Сломленная

Книга: Сломленная

Переводчики: ololo1711, PushonokLana, Flora_Fauna, Internal, loya_inaekekon

Редакторы: Melinda01, Таня Милосердова, Яна Классен

Сверщик: Internal

Вычитка: RyLero4ka, Таня Милосердова

Обложка: Екатерина Сорокина

В комнате так темно, пахнет протухшим сыром и грязью. Тут холодно. Так холодно, что у меня изо рта идет пар. Мое сердце колотится в груди, отдаваясь

эхом в ушах. Все, что я вижу - это он. Он снова наклоняет меня над кроватью.

– А теперь грязной маленькой девочке нужно выучить урок, как нужно вести себя в обществе такого мужчины, как я.

Мои ноги свисают с кровати.

Несмотря на то, что я дрожу от холода, кожу покрывает испарина. Его глаза сощурены, взгляд потемнел, словно когда-то у отца, когда он смотрел на маму, прежде чем отправить меня спать.

Его руки горячие и влажные; кончиками пальцев он проводит линию по моей талии, когда стягивает вниз по ногам мои розовые шорты и трусики в цветочек.

– Это ты заставляешь меня так делать, моя маленькая Розали. Из-за тебя я заболел. Видишь, ты продолжаешь быть причиной всего этого, из-за тебя мое тело становится таким, и ты поможешь мне справиться с этим.

Я не могу произнести ни звука, слова словно застряли в горле.

Будто я иду ко дну.

Я напугана.

Напугана больше, чем когда-либо в своей жизни.

Я обнажена, моя киска выставлена напоказ.

Мама говорит, что девочки, которые позволяют мальчикам прикасаться к их половым органам - это плохие девочки, порочные девицы… будто порченый товар.

Я не хочу быть плохой.

Жар его рук обдает внутреннюю часть моих бедер как раз в тот момент, когда у меня в голове возникает голос матери.

– Никто не захочет жениться на подстилке, Розали, слышишь меня? Девочки, которые позволяют мальчикам прикасаться к их половым органам никто иные, как шлюхи!

Мой живот скрутило от ее слов и затянуло в узел от его прикосновений.

Кто такая шлюха?

Я не хочу быть шлюхой.

Его зрачки расширяются, и я наблюдаю, как он смотрит на мою киску. Улыбка становится шире.

Он касается моих бедер своими грязными руками… Я закрываю глаза.

Он разводит мои ноги в стороны, и, кажется, проходит вечность, прежде чем он что-то говорит.

– Ты просто идеальна, маленькая радость. Сейчас мы позаботимся о моей болезни.

Я приоткрываю глаза, продолжая бояться того, что он собирается со мной сделать. Наши взгляды встречаются.

В уголках моих глаз собираются слезинки.

Я начинаю, молча плакать.

– Тсс, Розали, не плачь, ты вылечишь меня. Помоги мне полностью выздороветь. Ты созрела для этого, милая.
– Он пальцами смахивает мои слезы, которые катятся вниз по щекам.

Я не в силах вымолвить ни слова. Не могу закричать.

Хотела бы я никогда сюда не приходить, чтобы узнать, выйдет ли Тамми поиграть. Хотела бы не иметь никаких друзей с отчимами, которым нужны маленькие девочки, как я.

Я похожа на свою тряпичную куклу,

когда он тащит меня к краю кровати; мои руки вытянуты у головы.

Зачем он это делает? Сколько ему нужно времени, чтобы перестать болеть?

Он расстегивает ширинку, и его джинсы падают к лодыжкам.

Я не хотела смотреть.

– Видишь, что ты со мной делаешь? Мне нужно кое-какое исцеление, - рычит он, прежде чем касается места своего недуга.

Я напугана.

Я никогда не видела мужское недомогание раньше. Мой папа никогда не показывал мне свое.

Я чувствую, как мой живот дрожит, мышцы превращаются в месиво, я теряю контроль. Я чувствую, как теряю душу, когда он начинает врываться в меня.

Он толкается в мою киску слишком жестко, слишком сильно. Он делает мне больно.

Сломленная маленькая девочка.

Я задерживаю дыхание… он тяжело дышит.

Он не прекращает толчки.

Я…

Разорвана…

На части…

В считанные секунды…

ОДИННАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ…

Пивные бутылки грохотали на прикроватной тумбе, позванивая от движений матраса, втиснутого между тумбочкой и стеной. Музыка, гремевшая из стерео, была достаточно громкой, чтобы заглушить страстные пыхтения моего клиента и скрип кровати. Я затаила дыхание, считая толчки, и надеялась, что это не займет много времени. Дело время, а время — деньги. Чем быстрее я их получу, тем быстрее буду готова для новых свершений. Толкнувшись бедрами, я сильнее сжала мышцами его член и застонала, словно собиралась кончить. Я не хотела заставлять других девочек ждать.

Холодок удовлетворения скользнул вниз по моему позвоночнику, когда я увидела беспомощность в его глазах. Один последний толчок, как и протяжное рычание, опалившее мою кожу, были для меня достаточным доказательством того, что я называла «еще один довольный клиент». Я сосредоточилась на велюровых кроваво-красных розах, на темно-серых обоях, пока ждала, когда он выскользнет из меня. Время — деньги. Его дыхание было неприятным: пиво, смешанное с сигаретами; он не стал целовать меня, и меня это устраивало. Я никогда не целовалась в губы… Никогда.

— Спасибо, милая, — небрежно сказал он, протянув мне презерватив, наполненный своим семенем, и швырнул его на кровать рядом со мной. — Ты позаботишься об этом, да? — Он застегнул свои штаны, прежде чем бросил две двадцатидолларовые купюры мне на грудь. — И вот, купи себе что-нибудь красивое.

— Что за хрень? Шестьдесят баксов за то, что я трахнула тебя, — огрызнулась я, оттягивая юбку вниз.

Он плюхнулся на кресло с высокой спинкой и безвкусным цветочным орнаментом, что стояло у двери, и быстро втянул воздух через похабную ухмылку, прежде чем причмокнул губами, будто пробовал запах секса во рту. Он подтянул свои заляпанные рабочие ботинки и стал натягивать их, когда ответил на мое возмущение.