Чтение онлайн

Тем не менее, собрав рекордное количество взглядов, мы все же успешно дотащились до квартиры в начале двенадцатого. И не могло быть ничего прекраснее в тот вечер, чем поставить все наши сумки в квартире на пол и выпустить из переноски Максима Максимыча – несомненно, самого уставшего члена нашей компании.

Три взрыва сверхновых за одну неделю – много для персональной Вселенной любого человека. И тем более для моей Вселенной того времени, которая вела крайне

размеренное существование.

В конце сентября 2006 года мою жизнь озарили сразу три ослепительные вспышки. Они ознаменовали конец чего-то старого, отжившего и начало нового, неизведанного и будоражащего. Каждая из этих вспышек сопровождалась колоссальным выбросом энергии. Этой энергии хватило на много лет; все эти годы она притягивала в мою жизнь целые созвездия людей и яркие кометы событий.

– Игорь! Игорь, слышишь? Подай вон тот нож!

Я стояла в кругу из тридцати мужиков. Они молча смотрели на меня. Пристально и беззлобно, с долей интереса – так, бывает, волки смотрят на свою добычу.

– Да не тот! Возьми большой! Он всяко поудобнее будет!

Казалось, у меня способны шевелиться только волосы на голове. Все остальные части тела будто парализовало. Я всегда была не робкого десятка, но тут намертво вросла в землю. Точнее, в деревянный пол спортзала.

За несколько секунд до этого мужики закончили читать молитву, по всей видимости, полагавшуюся перед началом тренировки. От неожиданности и испуга я совершенно не признала «Отче наш», и теперь каждая секунда отдавалась у меня в голове отчаянным звоном: «Секта, я попала в какую-то секту!»

– Держи, лапа! Как дела, все хорошо? – на фоне всей этой неподвижной картины суетился только крепкий приземистый мужичок, он же тренер. Суетливость и неутомимость странно сочетались в нем со сдержанной внутренней силой и безмятежным благодушием, которого я пока что не осознавала.

– Да… – не слишком убедительно промычала я, нащупывая взглядом путь к отступлению.

Сердце замирало, затем перебегало из груди то в одну, то в другую пятку и, чуть отдышавшись, возвращалось обратно. Бежать, бежать!

– Может, тебе водички дать? Конечно, у нас тут в подвале душно! – мужичок не стал дожидаться моего утвердительного ответа и схватил здоровую бутыль воды. Старательно выкручивая тугую крышку, он встал точно в проходе, перекрыв мне тем самым единственную возможность бегства.

Мне же было ужасно горько и стыдно. Пришла в какой-то подвал, словно овца на заклание. Сгубила себя, такую еще молодую, да так глупо! Секта с ножами, что может быть хуже?! А могла бы в ближайшую субботу поехать на первую настоящую фризби-тренировку с Радой… Мама с бабушкой даже не узнают, где я. И как они без меня?!

– На, попей! Только сегодня из Тверской области привезли! – тренер щедро наполнил огромную кружку до краев. Столько я обычно пью дня за два. – Освященный родник, между прочим! Там к нему очереди – ух! –

он пытался вывести меня из анабиоза, но пока безрезультатно.

– Я это… просто посмотреть пришла, мне, наверное, пора, – я вытянула шею в сторону такого манящего выхода. Надежда умирает последней.

– Ну и молодец! Сама нас нашла, позвонила, на следующий же день приехала. Уважуха и почет! Ты пей-пей! – мужичок буквально вложил кружку мне в закостенелые руки. – А вы, парни, разбирайте пока ножи, работать будем!

Прильнув онемевшими губами к кружке, я послушно, глоточек за глоточком, осушала ее под выжидающим взглядом мужичка. Руки предательски дрожали, и я собирала последние силы, чтобы ничего не расплескать. Мало ли, может, здесь за такое ухо, к примеру, отрезают.

– Давай, Славка, слышь, вставай в спарринг с Ксюхой, – теперь тренер дал мне в правую руку нож. Я решила, что на всякий случай лучше взять.

Глядя на Славку, я поперхнулась последним глотком воды. Почти на голову меня выше, и это еще тренер подобрал самого низкого.

– Я это… ну как… пора мне, вот что… спасибо, – маленькими приставными шажочками я последовательно пробиралась к выходу, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

– Ксюха, чашку-то положи, чего с ней шастаешь?

Я с ужасом обнаружила зажатую в одной руке чашку и нож – в другой. Драгоценные секунды на пути к спасению безвозвратно утеряны.

– Поехали! – дал команду тренер. – А ты, Ксюха, пока работай медленно, в комфортном для себя темпе, – добавил он, когда Славка молча пошел на меня с ножом.

– Ну, уходи, уходи, уворачивайся! – кричал тренер. – Давай, Ксюха, работай!

Я была поставлена в такие условия, что выбор отсутствовал в принципе. Но именно в этом крылся какой-то особый драйв, сила момента, поверка силы духа.

Славка работал ровно и как-то, я бы даже сказала, вежливо. Его движения выглядели плавными и, насколько уместно, спокойными. Почувствовав вдруг на своем боку легкий, но однозначный укол ножа, я, наконец, очнулась.

– Вон, смотрите, что девка творит! Юркая, однако! Славка, а ну поднажми!

Мы со Славкой кружили в своеобразном танце орла и ласточки. Пусть местами я работала не слишком убедительно, но общая картина смотрелись целостно и довольно гармонично. Тот первый спарринг безо всякого опыта стал одним из лучших спаррингов с ножами за все годы моих тренировок. Жизнь заставила.

– Ну вот, другое дело! – тренер хлопнул в ладоши, что означало перерыв. – Парни, смотрите, Ксюха теперь хоть на человека стала похожа! Щеки какие румяные, ух! А то пришла – бледня бледней!

Тогда в мою голову начали закрадываться подозрения, что я здесь надолго. Вот так, хотела просто походить на курсы по самообороне, чтобы не отставать от Надьки, а получила несоизмеримо больше. Выйдя из троллейбуса, в котором провела на обратной дороге добрых сорок минут в размышлениях у окна, я уже твердо знала: в ближайшие годы мне по пути с этими ребятами.