Чтение онлайн

От этого никуда не деться; мне суждено навек остаться одной.

Так и лёжа на полу, я отвернулась, подтянула колени к — теперь пустой, тёмной, тяжёлой — груди и заплакала. Да, знаю. Божества не плачут. Но иногда, когда они понимают, что для них нет никакой надежды, такое случается.

— Опять твои фокусы, как погляжу, — протянул он. — Но твоя ложь и женские уловки на меня не подействуют.

— Просто уходи! Уходи! — закричала я. Достаточно того, что я — Богиня подземного мира — плакала!

Я услышала шарканье его ног по полу, когда он обошёл

кровать.

— Я приказываю тебе перестать плакать!

— Нет!

Он схватил меня за руку, поднял и стиснул плечи.

— Да. Ты прекратишь попытки манипулировать мной и дашь мне клятву. А ещё перестанешь пытаться выставить меня дураком!

— Ты не понимаешь, да? — отрезала я, пытаясь вырваться из его хватки. — Тебя уже выставили дураком! Я не могу быть твоей королевой. Не могу быть ничьей королевой. Божества и люди несовместимы. Этот маленький «трюк», как ты его назвал, всего лишь химия наших тел.

— Что ещё за «химия»? — спросил он.

Тьфу. Это термин будущего.

— Это значит, что твоё тело подобно дереву, а моё подобно молнии. При соединении они создадут огонь.

Он ослабил хватку.

— Правда?

Я кивнула.

Он потёр лоб и повернулся, чтобы уйти.

— Подожди, ты куда? — спросила я.

— Найти магию, чтобы исправить это. — Он исчез в дверном проёме.

Я опустила голову и принялась массировать виски.

— Что ты делаешь, Симил? Он скоро умрёт, а ты играешь в фэнтези-перепихон! Со смертным.

Я громко вздохнула. Не потому, что была разочарована в себе, а потому, что не существовало такой магии, чтобы исправить это, и впервые в жизни я действительно хотела то, чего не могла иметь: человека. Человека, который вот-вот умрёт и, скорее всего, окажется одной из тех упрямых, брыкающихся и воющих задниц, которых мне пришлось тащить на другую сторону за уши.

Эта ситуация вопиюще трагична.

— Я, должно быть, основательно спятила.

Держа наготове любимый кинжал, Нармер ворвался в спальню жреца, напугав старика и трёх обнажённых женщин, которые, по-видимому, делали ему массаж перед сном. Отвратительно. Как они могут касаться его? Нармер подавил рвотный позыв.

— Вон отсюда! — прорычал Нармер на женщин, которые схватили свои платья и убежали.

Жрец слез с кровати и прислонился спиной к стене.

— Успокойся, мой повелитель. Уверен, что это просто какое-то недоразумение.

— Ты меня обманул! И я не твой повелитель! Ты недостоин быть даже самым ничтожным моим подданным. Я твой палач! — Нармер приставил длинный нож к горлу мужчины.

Жрец вцепился в руку Нармера.

— Вижу, ты расстроен, — прохрипел жрец.

— Богиня не может спать со мной. Она говорит, что мы физически несовместимы — огонь и дерево. — Нармер прижал жреца спиной к стене. — Клянусь богами, ты всё исправишь!

— Не могу.

— Не можешь или не хочешь?

— Не могу, — ответил Митнал. — Можешь убить меня, но я не в силах дать то, что ты просишь. Моя магия не

настолько сильна.

Нармер отпустил его и провёл рукой по волосам. Ему нужна божественная королева и наследники. Ему нужна Симил. Благодаря острому язычку и упрямству она привлекательнее любой женщины, с которыми Нармеру довелось встречаться, а таких было много. Раньше он укладывал в свою постель по две-три женщины каждую ночь. Те выстраивались перед его дверью, надеясь, что именно она навсегда привлечёт его внимание или станет матерью его ребёнка.

Но боги не пожелали этого, а Нармер не видел в этих женщинах ничего, кроме жадности к богатству и власти. Они пробуждали в нём чувство опустошения, неудовлетворённости и разочарования. Именно потому он пришёл к выводу, что только женщина, равная ему, уникальная и могущественная подойдёт.

Конечно, быть правителем самой выдающейся и развитой цивилизации, известной всем, значило то, что никто не мог сравниться с Нармером. В его жилах текла кровь богов. Да, только чистокровная богиня подойдёт.

— Если моя просьба выше твоих сил, — сказал Нармер, — значит ли это, что тебе ведом иной путь?

Злой мужчина улыбнулся злой усмешкой.

— Назови свою цену, — приказал Нармер.

Жрец нервно хохотнул.

— Цена слишком высока.

— Я убью тебя прямо здесь и сейчас, если ты мне не скажешь.

— Ладно, — сказал Митнал, — цена — твоя жизнь.

Он свихнулся.

— Я совершенно уверен, что моя смерть не решит этот вопрос.

— Ты умрёшь не по-настоящему, но переродишься в ином образе, который сможет выдержать прикосновение божества. Ты будешь сильным и бессмертным, почти таким же, как истинный Бог.

— Откуда знаешь? — поинтересовался Нармер.

— Мой народ давно стремится к бессмертию.

Звучит опасно. Если бы Боги хотели, чтобы люди жили вечно, создали бы их бессмертными.

— Это невозможно.

Митнал поднял руки и пошевелил грязными пальцами.

— Нет. Я уже преуспел с небольшими существами. Нам не хватает силы, чтобы сделать человека бессмертным. — Он округлил глаза, которые превратились в ужасающие чёрно-красные шары. — Ты можешь это изменить.

Нармер отступил. Этот человек — мерзкое, лживое создание. Фараон не доверял Митналу, в голове которого таился какой-то скрытый мотив. Но какой именно? Хотел ли Митнал получить трон или золото? Возможно, Нармеру удастся убедить сумасшедшего раскрыть истинные планы.

— Что же мне делать? — спросил Нармер.

— Ты должен завоевать её доверие, а потом убедить довериться мне.

Опять с этой просьбой? Митнал всё спланировал заранее. Он охотился за сильной магией. Магия божества.

— А какие у меня гарантии, — спросил Нармер, — что ты не воспользуешься ею и не сделаешь сильнее себя, а потом откажешься помогать мне?

Жрец потёр жирные ладони.

— Даю тебе честное слово, мой повелитель.

Отвратительная, грязная куча гниющего обезьяньего мяса. Каким бы ни был план жреца, помощь Нармеру лишь средство для достижения цели.