Сломанный Компасс
Шрифт:
Мы оба распростерлись на земле, тяжело дыша. Мое тело болело примерно в двадцати разных местах, и даже с улучшенным заживлением и кровью я бы почувствовал это завтра.
Слова вырвались сами собой:
— Как это возможно, что было так много признаков нашей связи? Какое еще могло быть объяснение? Мы были настоящими партнерами.
Брекстон, казалось, тщательно обдумывал свои следующие слова.
— Теперь, когда ты почувствовал настоящую родственную связь, думаю, тебе не хватало чего-то существенного. Даже с учетом других признаков. Когда ты говорил мне о холодности между вами… о том, что тебе
Я довольно подробно поговорил с Брекстоном о проблемах, с которыми мы столкнулись с Кардией за время нашего очень короткого знакомства. Сначала все было так, как ожидалось. Сильное влечение. Совместимость крови. Но потом это странное пространство, которое всегда было между нами, начало увеличиваться, появились небольшие негативные моменты, которые окрасили наши отношения. Было слишком рано для того, чтобы закончился медовый месяц. Для сверхъестественных пар на это могли уйходить десятилетия. Если это вообще когда-либо случалось.
Тем не менее, я должен был предложить какое-то объяснение.
— Возможно, наша связь была другой, потому что мы — вампиры, а не оборотни.
Нельзя было отрицать, что в моей расе существовал определенный уровень жестокости. Мы были практичны и методичны. Созданы, чтобы быть воинами. Сражаться без угрызений совести. Мы были одной из самых боеспособных рас.
Брекстон рассмеялся, а затем застонал. Я определенно надавал ему по ребрам. Хотя он это заслужил.
— Мы видели много вампирских брачных уз, Макс. Они такие же крепкие, как и у оборотней.
Я ухватился за эти слова. Мы оба это знали.
— Сейчас уже слишком поздно выяснять. Кардия мертва, а мертвые не раскрывают секретов.
Брекстон поднял голову и пристально посмотрел на меня.
— Тот факт, что ты можешь даже упомянуть имя своей пары и слово «мертва» в одном предложении, говорит тебе обо всем, братан.
Я сжал кулаки, и дрожь в моих руках усилилась.
— Я в полном дерьме. Меня вообще не должно было быть здесь, я не мог бы существовать без Кардии, и все же боль с каждым днем становится все сильнее. Я хочу получить ответы.
Ни один из нас не пошевелился, оба уставились на лес вокруг нас. Листья над нами были достаточно густыми, чтобы местность была в густой тени; подлесок тоже был густым. Ветер донес запах, и мое тело мгновенно отреагировало. Черт. Я не был эмоционально готов к этому.
Я не смог удержаться и, обернувшись, увидел ее, Мишу, застывшую на опушке леса, ее взгляд метался по месту нашей ссоры. Пространство вокруг нас было изрыто и перепахано, когда мы вбивали друг друга в землю.
Ее запах был знакомым, и мой зверь внутри пробудился к жизни. Это происходило не в первый раз, и, как и в прошлый раз, я подавил свой инстинкт. Вампирская часть моей души не контролировала меня. У нас были симбиотические отношения, мы были как одно целое, но мой разум был сильнее моих низменных инстинктов. Чтобы помочь в этом, я отключил свое обоняние, чтобы сохранить ясную голову.
Покачав головой, Миша начала двигаться. Ее шаги были тяжелыми, когда она приблизилась; она топала. Ясно, что она была чем-то недовольна, и это не было
Возможно, сегодня настал тот самый день. Я, как ни странно, с нетерпением ждал, какие бы слова она ни произнесла.
Мы с Брекстоном подтянулись, чтобы сесть, что дало мне место в первом ряду рядом с Мишей во всей ее гневной красе. Что за…? Все внутри меня замерло, когда миниатюрная женщина стремительно пересекла поляну, направляясь к нам. Она была… … что, собственно, за хрень? Она была беременна?
Я отпустил свои чувства на волю, и когда я глубоко вдохнул, то почувствовал немного иную ноту ее аромата. Не задумываясь, я вскочил на ноги, энергия с ревом пробудилась к жизни, когда зверь внутри меня начал терять рассудок, биться о тяжелую клетку, в которой был заперт хищник.
Я ожидал, что Миша застынет, когда я начал приближаться к ней. Без сомнения, мои глаза были черны как смоль, а тяжелая пульсация клыков свидетельствовала о том, что они были полностью обнажены. Я был полностью опустошен.
Но она этого не сделала. Она продолжила приближаться к нам, мгновенно обойдя меня, чтобы шлепнуть Брекстона.
— Брекстон Компасс, какого черта ты ссоришься со своим братом? Джесс ждет тебя дома. — Затем она понизила голос. — У нее закончился торт. — Самая настоящая паника в глазах Брекстон заставила бы меня рассмеяться, но мне было уже не до смеха.
Взгляд дракона-оборотня метнулся ко мне, и он шагнул ближе к Мише, словно защищая ее.
— Не лучшая идея для меня — оставить тебя с Максом. Он не контролирует ситуациюэ
Мой брат не ошибся. Я висел на волоске. И хотя я уважал его желание защитить сестру своей подруги, все внутри меня кричало, что это моя работа.
Мое.
Это была мысленная битва, которую я вел с самим собой с тех пор, как Миша впервые появилась в Стратфорде. Связь между нами установилась мгновенно и была сильной. Ее сходство с Джессой на короткое время заставило меня задуматься, не в этом ли причина нашей связи. Я даже пыталась убедить в этом себя, но знала, что это было нечто большее. Но что это было? Что, черт возьми, со мной происходило? Временами я испытывала к Мише более сильные чувства, чем к вампиру, которая была моей настоящей парой… предположительно.
Не в силах остановиться, я с невероятной скоростью бросился к ней, протягивая руку, чтобы дотронуться до нее. В последнюю минуту мне удалось удержаться.
— Кого мне нужно убить? — Мой голос сорвался на самый низкий уровень, как раз перед тем, как вампирская часть меня взяла верх. За то время, что мы были вместе, она не могла забеременеть, а это означало… — Чей это ребенок, Миша? Кто посмел прикоснуться к тебе?
Мои слова звучали неправильно. Она не была моей, она могла свободно общаться с любой из сверхъестественных рас. Просто я никогда не видел ее ни с кем до своего отъезда, и она явно была на последнем месяце беременности. Для вампирского гибрида это может занять несколько месяцев, а для представителей других рас и того больше. Она пробыла в Стратфорде всего пять месяцев, и все это время мы были немного заняты, разбираясь с королем драконов и его ерундой.