Шрифт:
Глава первая
Хэнк Фрост посмотрел на циферблат “Ролекса”, украшавшего левое запястье его руки, а потом перевел взгляд на большие электронные часы, висевшие над стойкой бара. Капитан покачал головой, пробормотал что-то себе под нос, а затем подозвал бармена. Теперь он снова мог пить свое любимое шотландское виски, а потому сказал:
— Еще раз то же самое, приятель.
Все мысли Фроста были о Бесс. Скоро, уже скоро он ее увидит. И обнимет. И поцелует. И…
Он снова посмотрел на “Ролекс”, считая минуты. Самолет, которым Бесс прилетала из Лондона
Фрост повернул голову и взглянул на большой монитор, на котором высвечивалась информация о рейсах. Судя по всему, самолет из Лондона должен прибыть вовремя.
Бармен поставил перед капитаном стаканчик с виски. Оставалось еще двадцать две минуты. Фрост пригубил напиток.
Его голова все еще болела, болел и участок кожи в том месте, которым он остановил кусок моста, взорванного недавно в Майами. С тех пор Фрост еще не пришел в свою обычную форму и чувствовал себя немного скованным и заторможенным.
Он улыбнулся своим мыслям и одним глотком допил виски. Что ж, ради того, чтобы увидеть Бесс, стоило пройти через такие испытания. Ну, может, не через все.
Фрост нашарил в кармане полупустую пачку “Кэмела”, вытащил сигарету и прикурил ее от огонька пламени, выскочившего из старенькой “Зиппо”. Затем спрятал зажигалку и оглядел свой новый синий костюм-тройку. Он хотел выглядеть респектабельно, чтобы доставить удовольствие Бесс.
Капитан бросил на стойку деньги, кивнул бармену, поправил свой черный шелковый галстук и двинулся к выходу из зала, прихватив лежавший рядом на стуле букет алых роз. С цветами в руке он чувствовал себя довольно неловко.
Чувство неловкости усугублял и тот факт, что он был не вооружен. Фрост не рискнул пронести свой арсенал на территорию аэропорта, а потому любимый браунинг калибра девять миллиметров и острый тяжелый нож морского пехотинца остались в машине, которую он взял напрокат и припарковал недалеко от здания воздушного вокзала. Беда в том, что он не любил иметь дело с электронными системами безопасности, а аэропорт был буквально нашпигован подобной аппаратурой.
Однажды он наблюдал — когда системы безопасности еще только входили в обращение — как через контроль-детектор проходил мужчина с кардиостимулятором. Стимулятор внезапно заработал в бешеном темпе, а потом остановился и человек умер. К тому же, в карманах всегда могут остаться какие-нибудь случайно забытые металлические предметы — брелок, зажигалка — и это вызывает ненужную панику и нервотрепку.
А как-то Фросту рассказали о русском туристе, которого обыскали уже в двадцатый раз, но детектор все равно показывал наличие металла. В конце концов выяснилось, что советские дантисты — было это, правда, давно — поставили ему протез на нижнюю челюсть из чистой нержавеющей стали. Пришлось вызывать американского врача, чтобы тот дал свое заключение, а в результате бедняга-турист вынужден был пропустить рейс, да еще и наверняка попал под подозрение КГБ, когда вернулся на Родину.
Все эти истории ужасно пугали Фроста, и он постоянно боялся оказаться на месте такого вот незадачливого пассажира. Но сейчас у него не было выбора и капитан — собрав
Через пару минут он очутился лицом к лицу с симпатичной чернокожей девушкой в мундире работника службы безопасности. Та улыбнулась ему заученной улыбкой и сказала:
— Будьте добры, сэр, сюда.
Фрост прошел несколько шагов и остановился возле небольшого столика, за которым сидел еще один охранник.
— Пожалуйста, выложите на стол содержимое своих карманов, сэр, — сказал мужчина.
— Сейчас, — пробормотал Фрост, достал зажигалку, прикурил сигарету и бросил “Зиппо” перед охранником. Потом положил и все остальное — бумажник, брелок с ключами от квартиры в Саут Бенд, ключи от гостиничного номера и от машины, авторучку, и — наконец — букет роз. В кармане остался только носовой платок.
Охранник взял свою “волшебную палочку” и принялся водить ею вдоль тела Фроста, особенно в районе паха.
— Скажите, — спросил капитан, силясь улыбнуться, — с этой процедурой у вас тут, наверное, от “голубых” отбоя нет?
Охранник не ответил. Он внезапно напрягся, когда раздалось негромкое гудение “палочки”.
— У вас, есть металл при себе?
Фрост хлопнул себя по лбу.
— Конечно, часы.
Он расстегнул браслет и положил “Ролекс” на стол. Охранник обследовал его еще раз и наконец-то улыбнулся.
— Все в порядке, сэр. Благодарю за сотрудничество.
— Не за что, — буркнул капитан, быстро рассовал по карманам свою собственность, вновь одел на запястье часы и посмотрел на циферблат. — Черт возьми, время…
Самолет из Лондона прибывал через одиннадцать минут.
Фрост бросился через зал к эскалатору и спустился вниз. Обезличенный женский голос из динамика предупреждал, что, если пассажир хочет попасть к выходам “три”, “четыре” и “пять”, он должен воспользоваться вагоном подземки.
Капитан услышал шум подъезжающего поезда, подбежал к ближайшему вагону и вошел внутрь. Дверь с негромким шипением закрылась. На сей раз из динамика раздался мужской голос. Он посоветовал пассажирам или присесть, или держаться за поручень. Затем поезд тронулся с места, набрал скорость и нырнул в тоннель.
Фрост хотел посмотреть на часы и тут внезапно осознал, что до сих пор держит в руках дымящуюся сигарету. Он раздраженно огляделся в поисках пепельницы.
— Где, черт возьми…
Слова застряли у него в горле. Капитан, не отрываясь, смотрел на мужчину, который сидел в кресле в противоположном конце вагона. Это лицо Фрост не мог забыть, оно снилось ему по ночам. Но наяву он не видел его уже очень давно, со Вьетнама. Тогда у капитана еще были целы оба глаза…
Фрост почувствовал, как во рту у него пересохло.
— Мартин, — прохрипел он и двинулся по проходу, непроизвольно сжимая кулаки.
Кроме них, в вагоне находились еще четверо: молодая женщина с ребенком в коляске, полный пожилой негр в белом костюме и девушка в цветастом сари, судя по всему — гостья из Индии. Все они — кроме ребенка — удивленно подняли головы и уставились на Фроста. Но капитан не обращал на них внимания, по-прежнему глядя лишь в одном направлении. Его просто трясло от ярости.