линдена практически построили этот город.

– Чендлер Линден был миллиардером, – с трудом выговорила она.

– Так и есть, мисс Робинсон. Возможно, вы захотите пораньше закрыть ателье. Нам с вами о многом нужно поговорить.

Йигер Новак не слишком часто бывал в Квинсе, а если уж совсем откровенно, то он вообще там не бывал. Его помощница Амира должна была забрать рубашку у Ханны, но она в последний момент отпросилась у Йигера по семейным обстоятельствам, поэтому ему пришлось заняться оставшимися делами самостоятельно, включая поездку в Квинс. На метро! Однако в это время суток метро было самым быстрым способом передвижения в городе, а ему нужно было вернуться на Манхэттен как можно скорее.

Но сейчас, идя вниз по Гринпойнт-авеню к 44-й улице, он не хотел спешить. Квинс не был похож на Манхэттен, здесь все было неспешным и расслабленным, особенно сейчас, под конец рабочего дня. Солнце уже садилось за горизонт, купая малоэтажные здания в янтарном свете. Магазины постепенно закрывались, а официанты разномастных кафе выставляли у входа графитные доски с вечерним меню. С каждым новым шагом ему казалось, что время поворачивается вспять, и от этого ему хотелось идти еще медленнее.

Район,

в котором жила Ханна, оказался еще более причудливым, чем он ожидал. Да, каждому свое. Йигер задохнулся бы в таком месте: тихом, уютном, семейном. Почему молодая симпатичная женщина с удивительными глазами и сексуальными губами живет здесь? Не то чтобы его каким-то образом касалась жизнь Ханны, просто ему было любопытно.

Ее квартира находилась на третьем этаже одного из типичных кирпичных домов, прямо над гватемальским рынком. Он позвонил в домофон, и дверь подъезда открылась. На третьем этаже было три квартиры, но прежде чем он успел позвонить в дверь, Ханна ее открыла.

По крайней мере, он думал, что это была Ханна, хотя она была совершенно не похожа на женщину, которую он привык видеть в ателье. Очков в черной оправе не было, а светлые волосы струились по плечам крупными волнами. Вместо бесформенной рабочей одежды на ней были полосатые шорты и красная рубашка без рукавов, завязанная узлом на животе. Несмотря на небольшой рост, ноги у нее оказались на удивление длинными, а ногти на изящных пальчиках были накрашены ярко-алым лаком.

Но не только это заставило его усомниться в том, что перед ним Ханна. Он всегда видел ее исключительно серьезной и отстраненной, но сейчас выражение ее лица говорило о том, что она всерьез встревожена.

– Ханна? – уточнил он на всякий случай.

– Да, привет, – сказала она. Голос еще сильнее, чем внешний вид, выдавал ее волнение. – Простите, я совсем забыла, что вы должны прийти.

– Разве моя помощница не написала тебе вчера, чтобы подтвердить договоренность?

– Написала, конечно, но сегодня… – Она покачала головой, словно стараясь физически отогнать тревожные мысли, но у нее это явно не получилось. – Я сегодня получила довольно… странные новости. Я просто… – Она вздохнула. – Я забыла о договоренности, – снова повторила она и, словно опомнившись, добавила: – Входите.

Она широко распахнула дверь и сделала шаг назад, давая Йигеру войти. Коридор, в который он вошел, был скорее широкой нишей, в которой они с Ханной едва поместились вдвоем. Когда он прошел вперед, Ханне пришлось протиснуться за его спину, чтобы закрыть дверь. Она вынужденно прижалась к нему обнаженной кожей, и Йигер впервые заметил, что она пахнет спелой сочной малиной.

Сделав еще один шаг вперед, Йигер оказался в единственной комнате. Кухней служили несколько бытовых приборов в небольшой нише, примыкавшей к единственному окну, выходившему на соседнее здание. Квартира была обставлена лишь самыми необходимыми предметами быта, а все остальное место занимали швейные принадлежности: три манекена, гладильная доска, швейная машинка, рулоны с тканью и полиэтиленовые пакеты с готовой одеждой.

– Полагаю, моя квартира несколько меньше вашей, – проговорила Ханна, совершенно верно истолковав его взгляд.

На самом деле квартира Ханны была меньше его спальни, но Йигер решил об этом умолчать.

– Немного, – уклончиво сказал он.

Ханна прошла мимо него, оставив после себя тонкий малиновый шлейф. Она подошла к вращающейся стойке с одеждой и сняла вешалку, накрытую полиэтиленом. Йигер проследовал за ней и заметил полупустую бутылку вина, стоявшую на деревянном подлокотнике кресла. Он подумал, что, возможно, помешал романтическому свиданию, но потом обратил внимание на то, что бокал только один.