Сладкий папочка
Шрифт:
В свете моего опыта в отеле «Дарлингтон», Джек сказал, что у меня отлично получилось бы работать в его компании, офис которой находился на Мэйн 1800. Его здешняя менеджер уволилась по причине беременности – и предупредила, что первые несколько лет жизни своего ребенка собирается провести дома.
– Спасибо, но я не могу, - ответила я, когда Джек впервые поднял вопрос о моей работе.
– Почему нет? Из тебя бы вышел прекрасный работник.
– Это попахивает семейной протекцией, - сказала я.
– Ну и что?
– То, что есть гораздо более опытные люди,
– И?
Я начала улыбаться его настойчивости. – И они станут жаловаться, если ты наймешь свою сестру.
– Видишь ли, - непринужденно сказал Джек, - в этом и заключается вся прелесть собственной компании. Я могу нанять чертова клоуна Бозо, если пожелаю.
– Это так лестно, Джек.
Он ухмыльнулся. – Ну, давай. Испытай себя. Это будет забавно.
– Ты предлагаешь мне работу, чтобы следить за мной?
– По правде говоря, вряд ли мы будем видеться часто, мы оба будем чертовски заняты все время.
Это мне понравилось, быть все время занятой. Я хотела работать, заняться делом после того, как два года была персональной рабыней Ника.
– Тебе придется многому научиться, - уговаривал Джек. – Ты будешь отвечать за финансы… страховку, выплату заработной платы, счета. А еще обсуждать условия контрактов на работу, приобретения недвижимости и оборудования, и работать с риэлтором и помощником. И как местный менеджер, ты будешь жить в однокомнатной квартире в этом здании. Но тебе не придется все время торчать в офисе… ты будешь много времени проводить на встречах в городе. А позже, когда будешь готова, ты сможешь заняться и коммерческими вопросами, что было бы очень кстати, так как я планирую расширить дело и заняться еще и строительством, и тогда, может быть…
– Кто будет платить мне зарплату? – подозрительно спросила я. – Ты, или Папа?
Джек, казалось, глубоко оскорбился. – Конечно, я. Папа не имеет ни малейшего отношения к моей компании.
– Он – владелец здания, - подчеркнула я.
– На работу тебя беру я и моя компания… и поверь мне, Мэйн 1800 – не единственный наш клиент. Отнюдь нет. – Джек посмотрел на меня с преувеличенным терпением. – Подумай над этим, Хейвен. Это пойдет на пользу нам обоим.
– Звучит здорово, - сказала я. – Не могу выразить, как я тебе признательна. Но я не могу начать с самого верха, Джек. У меня не достаточно опыта. И на нас обоих будут смотреть косо, если ты дашь мне подобную работу, ведь я ничем это не заслужила. – Что если я начну как помощник менеджера? Я смогла бы досконально все изучить.
– Ты не обязана что-то там заслуживать, - возразил Джек. – Ты должна получить это место, просто потому что ты – Тревис.
– То, что я – Тревис, значит, что я должна стараться еще больше, чем другие, - сказала я.
Он посмотрел на меня, покачал головой и проворчал что-то насчет либеральной чуши.
Я улыбнулась ему. – Ты же знаешь, что в этом есть смысл. И будет лишь справедливо дать место менеджера кому-то, кто действительно это заслужил.
– Это – бизнес, - сказал Джек. – Справедливость не имеет к нему никакого отношения.
Но, в конечном счете,
– Обрежь их все, - сказала я Либерти, сидя в ее ванной, завернутая в клеенку. – Я так устала от всех этих волос, с ними жарко, и они постоянно путаются, и я просто не знаю, что с ними делать.
Мне хотелось, чтобы мой внешний вид соответствовал моей новой работе. А будучи бывшим стилистом, Либерти знала, что делает. И я решила, что бы она со мной не сделала, это будет к лучшему.
– Может, нам стоит делать это постепенно, - сказала Либерти. – Это может шокировать, если обрезать слишком много вот так сразу.
– Нет, тогда ты не сможешь подарить их, если длина будет меньше десяти дюймов. Просто сделай это. – Мы собирались передать косу длиной в фут программе «Локоны Любви», которая изготавливала парики для детей, страдающих потерей волос.
Либерти ловко расчесала мне волосы. – Если я их укорочу, они начнут завиваться, - сказала она. – Вся эта тяжесть тянет твои волосы вниз.
Она заплела косу и полностью обрезала до самого затылка. Я держала ее, пока Либерти ходила за упаковкой, а потом положила ее в пластиковый пакет и поцеловала его. – Удачи, кто бы не носил вас позже, - сказала я.
Либерти обрызгала мои волосы водой и убрала все с моей головы прямой бритвой, срезая неровные пряди, пока на полу не скопилась целая куча волос. – Не нервничай, - сказала она, поймав мой изучающий взгляд на пряди, которая упала на мои прикрытые клеенкой колени. – Ты будешь выглядеть просто великолепно.
– Я не нервничаю, - честно ответила я. – Мне было все равно, как я выгляжу, лишь бы по-другому.
Она высушила мне волосы с помощью круглой щетки, взбила их пальцами и засияла от удовольствия. – Взгляни.
Я встала и испытала легкий шок – приятный – увидев свое отражение. Либерти сделала мне длинную челку и короткую стрижку ступеньками, разлетающиеся кончики были мягко завиты кверху. Я выглядела стильно. Уверенно. – Они такие легкие, - сказала я, играя с прядями.
– Ты можешь завивать их внутрь или наружу, - сказала она с улыбкой. – Тебе нравится?
– Очень.
Либерти обошла вокруг меня, так что мы обе могли увидеть стрижку в зеркале. – Сексуально, - сказала она.
– Ты так считаешь? Надеюсь, что нет.
Она послала мне вопросительную улыбку. – Да, я так считаю. Почему ты не хочешь выглядеть сексуально?
– Обманчивая реклама, - сказала я.
Менеджера, которую перевели из другого отдела, звали Ванесса Флинт. Она была одной из тех очень холеных и собранных женщин, которые, наверное, в двадцать пять выглядели на тридцать пять, и все еще будут выглядеть на тридцать пять, даже когда им будет пятьдесят пять. Хотя она была среднего роста, ее стройность и хорошая осанка создавали впечатление, что она гораздо выше. Ее лицо было породистым и невозмутимым под копной пепельных волос. Меня восхищало хладнокровие, с которым она держалась, облегавшее ее словно застегнутая доверху блузка.