Следы
Шрифт:
– Она, когда замуж за меня выходила, знала, что я люблю другую. Ее это не остановило. Если бы она не пошла напролом, все могло сложиться по-другому. Я уважаю Алену. Но полюбить никогда не смогу.
– Не говори так, Азиз. Ты представляешь, как я себя должна чувствовать?
– Ты не вини себя. Просто знай, что являешься главным человеком в моей жизни.
– И долго вы еще будете так мучить друг друга?
– Не знаю. Но просто понимаю, что мы вместе с Аленой не будем. Мне неприятно говорить об этом, но я задумываюсь о разводе.
– Нет. Не надо, Азиз. Вот увидишь, все будет
– Ребенка у нас не будет.
– Почему ты так говоришь?
– Потому что Алена не может забеременеть. А может, это сам Всевышний оберегает нас от того, чтобы мы еще больше не наделали ошибок.
– Азиз, мне так жаль!
И Наташа заплакала. Горючими слезами, с которыми выходила боль. Азиз не ожидал такой реакции. Он остановил Наташа, вынул платок из кармана куртки, и начал вытирать слезы, слегка касаясь пальцами ее лица. В темных глазах застыло отчаяние.
– Не плачь, любимая. Мы сами виноваты. Во всем. Я, ты, Алена. Твой парень. Этот город. Эта страна, которая мне дала безмерное счастье и бездну разочарования. Я люблю тебя, Натали, и мне невыносимо видеть твои слезы. Я не хочу причинять тебе боли.
– Я больше не буду. Пожалуйста, прости меня! Я никогда в жизни не могла подумать, что такое может произойти со мной. Азиз, ты очень хороший человек. Правда.
– Натали, выходи за меня замуж. Ты будешь самой счастливой в жизни!
– Нет, Азиз, это не возможно. Если бы у меня не было Игоря, я отдала бы тебе сердце, душу, тело, свою жизнь. Мы были бы вместе. Но я не свободна. И очень хочу, чтобы у тебя наладилась жизнь! Ты мне дорог. Прости. Но мы не вместе.
– Что же. Я уважаю твой выбор. И подчиняюсь ему.
Они догнали ушедших далеко вперед Юлю, Юру и Киру.
Уже на пороге общежития Азиз развернул Наталью лицом к себе и сказал:
– Прости меня за боль. И за то, что люблю тебя. Прощай.
Он ушел в темноту ночи.
Кира, обняв Наташу, повела ее вверх по лестнице. Говорить не хотелось. Наташа, не раздеваясь, упала в кровать. Повернулась лицом к стене, чтобы никто не видел ее молчаливых слез. Опять ей было больно, как девять месяцев назад, когда Наташа расставляла все точки в отношениях с Азизом. Видно, в прошлый раз была поставлена «запятая». А теперь все? Сие было покрыто мраком.
Никто не может наперед знать свою судьбу. Но каждый человек, прошедший через нашу жизнь, оставляет свой глубокий след на сердце. Тем более, если он причинил тебе боль.
ПРЕРВАННЫЙ ПОЛЕТ.
Билеты на самолет были куплены заранее. Девочки сдали зимнюю сессию, и теперь стремились скорее добраться домой поездом до Челябинска, а оттуда самолетом улететь во Фрунзе.
Кира с Наташей тепло расстались на платформе железнодорожного вокзала с Юлей. Сели на автобус, который умчал их до аэропорта. С их курса ехало веселой ватагой пятнадцать человек девчонок. Скучать в дороге не пришлось. Все разговоры были только о доме и предстоящих каникулах.
Прибыв в аэропорт, девочки услышали о том, что рейс на Фрунзе отменен, потому что авиакомпания не смогла заправить самолет авиационным
Кира с Наташей отошли от кассы в сторону. Однозначно, надо было сдавать авиабилеты, чтобы хоть какие-то деньги выручить за несостоявшийся полет. Но надо было срочно решать проблему с отъездом.
Наташа позвонила маме и рассказала по телефону об отмененном рейсе.
– Мамочка! Мы с Кирой так хотим домой. Что делать?
– Езжайте поездом.
– Это долго! Я хочу быстрее. Знаешь, вот что. Мы с Кирой узнаем, есть ли рейсы в Алма-Ату. Мы улетим туда. Позвони, пожалуйста, Нине Петровне, и спроси, смогут ли они нас встретить в аэропорту? У нас тяжелые сумки с вещами.
– Перезвони мне через час. Я созвонюсь с Алма-Атой.
Наташа вышла из кабинки и сказала Кире:
– Пойдем к кассе, узнаем, как можно приобрести билет до Алма-Аты.
В кассе девочкам ответили, что продажу билетов возобновят в пять часов утра, по прибытию самолета.
– Ты представляешь, нам придется всю ночь стоять у окна, чтобы быть первыми на свободные места этого рейса!
– Будем дежурить по очереди, сменяя друг друга через каждые полчаса, - успокоила Кира.
Они узнали, что первый рейс будет только в семь утра. Как минимум, шесть часов оставалось до отправки самолета.
Кира первой встала у закрытого окна кассы. За ней сразу же образовалась очередь, так как целый рейс на Фрунзе желал попасть домой все равно каким самолетом. Наташа отправилась караулить вещи. С ней рядом находились Эльвира и Светлана. Девочки договорились тоже участвовать в охране своего первого места в очереди к кассе. Поэтому дежурство могло разделиться между четырьмя подругами. Так было уже легче. Деньги за сданные билеты были на руках. Осталось только завладеть новыми билетами.
Наташа через час позвонила маме, которая сообщила, что Нина Петровна с удовольствием встретит Наташу в аэропорту Алма-Аты. Уже было легче от осознания, что им помогут.
Ночь тянулась крайне долго. Девчонки маялись от неудобных спинок. Переживали, что не будет билетов. А очередь длиной во весь отмененный рейс только возрастала.
Девочки выстояли. И когда в пять утра открылось окошечко кассы, им посчастливилось выкупить четыре билета из десяти свободных. Их мучения окупились радостью предстоящей дороги до дома .
Счастью не было предела. Они улетят в семь утра.
Не спали во Фрунзе родители Наташи. Не спали в Алма-Ате родители Павла. Не спали девочки. Но это противостояние с судьбой завершалось долгожданным полетом.
Через три часа самолет приземлился в аэропорту столицы Казахстана.
Сердце Натальи билось в предвкушении встречи с Ниной Петровной. Последний раз они виделись полгода назад, во Фрунзе, на бульваре. И вот сейчас Наталья опять обнимет свою любимую вторую маму.
– Кира! Ты увидишь, какие замечательные люди нас встретят. Я их очень люблю и уважаю. Они – родители моего некогда любимого и самого дорогого человека.