Снежный Барс
Шрифт:
Барс чувствовал настойчивое желание перегрызть Борну глотку. Но вокруг было слишком много посторонних глаз. Вряд ли люди будут равнодушно наблюдать, как зверь убивает человека. К тому же по здравым размышлениям, которые все же иногда пробивались сквозь злость, с Борном еще следовало серьезно поговорить. Оч-чень серьезно!
И все же от маленькой демонстрации силы удержаться не смог. Борн в последний момент успел отшатнуться, да и то только потому, что Барс еще не до конца восстановился. Лапа зверя мелькнула с невероятной скорость, вспарывая одежду когтями,
В наступившей гробовой тишине Барс спокойно лег на прежнее место. Ему доставляло непреодолимое удовольствие ошеломление людей, а больше того — бледная физиономия Борна. Даже подступившая было хандра быстро испарилась. Да в чем, собственно, проблема? Разве что-то изменилось, оттого что он признал себя ках-аа-лу, а не человеком? Да совершенно ничего не изменилось!
Только он успел поздравить себя с первой по настоящему здравой мыслью за сегодняшний день, из палатки выбралась сладко позевывающая Астор.
Девушка явно прибывала в очень хорошем настроении. Лучезарно улыбнувшись всем сразу, она к удивлению многих охранников без всякой боязни присела рядом со зверем, запуская руки в густую шерсть.
— Ой, какой ты грязный, — заметила юная графиня неодобрительно. — Давай, тебя искупаем?
Барс изумленно вскинул взгляд.
— Ну а что? — Астор потянула его за шерсть, на загривке понуждая подняться. — Тут ручей рядом, мы зайдем, где поглубже…
Барс уперся всеми четырьмя лапами, извернувшись, вырвался из цепких девичьих кулачков. Отступил на всякий случай в сторонку.
— Ты что, — удивилась графиня, — Неужто воды боишься?
Воды он не боялся естественно, но в зверином обличье очень ее не любил. Можно конечно и по старинке, как обычному коту и положено, то есть языком, но эта идея вызвала еще меньше энтузиазма. Барс на всякий случаю поспешил отойти еще на пару шагов. Убегать от цепких девичьих ручек как-то несолидно, однако же, и оказаться в воде ему вовсе не хотелось.
— Ну Ба-арсик, — как капризному котенку укоризненно сказала Астор, — как не стыдно быть таким грязнулей?
Барс уже готов был ретироваться и пусть эта взбалмошная девчонка думает что хочет, но тут кто-то громко рассмеялся. Он сердито обернулся и обнаружил, что смеется Халай. Остальные горцы, наблюдавшие эту сцену, прелагали героические усилия, для того чтобы остаться серьезными. Вся эта ситуация была очень глупой. С одной стороны очень не хотелось позволять Астор сделать то, что она хочет, а с другой это действительно выглядит так, словно он боится. Понимая, что его, банально берут на слабо, как мальчишку какого-то, Барс тяжело вздохнул. Рассчитывать на сочувствие горцев в этой ситуации тем более не стоит, по их мнению, девушке Кхели, небесной фее, вообще все позволено.
Барс беспомощно покосился на графа, выглядел он при этом настолько растерянным, что де Энакер сразу поспешил на помощь:
Дорогая, зверь же простудится в ручье. Он еще слишком слаб.
— С такой-то шерстью. — фыркнула девушка. — Ты лучше посмотри на него — поросенок, а не барс! Весь мех слипся.
Барс
Барс сердито рыкнул, но делать нечего: он уже фактически согласился.
Астор завела его в ручей и принялась плескать водой с ладошек. Выглядело это донельзя глупо, ручей был мелкий, а густой подшерсток никак не желал промокать, грязные потеки воды склеивали шерсть неопрятными бурыми колючками. Тогда девушка заставила его лечь, чтобы легче было оттирать застывшие кровь и грязь. Барс молча терпел эти издевательства, задаваясь закономерным вопросом: "как он дошел до жизни такой"? Вода была холодная и мокрая. Брр!
Сопротивляться не было никаких сил, не моральных ни физических. Ему бы чуть побольше энергии, он бы уже трансформировался. А так приходится изображать послушного домашнего котика. Да и домашним котикам при подобном обращении позволено хотя бы царапаться, Барс же был лишен и такой малости.
Наконец это мучение закончилось. Барс совершенно чистый, но мокрый насквозь с прилипшей к бокам шерстью выбрался на берег.
— Какой ты смешной! — улыбнулась Астор. — Тебя теперь только высушить и можно бантик на шею повязать для красоты. Розовый.
Вот это уже было последней каплей. Выдав возмущенное "гр-рр-мяу" барс поспешно отскочил на пару шагов в сторону, твердо решив живым не сдаваться!
Тут же грянул жизнерадостных хохот зрителей. Первым скис от смеха Халай, за ним не удержались и остальные горцы. Хохотали даже люди графа, хотя и не догадывались кто на самом деле ручная зверушка графини.
"Весело им! Тоже нашли клоуна! — рассержено косился на веселящуюся компанию Барс. — Сейчас еще смешнее будет". Он подошел поближе и… встряхнулся по-собачьи. Капли с длинной шерсти полетели крупные, во все стороны! Густая, приспособленная для холода горных снегов шерсть основательно пропиталась водой и теперь охотно ее отдавала. Спустя пару минут промокли все, кто оказался достаточно близко. А взъерошенный барс теперь сильно напоминал отощавшего побеленного ежика, слипшаяся сосульками шерсть торчала во все стороны, что предавало ему донельзя комичный вид. На похудевшей, словно у помоечного кота морде злобно сверкали кажущиеся слишком большими зеленые глаза.
Новый взрыв хохота был оглушающим. Суровые войны, словно дети, тыкали друг в друга пальцами и щупали одежду.
Барс удовлетворенно хмыкнул. Сделал гадость — жизнь в радость.
— Судя по твоей довольной роже, — заметил подошедший Борн, — ты отыгрался на нас сполна.
Граф тоже улыбнулся, хотя и более сдержано.
— Астор, дорога тебе сегодня, похоже, удалось искупать нас всех. А от вас, герцог, я не ожидал подобных мальчишеских шалостей, — он укоризненно покачал головой.