Чтение онлайн

— Альберто, кофе стынет! — резко прервала их воркование Мерседес.

Сеньорита Коралло обсуждала цены на кофе, изменения в венесуэльском правительстве и напоследок сразила всех наповал своим мнением о британской экономике. Рассеянно внимая ее осведомленности, Деми завтракала и наблюдала за Альберто, не сводившим с нее глаз. Он не обращал ни малейшего внимания на остывающий кофе.

— У меня кое-что есть для тебя, — сообщил Альберто после завтрака, помогая Деми выйти из-за стола. Он вообще вел себя так, словно возлюбленная могла подхватить

пневмонию даже от слабого дуновения ветра. Это было очень приятно.

Торрес привел девушку в гостиную и надел ей на безымянный палец великолепное кольцо с огромным, искусно ограненным изумрудом. — Наконец-то оно там, где должно быть.

— Ты хочешь сказать, что купил его четыре года назад? — Фиалковые глаза Деми увлажнились. — Оно такое дорогое… вернее — красивое! — поспешно поправилась она, опасаясь, что Альберто может неправильно истолковать ее не слишком тактичное замечание, прозвучавшее как намек на его нынешнее финансовое положение: если кольцо дорогое, то его лучше продать.

Альберто тихонько рассмеялся, словно угадав ее мысли.

— Послушай, — несмело позвала его Деми, — я так боялась, что утром ты опять станешь прежним…

— Каким же?

— Да, ладно, забудь.

— Нет, — Альберто медленно притянул ее к себе, крепко прижав к мускулистому телу. Почти задыхаясь в кольце его сильных объятий, Деми чувствовала, как растет ее возбуждение, вызванное не столько физической близостью любимого мужчины, сколько его взглядом, полным страстного желания и чего-то непонятного, но необъяснимо волнующего. — Начиная с сегодняшнего дня, я хочу, чтобы ты делилась со мной всем.

— Ты так изменился…

Он ослепительно улыбнулся.

— Но ведь и ты тоже.

А мне и не приходило в голову, подумала девушка. Прошлой ночью она утешала Альберто как мать, заботящаяся о больном ребенке, а сегодня скорее походила на застенчивого подростка. Очевидно, такой облик больше импонировал мужскому самолюбию. Почему? Вследствие его эгоизма? Или он потрясен ее заявлением, что, несмотря на финансовые неудачи, она не покинет его?

— Меня изменило общение с одним толстым, старым, кровожадным аллигатором, — лукаво улыбнулась Деми.

Альберто наклонился и кончиком языка очертил контур ее полных чувственных губ. Девушка затрепетала. Руки и ноги стали ватными. Низ живота болезненно заныл, чувствительные соски напряглись, острыми холмиками впиваясь в кружевной бюстгальтер, ставший тесным для набухших грудей. Вырвался сдавленный стон. Еще вчера ее бы смутила мгновенная реакция тела на незатейливую ласку любимого, но сегодня Деми могла отдать все за продолжение сладостной пытки.

— О Боже… — прошептал Альберто, проникнув во влажную глубину ее рта языком. Она прерывисто задышала, отдаваясь во власть чувственных ощущений. — Что ты со мной делаешь?

Он крепко прижал девушку к своим бедрам, так что она ощутила напряжение его возбужденной плоти. Деми вцепилась в его плечи, чтобы не потерять равновесие, хотя каждая частичка ее тела мечтала безвольно

распластаться на любой горизонтальной поверхности. Альберто застонал будто раненый зверь, его тело содрогнулось. Сознание, что он тоже на грани срыва, как и она сама, заставило Деми оценить полноту женской власти.

— У меня кружится голова. Пожалуй, мне лучше подняться наверх и прилечь, — безрассудно прошептала она.

— Давай оседлаем пару лошадей и заблудимся…

— А может, выведем всех лошадей из конюшни, а сами останемся там?

— Ты невероятно ненасытная женщина, — хрипло пробормотал Альберто. — Я безумно хочу тебя… но мы решили подождать до первой брачной ночи.

— Ладно. — Решив немного пококетничать, Деми опустила руки. Освободившись из объятий, она медленно прошлась по комнате и уселась в глубокий шезлонг, провокационно вытянув длинные загорелые ноги.

Ответом был испепеляющий взгляд, полный страстного желания. Деми стало мучительно жаль возлюбленного, и она прекратила опасную игру Я люблю тебя, хотела она сказать Альберто, очень сильно люблю. Но страх, что ему будут неприятны ее признания, заставил девушку промолчать. Держи себя в руках, Деми, потерпи немного, твердил внутренний разумный голосок.

Альберто сам признался, что брак для него — пожизненные обязательства. Так что времени предостаточно. Деми не намеревалась рисковать, прежде чем они не обвенчаются. Возможно, Альберто неустанно держал под контролем свои эмоции и боялся расслабиться, влюбившись в нее. Или открыто давал девушке понять, что им владеет безумная страсть и на более глубокие чувства он пока просто не способен.

Нахмурившись, Альберто нагнулся и поднял что-то с ковра.

— Твой? — Он подал Деми очаровательный золотой браслет.

— Он всегда спадает. Надо отремонтировать замочек. Альберто улыбнулся. — Неплохая идея.

— Хорошо, что ты его нашел, — сказала Деми, бережно застегивая браслет на запястье. — Мне бы не хотелось его потерять. Том подарил мне в день совершеннолетия…

— Знай я об этом, я выбросил бы его к чертовой матери…

Девушка удивленно заморгала. Всего лишь минуту назад он был в прекрасном расположении духа, а сейчас от хорошего настроения не осталось и следа. Альберто выглядел озлобленным и агрессивным, его глаза стали строгими и холодными.

— Потому что его преподнес Том, да? — недоверчиво спросила Деми. — Неужели ты по-прежнему враждебно к нему относишься? Ты же знаешь, между нами ничего не произошло. Он мой брат, член нашей семьи…

— Зато он не станет членом моей семьи и никогда не будет здесь желанным гостем, — мрачно подчеркнул Альберто. — Я не позволю тебе встречаться с ним, кроме как в присутствии твоих родителей.

Деми едва не расхохоталась. Вот смешной! Неужели Альберто не понимает, как нелепы его подозрения? Он ревнует? Даже зная правду, упрямо придирается к мелочам. Если Альберто не желает расставаться со своими подозрениями, он только усложнит их отношения.