Чтение онлайн

Добролюбов в качестве заместителя руководителя областного РОСТО практиковал периодические выступления в школах, колледжах и ВУЗах города с целью привлечения молодёжи к занятиям в секциях оборонного общества. У него были наработки лекций по целому ряду вопросов работы РОСТО. Теперь он решил ввести в содержание своих лекций побольше критического материала и увеличить количество выступлений. Следовало подумать, как организовать такие же выступления на действующих предприятиях и, едва ли не самое сложное, продумать, КАК от лекции перейти к разговору о вступлении в совсем не РОСТОвскую организацию. Посоветовавшись с Матвеем Егоровичем, он также решил встретиться с двумя-тремя друзьями, воевавшими вместе

с ним в Афганистане.

Эту проблему они обсудили с Коломийцем и наметили определённую тактику разговоров, решив уточнить её после проверки на практике. Некоторая трудность заключалась и в том, что пока организационной формы для привлечения сторонников не существовало. Объявить об её создании, предполагали после встречи с московским юристом. Так решили с Беркутовым

Аудитория института, где выступал Иван Абрамович, была рассчитана для "потока" — на 150 человек. Однако в зале находилось не более 30–35 человек. Лекции на оборонные темы не слишком интересовали студентов. Да и время каникулярное не способствовало сбору. Хотя объявление о выступлении Добролюбова висело почти неделю, собрать даже такое количество слушателей, удалось только благодаря устной агитации братьев Сероглазовых — активистов секции мотокроссменов, занятиями которой руководил друг Ивана Абрамовича и на которых он нередко присутствовал.

Рассказав, как обычно, о задачах РОСТО и призвав "молодёжь" вступать в секции организации, Иван неожиданно для аудитории задал вопрос:

— Допустим вы, ребята, услышали мой призыв и пришли в наши кружки. Допустим, вы стали отличными специалистами. И, допустим, случилась беда: стране нашей, России приходится защищаться от нападения….Какую технику вы получите в распоряжение для защиты Родины?

— ????

— Молчите? Это понятно. Несколько дней назад по телевизору показывали новейший самолёт. Таких нет пока ни в одной стране. Но нет и у нас. Опытные образцы техники, — а наши конструкторы создали не только самолёт, — проблемы защиты от агрессора не решают. Нужна мощная промышленность для массового выпуска такой техники….Промышленность же в нашей стране, в том числе в нашей области "лежит на боку", — вон, даже термин такой выдумали писаки для бедствующих предприятий. Очевидно, что нужно не только кадры готовить для….экстремальных случаев, но и срочно менять хозяйственную политику в стране. Прошу вас, подумайте и об этом.

После лекции в зале остались не только братья Сероглазовы, но и ещё несколько человек. Наблюдая за реакцией аудитории во время выступления, Иван никак не надеялся на такое. Очевидно, концовка лекции задела кое-кого за живое.

Разговор затянулся. Меньше всего ребята расспрашивали о деятельности РОСТО, вопросам же, связанным с войной в Афганистане и с экономикой страны не было конца. Афганская война — совсем недавнее прошлое, у некоторых ребят отцы или близкие знакомые прошли через эту войну, и она продолжала интересовать очень многих. Тем более что средства массовой информации однозначно подавали эту войну, как агрессию со стороны СССР, как преступление коммунистов, как трагедию для нашего народа.

Добролюбов не был опытным пропагандистом. Поэтому сказал ребятам, что очень скоро одна из газет областного центра, вероятнее всего "Камень — самоцвет", начнёт печатать цикл статей о современном положении в стране, и порекомендовал следить за её публикациями. На вопрос же об афганской войне ответил твёрдо и убеждённо. Как человек, видевший её изнутри, как офицер, много размышлявший о ней.

