Чтение онлайн

Предводитель Порядочного похода испытывал немалое искушение прирезать лежащего на земле мага и в то же время понимал, что ему не удастся сделать это безнаказанно.

– Трупы этих – в реку, – бросил Кавнлир ре Милот и, сгорбившись, зашагал к собственному шатру.

Стоило наместнику отойти, как Хорст негромко застонал и зашевелился. Радульф сунул меч в ножны и присел, помогая магу перевернуться на спину.

– Ну… что? – спросил тот.

– Одолели мы их, – ответил бывший десятник. – Давайте-ка, господин, посмотрим

вашу рану…

– Рану? Какую рану?

Не обращая внимания на эти слова, Радульф осторожно закатал кольчугу Хорста, обнажив левый бок. Но там, где должна была находиться кровоточащая дыра, розовела неповрежденная кожа.

– Мошонка Хаоса, но я сам видел, как его ударили! – пробормотал Альфи и осенил себя знаком Куба.

– Не только ты, – отозвался Радульф, нащупав на кольчуге аккуратный разрез.

Хорст слабо улыбнулся, застонал, и глаза его закатились.

Очнулся он в полной уверенности, что ему привиделся ужасный сон. Хотел повернуться на другой бок, как вдруг сообразил, что лежит в кольчуге, а левое подреберье ноет, точно после удара.

Рывком сел и распахнул глаза.

Снег перестал, но серые облака, едва подсвеченные слабым рассветом, клубились низко-низко. У еле тлеющего костра сидели мрачные, будто два ворона, Альфи и Радульф, а еще дальше виднелись аккуратно сложенные тела погибших наемников.

Тех, с кем Хорст еще вчера ел из одного котелка.

– А, господин, вы проснулись, – сказал бывший десятник. За эту ночь он словно постарел лет на десять, резче обозначились морщины, бодрый блеск ушел из глаз, обвисли усы.

– Лучше бы я не просыпался… – ответил маг, ощупывая собственный бок. – Я помню, что меня ранили, а вот потом…

– Потом вы все же их одолели магией, – сказал Альфи безрадостно.

– Магией? Это невозможно. Это твари Хаоса, они магии не подвластны…

– Ну, вам виднее. – Радульф пожал плечами. – Но свет от вас пошел, а потом вы ринулись на них и накрошили чуть ли не полсотни. Я даже со счета сбился…

– Вот как, – пробормотал Хорст, ощущая, как неприятный холодок подкрадывается к сердцу. Похоже было, что та странная и могучая сила, что не раз спасала ему жизнь, вновь вступила в действие.

И исчезла, не оставив даже намека, чем придется платить за ее помощь.

Маг поднялся, стащил кольчугу, некоторое время с тупым изумлением разглядывал разрез на подоле рубахи и только потом осознал, что его бьет крупная дрожь.

– Много наших погибло? – спросил он, одевшись и подсев к костру.

– Не считали пока, – ответил Радульф, не поворачивая головы. – Но похороны назначили на самый рассвет, могилы вовсю копают. Так что уже скоро…

Свет прибывал по капле, точно ночь не желала уходить, а утро не имело сил ее изгнать. Тьма отступала, обнажая лагерь, где спящих было много меньше, чем мертвых.

Когда сквозь завесу туч проглянуло светлое пятно, исполняющее

роль солнца, полог шатра откинулся и наружу вышел Кавнлир ре Милот. Огляделся и зашагал прямо к тому месту, где сидел Хорст.

– Ну, что? – Голос наместника скрипел, как несмазанная дверь. – Служителей у нас нет, так что я думаю, напутствовать погибших сможет тот, кто повел нас в этот поход – Сын Порядка…

Маг вздрогнул, понимая, что затыкать ре Милоту рот поздно, а отказаться и вовсе будет безумием.

– Хорошо, – сказал он, поднимаясь. – Могилы готовы?

– Конечно. Прошу за мной.

Вслед за ре Милотом Хорст пошел на запад, лавируя между костров, у которых сидели замерзшие и усталые люди. Бывший глава Чистой Лиги шагал не торопясь, его длинный плащ волочился по земле, производя негромкий, но очень неприятный царапающий звук.

– Вот, – сказал ре Милот, останавливаясь около чернеющей в земле прямоугольной ямы.

Их на опушке небольшого леса к западу от лагеря было больше полудюжины.

– Так много? – спросил маг. – Это сколько же людей погибло?

– Около тысячи, – устало отозвался наместник и, повернувшись к лагерю, крикнул: – Начинайте!

На некоторое время Хорст потерял способность думать и разговаривать, в полной прострации наблюдая, как люди по двое подходят к могиле и аккуратно опускают в холодную тьму вчерашних соратников.

Мертвые выглядели спокойно, живые смотрели на мага со злобой или унынием. Полных надежды и восторга взглядов, каких в изобилии хватало в Карни, почти не было.

Промелькнули лица Радульфа и Альфи, прошел скорбный Накди, первая могила заполнилась, а Хорст все стоял, пытаясь отогнать мысль, что всех этих людей погубил именно он.

– Они ждут, – сказал ре Милот, когда все ямы оказались полны, а рядом с ними объявились оруженосцы с лопатами.

– Да? – Маг вздрогнул и, подняв взгляд, обнаружил, что уцелевшие толпятся по ту сторону могил и что глаза толпы полны ожидания.

Говорить удавалось с большим трудом, в голове звенело, а каждое движение вызывало приступ тошнотворной слабости. На мгновение пришла мысль, что ночью он потратил слишком много сил, пытаясь справиться с «морскими людьми» колдовством, и то усилие, что сошло бы с рук обычному магу, оказалось не по зубам чародею, лишенному точки опоры…

Хорст понимал, что если сейчас промолчит, не найдет силы сотворить хотя бы маленькое, но чудо, то рискует лишиться той власти, что заставила многих обитателей Карни в канун зимы покинуть теплые дома…

– Люди! – сказал он, поднимая руку.

Толпа стихла, стал слышен гул прибоя, свист ветра в кронах и далекие крики чаек.

– Мерзкие твари Хаоса, явившиеся из моря, только доказывают, что затаившийся за Стеной враг боится нас… – Хорст говорил, чувствуя, что выплевывает слова, будто скользкие холодные комки.