Чтение онлайн

Ни один фонарь не освещал громадную скульптурную композицию. Колеса, рычаги, шестерни, поршни, арматуру — все окутывала тьма.

И мужчина, пытающийся вырваться из техники— западни, накинул на себя темный плащ.

Желто-пурпурный шатер стоял в тени, зато приглашающий янтарный свет горел в окнах большого дома на колесах.

Билли сначала остановился на обочине шоссе и смотрел на дом издали.

Шестнадцать художников и рабочих, которые

возводили скульптурную композицию под руководством Валиса, жили не на стройплощадке. Для них на шесть месяцев сняли номера в гостинице «Виноградные холмы».

Валис, однако, предпочел жить здесь. Дом на колесах не составляло труда подключить к системе подачи электроэнергии и к водопроводу.

Контейнеры со стоками дважды в неделю очищала «Канализационная служба Глена». Глен Готнер очень гордился тем, что вносит посильную лепту в возведение «этого выдающегося произведения искусства».

Не зная, стоит ли ему остановиться или лучше проехать мимо, Билли тем не менее съехал с обочины и по пологой насыпи скатился на луг. Подъехал к дому на колесах.

Дверь в кабину была открыта. Свет падал на ступени и приглашающим прямоугольником лежал на траве.

Билли остановил «Эксплорер». Какое-то время не выключал двигатель, одна нога нажимала на педаль тормоза, вторая зависла над педалью газа.

Ни штор, ни жалюзи на большинстве окон не было. За окнами никто не двигался.

Занавешенными были только окна в задней части дома на колесах, где, вероятно, находилась спальня. Лампы горели и там, подсвечивая золотистые шторы.

Билли не мог не прийти к выводу, что его ждут.

Его мутило от одной мысли, что он примет это предложение. Ему хотелось уехать. Но ехать-то было некуда.

Менее двадцати часов оставалось до полуночи, времени «последнего убийства». Так что Барбаре по-прежнему грозила опасность.

Из-за улик, оставленных Валисом, Билли по— прежнему мог попасть под подозрение, как только полиции стало бы известно об исчезновении Лэнни, Ральфа Коттла и молодой рыжеволосой женщины.

Где-то в доме, или в гараже, или закопанная в землю на участке, находилась и кисть Гизель Уинслоу. Может, и какие-то другие «сувениры».

Билли перевел ручку переключения скоростей в нейтральное положение, выключил освещение, а вот двигатель глушить не стал.

Около темного шатра стоял «Линкольн Навигатор». Вероятно, на нем Валис разъезжал по окрестностям.

«Ты достоин».

Билли натянул на руки новую пару латексных перчаток.

Левая кисть двигалась чуть хуже правой, но боли он не чувствовал.

Билли пожалел, что принял в доме Лэнни таблетку «Викодина». В отличие от других обезболивающих средств, «Викодин» вроде бы не влиял ни на скорость мышления, ни на быстроту реакций, но он опасался, что, возможно, чуть-чуть притуплял и первое и второе, а в сложившейся ситуации даже такая малость могла стоить ему жизни.

Может, кофеиновые таблетки и кофе стали достаточным компенсатором. Да еще лимонный пирог.

Билли заглушил двигатель. В первые мгновения

ему показалось, что ночь тихая, как дом глухого человека.

Учитывая непредсказуемость своего противника, он приготовился и к тому, чтобы убить его, и к тому, чтобы только на время вывести из строя.

Из двух смертоносных орудий Билли отдал предпочтение револьверу калибра 0,38 дюйма. Из него он уже убивал.

Билли покинул «Эксплорер».

Стрекот цикад тут же разрушил тишину вместе с кваканьем лягушек. И. полотнища шатра что-то шептали при малейшем дуновении ветра.

Билли подошел к открытой двери в дом на колесах. Постоял в световом прямоугольнике, окончательно не решив, подниматься по ступеням или нет.

Изнутри, сглаженный системой громкой связи дома на колесах, донесся голос:

— Барбаре, возможно, удастся остаться в живых.

Билли поднялся по лестнице.

В кабине стояли два удобных вращающихся кресла для водителя и второго пилота. С обивкой, как ему показалось, из кожи страуса.

Следуя команде, отданной с пульта дистанционного управления, дверь закрылась за спиной Билли.

В доме на колесах, где ценился каждый кубический дюйм пространства, перегородка отделяла кабину от жилых апартаментов. Билли ждала еще одна открытая дверь.

Переступив порог, Билли попал на кухню, выдержанную в цветах сливок и меда. Мраморный пол, резные дверцы, цветовыми исключениями были только черные столешницы и раковины и краны из нержавеющей стали.

Инкрустированный стол из клена являл собой произведение искусства. Он стоял на дальней половине кухни, которая служила столовой.

Через арку в другой перегородке Билли прошел в большую гостиную.

Материя обивки стоила никак не меньше пятисот долларов за квадратный ярд, ковер — вдвое дороже. Мебель была самой обычной, зато бронзовые статуэтки — бесценными шедеврами эпохи Мейдзи [29] .

Согласно некоторым завсегдатаям таверны, которые читали об этом доме на колесах в Интернете, стоил он более полутора миллионов долларов. Бронзовые статуэтки, само собой, в эту сумму не входили.

Такие дома иногда называли «сухопутными яхтами». Пожалуй, не преувеличивали.

Закрытая дверь в дальнем конце гостиной вела, несомненно, в спальню и ванную. Билли решил, что она будет заперта.

Валис наверняка находился за нею. Слушающий, наблюдающий, хорошо вооруженный.

Билли развернулся на шум за спиной.

Панели перегородки, разделяющей гостиную и кухню, начали подниматься вверх, открывая спрятанные в перегородке стенды.

Одновременно на всех окнах опустились стальные щитки, полностью отсекая гостиную от внешнего мира.