— Скажу вам, ребята, прямо. Наше вмешательство в афганские дела было необходимо. Другое дело, что вели мы эту войну не всегда разумно, но это уже не политическое решение. Я не в восторге от правления Брежнева, но в этом вопросе он не ошибся. Вы знаете, что творилось в Афганистане после нашего ухода: война религиозных фанатиков не только подошла к нашим границам, но и перешла

в нашу Среднюю Азию. Там кровавые события не прекращаются и теперь, даже после, так называемого, антитеррористического похода американцев. Вступив в Афган, Советский Союз на 10 лет отсрочил эту беду. А, если бы мы поумнее вели себя в Афгане, может быть….впрочем, история не вариабельна. Что случилось, то случилось. Но, повторяю, само решение о помощи существовавшему тогда в этой стране режиму, было оправдано. Я видел всё это, ребята. И не сомневаюсь.

Иван Абрамович договорился с ребятами о следующей встрече, пообещав тогда более конкретно поговорить о том, кто, что может сделать.

Примерно в это же время встретился со знакомыми и Коломиец. После окончания смены на заводе "Уральские моторы" его старый товарищ, некогда парторг крупнейшего цеха, а ныне начальник этого же цеха вместе с двумя бригадирами зашли в небольшое кафе, где за четверть часа до договорённого времени Матвей Егорович занял столик, заказал пиво и нехитрую закуску на четверых.

Поздоровались, с аппетитом выпили по кружке пива и заказали повторение.

Начальник цеха познакомил пришедших с ним товарищей с Матвеем, представив его, как давнего приятеля, партийного работника, а нынче служащего строительной фирмы. Выпив пива, один из новых знакомых хмуро посмотрел на Коломийца и пробурчал:

— Страну профукали, товарищи партийные работники, да и теперь в Думе приспособились разговоры говорить да думу думать. А Россия под откос валится, пока вы эту думу додумаете. На нашем заводе это явно заметно….

— Думы и разговоры у них правильные, — поддержал его второй бригадир. Только ещё дедушка Крылов завещал слов не тратить по-пустому, где нужно власть употребить…

— Да нет у них власти, взять её духу не хватает, вот и выпускают пар в гудок…

— Верно говорите, товарищи. Потому и не все коммунисты в новую партию вступили, что ощущают пассивность. За провозглашённые идеи нужно бороться. Потому и просил я Николая Васильевича познакомить меня с людьми, которые готовы действовать. Не скрою, есть группа умных и честных людей, которые решились на это. Только сразу хочу предупредить, мы заговоры не стряпаем. Убрать правителя — дурака или предателя не так уж и трудно. Другого назначат. Нужно официально менять пагубный правительственный курс, нужно законным путём получить доверенность от народа на руководство страной. Только так, иначе мы втянем Россию в войну против всего мира.

— Наивные мечты. Или, извините за простоту рабочую, провокационные мечты. Они власть не отдадут. За власть нужно драться.

— Я рад вашему настрою, товарищи. Но такие дела на эмоциях не обсуждаются. Давайте допьём наше пиво и договоримся о спокойном неспешном разговоре. Очень надеюсь, что мы сумеем понять друг друга….Послезавтра у нас выходной день? Давайте выберемся на рыбалку, там будет возможность и поспорить и доводы друг друга внимательно выслушать.

Никто не ответил. После неловкой паузы Николай Васильевич поддержал предложение Коломийца и, внимательно посмотрев на своих спутников, сказал, что предложение в принципе принимается, а сегодня вечерком он позвонит Матвею домой и они договорятся о деталях.

Нужно сказать, что уходил из кафе Коломиец сильно обескураженный. Зажигательный разговор с рабочими пока не получился.

К счастью, рыбалка удалась во всех смыслах!

Погода в это лето почти повсеместно в Европейской России от Калининграда до Уральского хребта стояла жаркая, прорываясь лишь не очень частыми, но яростными грозами. В Москве даже два раза с интервалом недели в 3–4 прошли мощные ливни, установившие новые рекорды разового выпадения осадков. Здесь же, на Урале, в эти дни погода стояла стабильная, очень подходящая для загородных вылазок.