Чтение онлайн

— Жил и умер, — сказал Фред, с ухмылкой глянув на сестру.

— Довольно, Фред! — воскликнула Джорджиана.

— Все люди, миссис Фрост, где-то живут и умирают, — сказал Джерико. — Ваш отец отметил это место. В конце концов оно скажет о нем свое громкое слово. Архитектура, грандиозная забота об оформлении территории — все это свидетельствует о вкусе человека и его аккуратности. А этот дом — он просто очарователен.

— Этот дом является в большей степени отражением нашей матери, — сказал Фред. — За исключением разве что комнаты для игр. Там отец хранил свое оружие

и играл в бильярд.

— Боюсь, что не до конца представляю, чего именно вы хотите от нас, мистер Джерико, готовясь написать портрет доктора Пелхама, — сказала Алисия.

Джерико снова принялся объяснять свою теорию «общего знаменателя». Алисия внимательно слушала.

— Портрет, как сказала мне Луиза, станет даром попечителям. Он будет выставлен в зале заседаний или в каком-то другом месте для собраний учеников Пелхам-Холла и тех, кто его уже окончил. Мне лично, мистер Джерико, кажется, что лучше всего они представляют его в образе директора. Возможно, на кафедре в зале заседаний, возможно, в часовне. Я думаю, нечто подобное, изображающее его величественным и добрым, понравится тысячам мальчиков, которые знали и любили его.

— А также ненавидели, — добавил Фред, разминая несуществующую сигарету.

— Не будь занудой, Фредди, — сказала Алисия. — Разумеется, были мальчики, которые его ненавидели — недисциплинированные и неподготовленные. Но эта маленькая группа, Фредди, не вернется в Пелхам-Холл, чтобы полюбоваться портретом. — Ее внимание было устойчиво сосредоточено на Джерико. — Я хочу подчеркнуть, мистер Джерико, что излишне детализированный анализ характера может породить картину, которую не признает подавляющее большинство воспитанников Пелхам-Холла.

Джерико ответил ей очаровательной улыбкой:

— Вы не учитываете сущность художника, миссис Пелхам. Я не копировщик, и мне хотелось бы думать, что, когда моя работа будет завершена, она будет нести в себе особый смысл для каждого, кто на нее смотрит. Я надеюсь на то, что вы увидите своего мужа, дети — отца, воспитанники — директора, а Берт Уолкер — старого и любимого друга.

При упоминании Берта уголки рта Алисии как бы поджались.

— И как же вы намерены справиться с этой задачей? — спросила она. — Будете расспрашивать каждого из нас по отдельности?

— Во всяком случае, не сейчас, миссис Пелхам. Давайте просто время от времени переключать наш разговор на доктора Пелхама. — Он обвел взглядом остальных сидевших в комнате.

Никто не проронил ни слова. Казалось, что на этом предложении беседа иссякла. Чтобы скрыть свое явное замешательство, Джорджиана заявила высоким, резким голосом, что ее муж приедет домой поздно вечером.

— Кажется, он говорил, что в блэгдонских конюшнях разразилась эпидемия кашля. Он уехал в Саратогу проконсультироваться с ветеринаром.

— Ты сказала Джулии, что он прибудет к ужину? — спросила Алисия.

— Мама, я и сама в этом не уверена. Ты же знаешь Артура. Вполне может заявиться посреди ночи, чтобы сразу завалиться в постель, — сказала она, густо покраснев.

— А ваш муж, миссис Фрост, посещал Пелхам-Холл? — спросил Джерико, стараясь как-то

заполнить возникшую паузу.

— Нет, не посещал! — резко проговорил Фред. — Он был инструктором по верховой езде. Главным поставщиком удобрений для матушкиного огорода.

— Ну хватит уже, Фред, — усталым голосом проговорила Луиза.

— Мой муж великолепный наездник, — сказала Джорджиана.

— Кентавр Джорджианы — наполовину лошадь, наполовину человек, — невозмутимо проговорил Фред. — А будучи лишь наполовину человеком, Джорджи, он ведь не всегда доставляет максимум удовлетворения?

— Ты сегодня уже выпил, Фредди? — холодно поинтересовалась Алисия.

— Мама, я всегда выпиваю, — ответил тот. — Единственная приятная привычка, которую я разделяю с Артуром. Кстати, Джерико, отец был классным специалистом по части мартини. Никогда не пил после обеда, ну, разве что бренди, но мартини хлестал как воду. Причем всегда с оливкой, которую он, кстати, никогда не съедал. Вы не знаете почему?

— Почему же, мистер? — спросил Джерико.

— Чтобы позволить Берту съесть их на кухне после трапезы. Вот как близок был отец к своему другу. Берт всегда был большим почитателем оливок, смоченных в джине.

— Не позволяйте Фреду создать у вас впечатление, будто отец был выпивоха, — сказала Джорджиана. — Он всегда знал, когда остановиться.

— Не очень-то типично для бывшего алкоголика, — заметил Джерико.

Пожалуй, он при всем своем желании не смог бы взорвать в бледной гостиной Алисии более мощную бомбу неожиданного откровения. Старуха перевела на Луизу гневный взгляд своих серых глаз. Руки вцепились в подлокотники кресла с такой силой, что аж пальцы побелели.

— Луиза, этот слух действительно необходимо выставлять на всеобщее обозрение?

— Моя дорогая мама, это не слух, а общепризнанный факт. То, что отец мог выпить столько же, сколько и другой нормальный мужчина, лишь делало ему честь. И я рассказала об этом Джонни, чувствуя уважение к отцу.

— Джонни?

— Мое имя Джон, миссис Пелхам, — сказал Джерико. — Кстати, это именно тот факт, о котором я хотел бы знать. Он во многом иллюстрирует характер человека.

— Да уж, у отца явно был характер, — заметил Фред. — Его никак не назовешь замкнутым, аскетичным священником. Он считал, что священнослужитель должен быть «добрым и веселым парнем». Есть одна классическая история относительно его увлечения выпивкой.

— Фред! — воскликнула Джорджиана, бросив испуганный взгляд на мать.

— Как-то раз после службы к нему в часовню зашла пожилая дама, — продолжал Фред, ничуть не смущенный замечанием. — «Доктор Пелхам, — сказала она, — я считаю вашу проповедь весьма вдохновляющей. Я была по-настоящему тронута, пока моя подруга миссис Бизибоди не сказала мне, что вы пьете! Пожалуйста, скажите мне, что она ошибается». Тогда отец взял эту даму за руку и сказал: «Мадам, уверяю вас, что она совершенно права. И если вы пройдете со мной в „Манс“, я с удовольствием угощу вас мятным коктейлем, который поджидает меня в холодильнике». Постскриптум: престарелая леди не приняла его предложения.