Смертельные враги
Шрифт:
— Вы знали этого человека? — обратился к канадцам Девандейл. — Вы назвали его отравителем? Что это значит?
— Он, заведя транспортную контору для перевозки трупов умерших на рудниках рабочих, чтобы увеличить свои заработки, с прошлого года принялся отравлять наиболее богатых рудокопов. Он орудовал при помощи одного негра, такого же проходимца.
Две недели назад на рудниках умер некий Иеремия Смитсон при весьма загадочных обстоятельствах, и «гробовщик» отправился отвозить его труп
Оставшийся вместо него негр запил и в пьяном виде проговорился о том, каким, собственно, ремеслом занимался его патрон.
Ну, мы приперли чернокожего к стене, заставили выложить все. Комитет общественной безопасности образовал погоню за отравителем. Мы шли по его следам, но…
— Но вы опоздали! Суд Божий над ним уже свершился! — отозвался Сэнди Гук.
— А как вы попали сюда, господа? — осведомился предводитель канадцев.
Джон вкратце поведал уже известные нашим читателям перипетии своих странствований.
— Охотница за скальпами пробирается на нашу территорию? Для того, чтобы и в наших краях совершать свои злодеяния? — вскипел гигант-канадец. — Господа! Что вы скажете на это?
— Смерть сиу! — хором отозвались канадцы.
— Господа! Хотите, мы присоединимся к вам? — предложил предводитель канадцев Джону.
— Разумеется! Будем очень рады!
Утром следующего дня разведчики сиу, находившиеся уже у самой канадской границы, донесли Миннеаге, что ими обнаружен поблизости отряд из пяти бледнолицых, в которых по описанию женщина-сахем узнала своих смертельных врагов.
Глаза Миннеаги вспыхнули мрачным огнем.
— Маниту предает их в наши руки! Смерть их будет так ужасна, что само небо содрогнется!
В мгновение отряд сиу собрался и ринулся на обнаруженных врагов.
— Возьмите их живыми во что бы то ни стало! — подстрекала своих воинов несшаяся впереди Миннеага. — Я хочу упиться их муками! Вперед, вперед, последние сиу! Слава ждет нас!
Белые всадники, увидев мчавшийся на них вихрем отряд индейцев, испуская крики ужаса, повернули коней и понеслись назад, делая большую дугу.
— Они хотят укрыться в лесу! Но мы не упустим желанную, драгоценную добычу! — кричала, словно опьянев от радости, Миннеага. — Мы сейчас покончим навсегда с нашими смертельными врагами! Спешите, воины! Я стану женой того из вас, кто возьмет в плен Джона — индейского агента!
Беглецы заметно задерживались. Между ними, казалось, была паника. Прозвучали два — три беспорядочных выстрела, не причинивших краснокожим ни малейшего вреда.
— Спешите же, спешите, последние герои сиу! — торопила краснокожих женщина-сахем.
— Гм! Нет ли тут какого подвоха? — придержал ее Красное Облако. — Смотри, дочь моя! Ненависть
— Ты — трус, воин Воронов! — крикнула ему неукротимая Миннеага и влетела в лес, на опушке которого скрылись беглецы.
И вот в это мгновение с двух сторон загремели ровные и дружные залпы карабинов, сея смерть в рядах сиу: то стреляли сидевшие в засаде канадцы, поражая сиу перекрестным огнем.
Действие их залпов было ужасно: кони и всадники смешались в кучу, падая грудой на снег. А пули летели и летели.
Потом послышался свист, и два отряда белых ринулись на немногих уцелевших от пуль индейцев, неся с собой гибель последним, действительно последним сиу.
Впереди белых мчался Джон Максим, правительственный агент, и Сэнди Гук. Они направили коней в ту сторону, где над трупом своего мустанга стояла в роскошной мантии женщина-сахем Миннеага, дочь Яллы.
— Отдай мой скальп! — кричал Джон.
— Десять тысяч долларов за твою голову! — вопил Сэнди Гук, бросаясь на неукротимую воительницу сиу.
Подпустив врагов на десять шагов, Миннеага швырнула свой страшный томагавк в грудь Сэнди Гука.
Бывший бандит пригнулся, но топор поразил его голову. Падая, умирая, бандит все же успел разрядить револьвер: все шесть пуль. пронзив щит, которым прикрывалась Миннеага, впились в ее грудь.
Как пораженная ударом молнии, женщина-сахем молча, не испустив ни единого стона, опустилась на землю рядом с трупом мустанга, столько лет носившего ее в битву. Умирая, она, как гордый сын Рима, закрыла свое лицо краем плаща.
А по снеговой равнине метались кони без всадников, бежали преследуемые канадцами последние сиу, почти не думая о сопротивлении, их настигали, и они падали, не переступив границы обетованной земли, обещавшей возрождение расы сиу…
Только один краснокожий всадник, словно чудом уцелевший и пощаженный пулями, вихрем вырвался из свалки и умчался в лес. Это был вождь Красное Облако. За ним гнались, но не догнали: лес скрыл его.
Джордж Девандейл долго молча созерцал поле битвы. Лицо его было бледно, взор мрачен.
Джон подошел к нему и тронул его за рукав.
— Пора, мистер Джордж! — сказал он.
— Что? — очнулся молодой офицер.
— Я говорю, нам нечего делать здесь больше!
— Да, мы свое дело сделали! — горько засмеялся Девандейл.
— Вы как будто недовольны победой?
— Нет, что же! Я только думаю о том, что тут сейчас сведен вековой счет и что племя сиу никогда не возродится ни у нас, ни в Канаде…
— Есть о чем жалеть! — пожал плечами Джон. — Посмотрите-ка лучше на мою добычу!