Чтение онлайн

Сеттер укоризненно глянул на меня и крикнул в открытую дверь:

– Роти, там всё нормально?

Ответа не последовало. Как, впрочем, и звуков борьбы. А ещё через десяток секунд я услышал, что ротвейлер спускается по ступенькам.

– Странно, – проговорил он, входя в комнату. – Стекло словно вырезано. Кусок вывалился на пол и разбился. Но отверстие небольшое. Вряд ли кто мог сквозь него пролезть.

– Может, стоит всё-таки осмотреть дом? – предложил Боб.

– Лучше забить чем-нибудь отверстие, –

я поморщился. – Ночью будет дуть.

– Какой же ты беспечный, Джек, – сеттер сокрушённо покачал головой.

И вот тогда из-за спины Роти точно молния выскочила. Маленькая такая, рыжая. Пронеслась по замысловатой траектории мимо Сени и остановилась напротив меня на подоконнике.

– Это ты, что ли, Джек? – как-то даже осуждающе пропищала она. Я машинально кивнул. – А почему без халата? Пёсье племя! Почему я должен гадать, кто из вас Джек?

Я уставился на это чудо природы. Небольшой красный плащ, верхняя часть головы скрыта красной полумаской. Острые с кисточками уши грозно, словно с вызовом, встопорщены.

– Джек, к тебе белочка пришла! – оповестил меня Хуа.

– Я не белочка! – пискнула на него белочка. – Я Бел!

– Какой же ты бел, когда ты рыж? – удивился Сеня.

Странное существо гневно блеснуло на него своими глазками-пуговками.

– Подожди, ты посланец Хори? – догадался я.

– А, ну, да, – закивал головой Бел.

– И что он хотел мне передать?

Белка задумалась. Потом потрясла своей маленькой головкой.

– Что-то не могу вспомнить. Погоди… А! – Бел просиял. – Короче, Хоря передаёт, чтобы ты успокоился. Всё нормально.

– В каком смысле? – не понял я.

– В смысле, никаких волков в округе нету. Все свои. Слышь, Джек, – курьер поманил меня пальцем, – у тебя орешков случайно нету?

Я с завистью вздохнул. У этих белок почти настоящие пальцы. Разве что заканчиваются когтями. Но это не мешает им хватать всё, что плохо лежит, и прятать в укромном месте. Вот только память их часто подводит. Поэтому припрятанное не всегда дожидается хозяина.

– Так что насчёт орешков? – напомнил о себе Бел.

– Мы такого не держим, – буркнул Роти.

– Мало того, что стекло испортил, так ещё и орехи клянчит! – возмутился Боб.

– Может, сухой корм сгодится? – предложил я. – Вон, на полу валяется. И в тарелочке на столе ещё остался.

Белка одним прыжком достигла стола и сунула мордочку в тарелку.

– С вами, собаками, всякую дрянь научишься жрать! – пропищал Бел.

Впрочем, судя по дикции, рот его был конкретно забит хрустящими кусочками.

– Это что, Белкман? – услышали мы удивлённый возглас Бабули. Она вытянула шею и подслеповато рассматривала нашего гостя. Похоже, когда мальчик положил её на стол, она задремала.

После того, как странный посланец

Хори скрылся, мы занялись расселением новых постояльцев. Обе свободные квартиры были на втором этаже. Сенбернару досталась та, что Хуа раньше использовал в качестве склада для разного тряпья. Модник поворчал немного, но позволил новому жильцу запихать всю одежду в кладовку.

Маугли же занял комнату рядом с моей. Я набрал ему ванну, а сам спустился к ребятам. Нам предстояло серьёзное совещание.

Несмотря на то, что я считал наиболее важным исцеление мальчика, Боб снова заговорил о безопасности.

– Это ещё ни о чём не говорит, – заявил он. – Мало ли, что сказала эта белочка?

– Эта белочка, между прочим, посланец Хори, – заметил я. – Я просил хомяка разведать обстановку. И у меня нет причин не верить ему.

– Мыши, – фыркнул Роти.

– А о чём, собственно, речь? – подала голос черепаха.

К моменту ухода Бела она, похоже, снова задремала. И мы, занятые суетой с расселением новых постояльцев, совсем про неё забыли.

– Опять посторонние! – вздохнул Боб. – Невозможно работать в таких условиях!

– Так даже лучше! – не согласился я. – Иногда свежий взгляд со стороны очень важен. Как говорится, одна голова хорошо, а две лучше. – Я оглядел спутников. – Точнее, пять.

– Это уже мутант какой-то получается, – картинно ужаснулся Хуа. – Змей Горыныч.

– Сегодня утром, – начал рассказ я, – мы встретили в городе лесных обитателей.

– К нам подошла лиса и попыталась втереться в доверие, – процедил Роти.

– Что, прямо настоящая лиса? – Бабуля любопытно вытянула шею. – Как в сказках?

– В каких ещё сказках? – недовольно пробурчал Боб.

– А откуда, простите, она знает человеческий язык, если всё это время жила в лесу ?– задала новый вопрос черепаха.

Действительно, откуда? Этому могло быть лишь одно объяснение, которое я и высказал:

– Видимо, научилась, пока кур с фермы таскала.

– В самом деле? – усомнилась черепаха. – И как ты себе это представляешь? Фермер заходит в курятник, видит, что его кур бесстыдно пожирает лиса. Ну, и он, разумеется, тут же начинает обучать её трудностям русского языка. А она, значит, слушает, да ест.

И правда, что-то не сходилось. Картинка, нарисованная Бабулей, была полной нелепицей. Но и сидя в засаде, язык особо не выучишь. Тем более, если выходить на охоту ночью, когда люди предпочитают спать, а не разговаривать. Разве что нашу Корги поймали, и она жила какое-то время в клетке?

– Скорее всего, её в клетке держали, – словно прочитал мои мысли Роти.

– Кроме всего прочего, – добавил я, – чтобы заразиться вирусом, надо было контачить с инфицированным человеком. Кстати, именно потому среди птиц встречается очень мало разумных.