Чтение онлайн

Они прошли совсем немного, когда девочка обратила внимание на то, что он морщится при ходьбе.

— Вы ранены? — спросила она.

— У меня сломаны ребра. И рука, наверное, тоже. — Ему не хотелось говорить об этом. В любом случае надо было двигаться дальше. — Ничего, со мной все будет нормально.

— Нет, не будет, — возразила она, взяла его за здоровую руку и развернула лицом к себе. — Позвольте мне осмотреть вас. Я немного разбираюсь в том, как надо лечить раны.

Она не стала трогать его ребра, очевидно, отчасти потому, что не захотела тратить время и силы на то, чтобы снять

с него бронежилет, а еще потому, что знала, что его амуниция и так защищает его тело. А вот с его рукой она возилась несколько минут, нажимая здесь и там, глядя на его реакцию и спрашивая, где болит. Закончив, Пру сообщила ему, что кости предплечья не сломаны, а всего лишь треснули, и она наложит на руку шину. Девочка нашла пару ровных палочек, оторвала полоску материи от края своей рубашки и соорудила нечто вроде лубка, крепко прибинтовав к руке палочки. После этого она вытащила из кармана какие-то листья и дала их ему пожевать. Как ни странно, но боль утихла почти сразу же.

Они двинулись дальше. Пру захотела понести что-либо из его поклажи, но он отказался, заявив, что справится сам. Он все время прислушивался, но погони пока не было слышно. По возможности Инч выбирал путь по руслу ручья и по залитым водой участкам берега, чтобы скрыть следы. Он задал размеренный темп ходьбы, опасаясь, что девчонка будет отставать. Но она не жаловалась и не отставала.

В конце концов он спросил, не устала ли она.

— Я же Следопыт, как и Пантерра. Нас учили находить и читать следы и жить в горах и в лесу по нескольку недель. Мы можем выжить где угодно. У меня получалось очень хорошо, но у Пантерры лучше. Собственно, он — лучший из всех, кого я знаю. — Похоже, она еще многое ему собиралась рассказать, но передумала. — Так что я не отстану от вас, — заключила она.

Инч с изумлением подумал: «А ведь она и впрямь не отстанет!» Тоненькая, как тростинка, хрупкая и легкая, как перышко, девчонка оказалась на удивление крепкой и выносливой. Ее рыжие кудри намокли и цветом напоминали жженую умбру, а зеленые глаза ярко сверкали даже в темноте. Она то и дело поглядывала на него, пытаясь, вероятно, угадать, о чем он думает. Инч улыбнулся про себя. Другие тоже пытались, но никому это не удалось.

К рассвету они были уже далеко от лагеря Друджей, оставив позади равнину и углубившись в холмы. Здесь повсюду торчали мертвые остовы деревьев и ветки кустарника, а земля была изрыта глубокими лощинами и промоинами. Дождь закончился, но в воздухе висела морось, наползавшая с гор и скапливавшаяся в низинах. Резко похолодало, и Инч с Пру, насквозь промокшие, стали мерзнуть. Костер сейчас пришелся бы очень кстати, но развести его было бы несусветной глупостью.

Инч все-таки решил сделать привал. Они уселись на ствол дерева и перекусили — Инч предусмотрительно прихватил с собой съестные припасы из броневика. В разрывах тумана вдалеке были видны отдельные участки местности, но остальное окутывала сплошная мутная пелена. Всю ночь он напрягал слух, чтобы не пропустить звуки приближающейся погони, но ничего не слышал. Не услышал он ничего и сейчас.

— А вы кто? — поинтересовалась девочка, жуя сыр и сушеные фрукты в прикуску с черствым хлебом.

Он назвался.

— Мы встретились с Сидером

Аментом несколько недель тому назад, когда он спустился с гор, преследуя хагеналя. Собственно говоря, я спас ему жизнь. Так уж получилось.

— Почему вы пришли за мной?

Инч пожал плечами.

— Это показалось мне неплохой идеей. Сидер попросил меня помочь ему, а мне как раз нечем было заняться. — Он одарил девчонку быстрой, летящей улыбкой. — Сидер рассчитывал спасти тебя сам, но его планы изменились и ему понадобилось срочно вернуться в долину. Этот Тролль, который помогал вам, помнишь его? Так вот, он на самом деле старший сын Таурега Сика. Он обманул вас, чтобы вы отвели его в долину, — ему надо было разузнать, как там обстоят дела. Поскольку Сидеру нужно было перехватить его до того, как он улизнет к своим, я и вызвался спасти тебя. И все вышло бы именно так, как я планировал, если бы Тролли не научились делать кислоту, способную разъесть даже броню моего вездехода.

— Они нашли штучку с красным огоньком, которую вы дали мне, — пояснила девчонка. — Похоже, они не поняли, что это такое. Поначалу они даже спорили и ругались, когда обнаружили ее, потому что не были уверены, что это — ваша работа. Но, кажется, они все же заподозрили вас. Гроша связал меня, сунул в рот кляп и завалил кучей тряпья, а сам стал ждать, не придете ли вы за мной.

Инч кивнул.

— Именно так я все это и представлял. Стоило бы потянуть время, но я не мог больше ждать; мне нужно было вытащить тебя как можно быстрее. Сегодня ночью должен был вернуться Арик.

— А вы откуда знаете? Они что же, могут разговаривать друг с другом на таком расстоянии?

Инч отрицательно покачал головой.

— Нет, не думаю. Кроме обработки железа, Тролли не применяют никаких технологий.

Девочка опустила взгляд на свои руки.

— А я доверяла Арику, — призналась она.

— Не расстраивайся. Он умеет заставить поверить себе. Вот почему он так опасен.

— Значит, его рассказы о том, что он один из нас, что он потомок Призраков, — все это ложь?

Инч вновь покачал головой.

— Не могу сказать. Эта часть истории мне неизвестна. Я знаю лишь, что вас он убедил, будто является сыном Матурена Карриаков и был обменян на старшего сына Таурега. Я знал, что это — ложь, поскольку Друджи уничтожили всех Карриаков поголовно еще несколько лет назад. Они заявили, что хотят заключить с ними союз, убедили убрать часовых и не выставлять стражу, а потом устроили кровавую бойню.

Девочка долго молчала.

— Надеюсь, Сидер поймает его, — пробормотала она наконец.

Инч улыбнулся.

— Я бы не поставил на то, что ему это не удастся.

Вскоре они пошли дальше, по-прежнему двигаясь сквозь сплошную пелену тумана и мороси. К тому же снова пошел мелкий надоедливый дождь и стало еще холоднее. Земля в низине, и без того раскисшая, превратилась в настоящее болото. Повсюду лужи сливались в озера, а ручейки — в ручьи, текущие во всех направлениях. Им приходилось то подниматься на холмы, то вновь спускаться, и такая ходьба изматывала, быстро вытягивала из них остатки сил. Ноги скользили по раскисшей земле, и они то и дело падали, теряя драгоценное время.