Слесарь 4
Шрифт:
Купец пока послал посыльного с запиской домой к себе и тот обернулся за час, пройдя по прямому пути, еще через полчаса приехали две подводы и лошадь для меня, с седлом. Мы с купцом провели это время в таверне, обедая свежей ухой и жареной рыбой. Все оказалось очень вкусно, но, цены довольно высоки, к чему я уже начал привыкать, почти золотой за, пусть обильный и с вином, но просто обед на двоих.
Ну, еще к этому прилагался шикарный вид на Устричное море, что, тоже немаловажно.
Когда пришло время выдвигаться, я достал чехол и арбалет из мешка, чем изрядно удивил купца Вонера, не ожидавшего, что у небогатого рыцаря найдется такая машинка в мешке, ведь
Да, люди с большим жизненным опытом, без определенных шор на глазах, гораздо хуже ведутся на романтические рассказы о благородстве и преступной любви, которые так нравятся девушкам дворянских кровей.
Пришлось подождать, пока загрузят обе подводы товаром, который достали из трюма, пока мы ужинали. При этом купец успел мне рассказать о тюках с какой-то невероятно тонкой и красивой кожей, которую производят в каком-то горном поместье возле Сиреневых год, которые местные называли как раз — Кардигал, так, как в Черноземье никто не называет уже. Есть, что-то общее между двумя частями разобщенного континента, какая-то общая история и такие же слова, но время разводит эти части все дальше друг от друга.
Время, и особенно, совершенно разный общественный строй.
На подводах приехали и охранники, по одному на каждую, не считая возчиков и купца. Груз оказался, и правда, очень дорогой, пронырливому Вонеру удалось скупить оптом в Малере почти годовой запас особо качественной кожи и теперь он беспокоился только о том, чтобы доставить ее на свой лабаз, не потеряв ни одного тюка по дороге. У охранников и возчиков имелись крепкие дубины, как и у купца, в качестве основного аргумента выступал уже я, на коне и с копьем в руке, как дворянин, которому, в принципе, можно и убить особо наглого простолюдина, но, лучше не светиться с охраной чужих подвод и товара на них.
Тронулись в путь, оформив на выезде из порта бумагу с указанием товара и его количества, еще оплатив проезд и, так называемую, охрану. Теперь мне оказалось не так трудно опекать подводы, как раньше. За первой шел сам купец, под моим присмотром оставалась только вторая и я легко отпугивал подходивших слишком близко горожан, давая шенкеля и напирая лошадью, а длинное копье в руке позволяло контролировать полностью одну сторону, отправив на другую сторону охранника.
Конечно, толчея, шум и гам вокруг сильно отвлекали, зато мы двигались медленно и осторожно, я держался около левого заднего колеса подводы, через час мы повернули на другую, более узкую дорогу, где толчея кончилась и можно стало перевести дух. Несколько раз мне навстречу попались по одному-двое местные дворяне, их сразу видно издалека, по манере держаться в седле, наличию оружия под рукой, у всех на поясе наличествовали мечи, еще длинные кинжалы и надетая броня. На меня, с копьем под рукой, медленно едущего за перегородившими дорогу подводами они смотрели с недоумением, не пытаясь, впрочем, о чем-то меня спросить.
Я нацепил на голову берет покойного барона и хотел только одного, не встретиться взглядом с моими соседями-охранниками, единственными в городе, кто успел узнать меня с нехорошей стороны, Бильдом и Ктонсом, надеясь, что нам не суждено встретиться и, что, берет поможет мне остаться не узнанным, как и отпущенная русая борода, аккуратно постриженная еще в замке баронесс и обновленная в Малере, перед отплытием.
Еще час передвижения и
— Не думайте, ваша милость, что у нас совсем уж так опасно, но пару раз при разгрузке, когда уже все расслабились, умелые бандиты ставили всех под ножи и увозили часть товара, — так попросил мне поприсутствовать хозяин, — Это произошло с моими знакомыми купцами. Так, что, береженого бог бережет, — нашлась в Сатуме знакомая мне пословица.
Разгрузили весь товар в подвал дома и потом занесли мой багаж в комнату, где я и прожил два дня.
У Вонера оказалась приятная жена и большая когорта детей, три сына и две дочери, мы встречались за обедом и ужином. Завтракать в семье вместе оказалось не принято, купец рано убегал по своим делам, я заходил сам на кухню и накладывала мне уже повариха. Что меня вполне устраивало, ведь домашняя еда всегда лучше и вкуснее той, которую можно получить на постоялом дворе или в корчме.
Я гулял по городу два дня, один в сопровождении старшего сына купца, шустрого и смышленого парня пятнадцати лет, с ним мы поднялись в район, где находились основные достопримечательности города-порта, он мне и экскурсию мне провел по ним. Я обратил внимание, что дворяне, не все, но многие, уже не носят с собой тяжелые и не особо нужные мечи, обходясь в городе длинными кинжалами. Поэтому чувствовал себя в своей тарелке, свободно бродил по улицам, заходил в лавки, каждый раз поражаясь высоким ценам. По сравнению со свободно развивающимся Астором, почти все товары в столице страны оказались в полтора-два-три раза выше, чем я мог вспомнить и сравнить, с аналогичными в Черноземье.
Народ тоже оказался в общение более резкий и нетерпеливый, хоть мой дворянский вид и длинный кинжал на поясе и заставлял придерживать языки хозяев лавок и, особенно, продавцов. Я прямо наглядно почувствовал, насколько люди, пусть и при торговле, в Асторе более душевные и, можно сказать, нравы там патриархальные еще.
Купец пока договаривался о продаже эксклюзивного товара, собираясь отдать половину своим знакомым купцам, а оставшейся половиной сам торговать, уже по высокой цене, в лавке на одной из центральных улиц.
По центру города еще можно пройтись с удовольствием, разглядывая большие и красивые здания для присутственных мест, широкие бульвары, засаженные высокими деревьями, давали возможность передохнуть в тени уже сейчас, в самом начале лета, пока еще нет тягучей и невыносимой жары, окутывающей город на три-четыре месяца. В такое время дворяне и все люди с деньгами уезжают из города, разъезжаясь по своим усадьбам на самом берегу моря, где легкий бриз дает возможность относительно комфортно переждать летний зной.
В небогатых районах просто так бродить оказалось ни к чему. И бандитские рожи мелькают постоянно, реки дерьма текут по улицам и можно в любой момент получить порцию помоев из окна себе на голову. Хорошо, если это будут помои, как сразу предупредил меня мой провожатый.
Такое типичное средневековье.
На второй день я еще раз помог Вонеру перевезти одну подводу на склад к крупному, по меркам Сатума, его коллеге-купцу, подождать, пока с ним рассчитаются за кожи и проводить с деньгами домой. Справедливости ради, можно отметить, что покупатель выделил в охрану, на обратный путь, парочку своих мордоворотов, вооруженных боевыми шестами и теми же дубинками.