Чтение онлайн

Царь Фёдор со своей царицей,

Дворян служилых наградил,

Бояр же златом одарил,

А Годунову передал,

На Волге земли и ему,

Из всех бояр лишь одному,

Чин конюшего знатный дал.

И пожалеть, решив опальных,

Князьям прощенье объявил,

А заключённых и несчастных,

Из казематов отпустил.

И повелел указы дать,

По коим судья не должны,

Без доказательства

вины,

Дворян невинных осуждать.

Страной сурово Грозный правил

И умирая, царь больной,

В наследство Фёдору оставил,

Народ, измученный войной,

Опустошённую казну,

Да разорённую страну.

И чтоб дела казны поправить,

И мощь страны восстановить,

Романов должен был заставить,

Бояр тарханы отменить,

Что вызвало в Москве волнение

И в самый кризисный разгар,

Когда по воле всех бояр,

Град был в особом положении,

Романова удар хватил,

Он безнадёжно заболел

И потеряв немало сил,

Был вынужден уйти от дел.

Когда Романов отошёл от власти,

То все волнения разом улеглись

И загасив остатки страсти,

Все мирно с Богом разошлись.

Вражда в столице прекратилась

И жизнь в Москве восстановилась.

Но в думе не было спокойно,

Все ждали схватки напряжённо,

Между Мстиславским пожилым

И Годуновым молодым.

Столкнувшись с регентом суровым,

Упорным умным Годуновым,

Мстиславский начал замышлять,

Как власть у конюшего вырвать

И казначея взялся убеждать,

Его на местничество вызвать.

Но Годунов удар сей ждал,

Он, несомненно, понимал,

Что казначею в этой схватке,

На местничестве б проиграл.

А посему он поспешил,

Удар внезапный нанести

И думным дьякам предложил,

Казны проверку провести.

Когда же всё пересчитав,

Проверку дьяки завершили

И доказательства собрав,

Царю немедля сообщили,

О крупных денежных хищениях,

То думу в тот же день собрали,

Под стражу казначея взяли

И суд боярским повелением,

Смертельный вынес приговор,

А чтоб узнал весь люд позор,

Решили палачу отдать,

Дабы его при всех казнить,

Но Годунов стал хлопотать,

Ему казнь ссылкой заменить.

«За приставы» в Казань сослать,

Куда его и заточили,

И там решив его убрать,

Однажды ночью умертвили.

Убив в Казани

казначея,

Борис стал меры принимать,

Дабы Мстиславского скорее,

Из царских регентов изгнать.

И чтобы князя затравить,

Бориса люди поспешили,

Его в злодействе обвинить

И слух по городу пустили,

Что регент яко бы пытался,

На пир Бориса заманить

И сам его намеревался,

Смертельным ядом напоить.

И получив удобный повод,

Борис всё это подтвердил

И указав на важный довод,

Тихонько князя убедил,

Оставить Кремль добровольно

И в Белоозеро отбыть,

Чтоб не пришлось ему невольно,

Туда под стражею прибыть.

И вот когда Борис считал,

Едва расправившись с Мстиславским,

Что высшей властью обладал

И соправителем стал царским,

Как государь внезапно слёг,

Глаза его в глазницы впали,

Когда ж совсем он занемог,

Готовить его к смерти стали.

Встревоженный болезнью царской

И оппозицией боярской,

Борис посольство собирает,

И срочно в Вену направляет.

Чтоб у Рудольфа разузнать

Не сможет принца ль он прислать,

Когда царь с миром распростится

То, обвенчав его с царицей,

Вдовой Ириной Годуновой,

Царём Московским объявить

И властью наделив законной,

Судьбу страны ему вручить.

Но брат царицы просчитался,

Когда царь смерти избежал

И вскоре на ноги поднялся,

То всё о шурине узнал,

И в думе конюшему предложил,

При всех в грехах своих сознаться

И Годунов как не хитрил,

Был всё же вынужден признаться.

Но стоило в Москве узнать,

Что Габсбургам Борис решился,

Трон православный передать,

Как живо слух распространился,

Что ядом он намеревался,

Царя Ивана отравить,

А так же Фёдора пытался,

Неоднократно погубить.

Встревоженный происходящим

И наказанием предстоящим,

Борис Горсея в Лондон шлёт

И указание даёт,

У королевы разузнать.

Захочет ли она его,

Под покровительство своё,

В минуту трудную принять.

А так же заодно спросить,

Не сможет ли она царице,

Прислать весною «дохторицу»

чтоб сына ей живым родить.