Собакалипсис
Шрифт:
Может, дело в его хозяине. Тот был очень странным человеком. Он зачем-то вставил своему питомцу железные зубы, а ещё сделал ему на спине татуировку в виде рубленой молнии. Правда, сейчас её скрывают густая шерсть и плотная кожаная курточка. Но я как-то лечил этого крутыша, так что я знаю.
Чтобы завершить портрет данного персонажа, надо уточнить, что сейчас он был главой огромного мышиного клана. Они почему-то называли себя ОМОНом и контролировали подвалы почти всего города, довольно часто конфликтуя
К этому-то неоднозначному существу мы и направились. Не сразу. Всё-таки наших обязанностей никто не отменял. Я навестил своих пациентов, тойтерьера Венеру, схватившую недавно клеща, и старенького боксёра Снупи, страдающего от ломоты в суставах и вечного насморка. Роти и Боб проверили, всё ли в порядке на нашей территории. Не обижал ли кто кого. Душка, как водится, маячила где-то поблизости. А Хуа флиртовал с девочками не только нашего вида, но и со всеми остальными, попавшими в его поле зрения.
И вот, спустя два часа после встречи с лисой, мы добрались до пятиэтажного дома, почему-то называемого сталинкой. В его подвале-то и находилась штаб-квартира Хори.
– Чего надо? – как-то не очень дружелюбно встретил нас мелкий мышь в красном кафтанчике.
Всегда поражался мастерству Тори и Джины. Две эти пожилые колли непонятным образом научились швейному делу и теперь одевали чуть ли не половину города.
Хуа, правда, всегда скептически отзывался об их работе. Слишком, видите ли, просто. Ничего себе, просто! Попробуй, сшей одёжку для такой мелочи!
– Ты почему такой неприветливый, Тёма? – дружелюбно спросил Роти, горой нависая над мышью-привратником. – Или опять сыром обделили?
– Ничего не обделили, – обиженно проворчал привратник. – Только вместо нормального Пошехонского какого-то Мраморного дали. А у меня от него газы.
– Приходи ко мне, не стесняйся, – предложил я. – Только я тебя сначала взвешу, чтобы с дозировкой определиться. Хоря-то у себя?
– Утром был. Здесь не выходил.
Проходя мимо этого не в меру сурового стража, я услышал, как он пробурчал что-то вроде: «И не вздумайте там шалить! Я слежу за вами!»
Мы спустились на два пролёта вниз. Пока шли, я задумался. Вот интересно, как мыши преодолевают эти высокие ступеньки? Вниз-то понятно. А вот каким образом забираются наверх? Впрочем, эти шустрые создания штурмуют вершины не хуже своих вечных врагов кошек.
Тяжёлая дверь оказалась распахнута. Ещё бы. Сколько же надо местных обитателей, чтобы её открыть? Да и от кого её запирать? У нас сейчас мир всех со всеми. Нет, конфликты, конечно, случаются. Но на то мы и мыслящие существа, чтобы решать всё без кровопролития.
Первоначальная волна агрессии, направленная, в основном, на людей, быстро схлынула. Разумным зверям важнее было заниматься интересным делом, чем взращивать свою ненависть. Всё-таки
Должен признаться, во многом этот мир – заслуга наших бывших хозяев. Очень многое в городе налажено и не требует серьёзного вмешательства. Так что мы не испытываем нужды в электричестве. С водоснабжением тоже всё в полном порядке. И с пищей…
С ней, правда, несколько сложнее. Всё-таки большинство из нас не могут обходиться без мяса. Поедать же мыслящих как-то негуманно, что ли. Так что самое первое, что сделало наше сообщество, это ввело запрет охоты на разумных горожан.
И кого, спросите вы, теперь есть? Ну, во-первых, вирус повлиял далеко не на всех живых существ. Так что дичь-то осталась. А ещё на окраине города функционировал завод по производству кормов для домашних питомцев. Никогда бы не подумал, из какой дряни делали это лакомство.
Сбалансированный корм, говорили они. Полон витаминов, утверждали они. Когда я узнал правду, меня замутило. Но есть его не перестал. Потому как хочется.
Но что-то я задумался. Вернёмся к нашему хомяку.
Уже проходя сквозь дверной проём, я услышал негромкие звуки ударов и пыхтение. Шум доносился из второго отсека по правой стене. Туда-то мы и проследовали.
Хоря, несмотря на свой рост, выглядел грозно. На его лапки были надеты чёрные круглые пробки. От одеколона, кажется. Хомяк с остервенением лупил большого плюшевого медведя, подвешенного за правую заднюю лапу к лампочке. Огромные щёки яростно трепетали, глазки блистали молниями.
Хуа хотел было прервать избиение, но Роти остановил его, положив лапу на плечо и отрицательно помотав головой. Он прекрасно знал, что хозяин подвала такого не любит.
Наконец, Хоря нанёс своей плюшевой жертве последний удар и принялся стаскивать с лап пробки. Откуда-то появился молодой мышонок и подал грозному боксёру полотенце. Точнее, это был носовой платок. Но Хоря вполне мог бы в него завернуться.
– Привет, шавки, – кивнул он небрежно.
– И ты не чихай, хомякадзе, – усмехнулся Роти. – Дружеский совет. Когда отводишь правую лапу для удара, прикрывай другой свои замечательные щёки.
Хомяк обтёрся, бросил полотенце помощнику и прошлёпал к скамейке в углу. Нормальной, человеческой. Ловко забрался на неё и натянул на плечи маленький золотистый халатик.
– И что ты от меня потребуешь за этот бесценный совет, здоровяк? – осклабился Хоря. – Ведь вы именно за этим сюда пришли? Что-то потребовать?
Я вышел вперёд и сел рядом с грызуном.
– Сегодня мы видели в городе лесных обитателей.
– У нас свободная страна, – хрюкнул Хоря, тряхнув щеками. – Мы, вроде, прописку пока не вводили. Или вы хотите их зарегистрировать?