Снаг
Шрифт:
Но человек точно был ключом к дальнейшей его судьбе. После того как капитан назначил его наставником над этим человеком, его камень амулет засиял ярким кровавым светом.
8
Неделя прошла в тренировках. Перед тренировкой ко мне заходил Лайцбрингер, а потом просто наблюдал за мной, иногда занимаясь сам, иногда с другими орками. Заканчивалась тренировка всегда учебными боями. Часто к этому времени приходили зрители, пару раз я видел даже капитана, но это почему-то смущало
Между тренировок сидел за информаторием, постоянно смотря все бои, которые удавалось скачать в сети. С праздника воина их было много, но процентов девяносто были бесполезны, молодые орки просто резали беззащитных существ, наличие оружия в руках у жертвы было насмешкой, как они сами еще им не резались. А вот так называемые общественные поединки, были интересны, там уже часто попадались почти равные противники, и некоторые бои я пересматривал по нескольку раз в замедленной съемке, и у меня после этого появилось не очень хорошее предчувствие.
После одного такого просмотра я не мог дождаться тренировки, а точнее, прихода моего "наставника", у меня накопилось кучу вопросов.
Как всегда неожиданно открылась дверь, как подходили к каюте остальные, я слышал, а вот Лайцбрингера никак не мог, и тот молча посторонился, давая возможность мне выйти.
– Есть пару вопросов, - предлагая войти, начал я.
– В зале задашь.
– Думаю, лучше здесь, мне кое-что непонятно в ваших боях.
Тот пожал плечами, но в каюту зашел. Я предложил сесть ему перед экраном информатория, и запустил отобранные мною бои. Он посмотрел их, но прочитать по его лицу или глазам я ничего не смог, он равнодушно, но в то же время внимательно смотрел на происходящее.
– Что вы думаете об этих боях?
– Бой как бой, ничего особенного в них нет.
– Вы ничего в них особенного не заметили?
– Нет.
– Посмотрите вот на этот эпизод, - я выбрал особенно заинтересовавший меня момент одного из боя, - вот здесь один из противников нанося удар в незащищенную голову, резко меняет направление удара и промахивается вообще, после чего проваливается и получает удар в грудь.
– А вот здесь вообще странно, его опорная нога, неожиданно подламывается, и он просто заваливается и с трудом перекатом уходит с линии атаки, но буквально через минуту, он как будто натыкается на какую-то преграду, останавливая свою атаку и пропуская простой удар в горло. Это прямо договорняк какой-то.
– Договорняк? Что это?
– Это когда соперники уже перед боем договариваются, кто победит, и сначала показывают как бы хороший бой. А потом один из бойцов, подыгрывая, проигрывает бой.
– Как можно договориться в таких боях, ведь на кону твоя жизнь?
– Вот и я этого не пойму. Почему такое непонятное поведение проигравшего воина?
– Ну, тут все просто, один из соперников - псион.
– Кто?
– Псион, ну, экстрасенс, у вас что, неизвестно, кто такие экстрасенсы?
– Ну, у нас экстрасенсы - это всякие шарлатаны, которые там типа всякие чудеса делают,
– Ну, у нас все нормально с экстрасенсами, они выявляются с рождения на обычном углубленном обследовании. И они действительно обладают "даром". Об этом ты посмотришь после тренировки в сети достаточно этой информации. Так что пошли в зал.
Постоянные пробы показали, что только когда проводить бой с человеком со странным именем Юр-рий, дар вел себя немного неадекватно. Лайцбрингер много раз экспериментировал и получил более чем достоверный результат. Он проводил бой с другими бойцами, когда рядом находился Юр-рий, и дар работал нормально, как и привык Лайцбрингер, но стоило встать в круг с ним, то оставались только неприменимые образы.
Но на землянина он обратил еще более пристальное внимание. Каждый раз, когда Лайцбрингер делал что-то полезное для человека, его амулет прибавлял в яркости. Один раз, ради достоверности эксперимента, он попытался сорвать тренировку Юр-рию, и почти мгновенно камень потемнел. Похоже, что сама судьба подбросила ему этого человека, и если он поддержит его, то и ему перепадет много благ от судьбы.
9
– Ческа Цокахак, через час мы выйдем из гипера, - доложил старший помощник, традиционно склонив голову.
– Я знаю, пузырь гиперполя уже час как слабеет.
– Что вы решили по поводу дунаданца?
– А что, я думаю выставить его как личный подарок Лянчеру Шоцаку. Покажу его видео, где он проводит бой с тенью, один из ранних, чтобы информация не вышла за пределы корабля. Скажу, что займусь его экипировкой и подготовкой лично, и в знак признательности к постоянному кураторству возьму все расходы за одного воина на себя.
– А если дунаданец перебьет половину этих молокососов?
– Мы выиграем много денег, а Лянчер Шоцак получит известность и укрепит свои позиции во власти, раз смог организовать такие бои.
– Ну, не всем нравится, что молодежь погибает на таких праздниках, а дунаданец по расчету компьютера может их до тридцати душ убить, и даже больше.
– Насколько я разбираюсь в политике, главное - электорат, имея большое количество сторонников, можно свернуть горы, а простой орокуэн любит хороший бой, а бои будут хорошими, ведь столица сектора не может выставить плохих бойцов, там будут лучшие из молодых щенков.
– Тогда я предлагаю запретить сходить с корабля всем членам экипажа, а компенсировать это, разрешением участвовать в ставках. Уже все знают, что дунаданец хорош и можно заработать на нем, а официальное разрешение их только обрадуют. Они без излишнего дерганья пересидят на корабле месяц.
– Так и сделаем, не думал я, что нельзя было показывать его первый бой с Лайсбрингером.
– Так никто и не догадывался, что он продержится против него полторы минуты, и фактически сведет бой в ничью, - ехидно заметил помощник.