Сколько стоит ваше сердце?
Шрифт:
— Давай, — кивнул тот, уже привычно "разгоняя" мозг до скорости большой храмовой аналитической машины. Невозможно? Скажите это Камта Ару, который, не напрягаясь, на лету стрелы ловит!
Утоптанная в камень равнина заворочалась, пошла трещинами и вдруг рассыпалась ровными, прямо на заглядение… грядками! Хоть сейчас морковку сей!
— Не вырастет, — хмыкнул Марк, словно прочитав его мысли, — земля сухая. Полить бы надо. Уходи, огневик…
Винкер не стал сгущать тучи, вызывать дождь или снова поднимать реку. Он просто позвал
Но, похоже, бравых кавалеристов превращение поля в огород не впечатлило. С коней никто не слез и строй не сломал. Они собрались штурмовать редут шагом, смертнички?
— Давай, заряжай свою байду разрывным, — распорядился Марк, подходя ближе.
— Так не докинем.
— Помогу! Как раз долетит куда надо.
— В лошадей? Господин Святой, у меня есть снаряды с фейерверком. Для потехи сделаны, серьезного вреда от них не будет, но если над лошадями шарахнуть?!!
— Давай! — Загорелся Марк, — устроим Лессу праздник перелома лета на полтора месяца раньше. Заслужил, собака серая. А то ведь выгонит его Монтрез, а он и салют не посмотрит…
Стоявшие рядом солдаты заржали, как кони. Шутка перелетела дальше и пошла гулять по редуту.
Зарядили быстро, а подтолкнуть легкий глиняный снаряд с "начинкой" до нужного места было совсем легко. И он не подвел — взорвался в аккурат над лошадиными спинами с грохотом и искрами.
— Какой у тебя уровень, Святой? — полюбопытствовал маг, с удовольствием глядя как табун взбесившихся коней разносит вдребезги выстроенные для атаки ряды бритых. Крики и чужеземный мат долетали до редута.
— Небольшой. — признался Марк и не утерпел, съязвил, — мне Небо помогает.
— Вот только не говори, что ты равенство Сая-Тревора второго порядка в уме решил, — подозрительно сощурился огневик.
— Нет, конечно, — покладисто согласился Винкер и ни буквой не соврал. Равенство было третьего порядка. Второго они с мэтром Ольхеймом и без "разгона" наперегонки щелкали, вместо орешков.
В стороне противника пронзительно завизжали дудки, собирая солдат.
— Перегруппировка? — предположил маг.
— Похоже на то. Кажется, у нас есть время подготовится к следующему штурму.
— Думаешь, он будет?
— Какая разница, — резонно заметил командир артиллеристов, — будет — не будет, это бритые решат, а готовится надо.
— Золотые слова, — одобрил стратег.
— Ага. Кончится бой — снесу ювелиру, — хмыкнул парень, — вдруг оценит?
Прохладный хлебный квасок, резковатый, с чуть-чуть заметной ноткой хмеля, после жаркого боя был тем, что лекарь прописал.
Бочку притащил длинноухий пузатый ослик с влажными, грустными глазами. А правил им малец лет десяти, не больше.
— Защитникам нашим от
И даже Гай не нашел в этом ничего подозрительного. По обычаю же! Он первым зачерпнул деревянным ковшом из бочки, пригубил квас, довольно прищурился. И махнул рукой двум десяткам охраны у ворот.
…По городу быстро двигался маленький, но хорошо вооруженный отряд. Двигался он целенаправленно, к воротам, и спешил. Очень спешил. После завоевания Аверсума, барону Нерскому было обещано графство, и он не собирался упускать свой шанс.
Этот звук — протяжный, вроде бы и не громкий, но какой-то уж очень пронзительный скрип ни с чем перепутать было невозможно.
С такой милой особинкой открывались городские ворота Бара — в мирной жизни здоровенные железные петли регулярно смазывали. Но едва начинало в долине Неры пахнуть неприятностями, бочку с маслом градоправитель сам, лично, запирал на ключ.
Так сказать, еще одна дополнительная страховка. Не слишком действенная, но лучше, чем ничего.
Местные звук узнали сразу и обернулись, как по команде.
— Вылазка? Зачем бы это? Наших в крепости и так мало…
Марк сообразил сразу, потому, что, как и Райкер, ждал предательства. Гражданская война — это же такая дрянь!
Он положил рук на плечо командиру артиллеристов, несильно сжал, привлекая внимание.
— Сейчас стреляете, по всем, кто подойдет к воротам. Сначала — разрывными, потом — всеми подряд, хоть фейерверками. Снаряды не экономить. Все равно теперь… Расстреляете все — уходите с редута. Прорывайтесь к равелину, там будет последний рубеж. Не успеете расстрелять — подрывайте. Но лучше — постарайтесь успеть.
Он обернулся:
— Остальные — за мной, к воротам. Враг в городе!
Они рванули по внутренним переходам, и поэтому не видели как на обе створки, широко раскрылись ворота Бара. Как барон Нерский, опасаясь, что защитники города успеют к воротам раньше, чем захватчики, выскочил наружу и призывно замахал руками… И — не успел.
Просто не успел убраться с пути стремительно летящей конницы Лесса Аргосского. А воины Священного Кесара и не подумали придержать коней. Что им какой-то дурачок, который сам кинулся под копыта? Приказ командира был совершенно ясен — как можно скорее занять город и укрепится в равелине.
На улицах, вплотную прилегающих к воротам, кипел даже не бой — свалка. Жители Бара тоже помнили о прошлой войне и "бритых" сильно не любили. Каждое окно превратилось в бойницу.
Винкер работал шпагой и кинжалом, пробиваясь к воротам, где надеялся найти своих. Под ноги упал фиолец в легком доспехе, рядом свалился паренек из воинства Святого Эдера. Помочь ему было уже ничем нельзя. От удара сабли кожаный колет с нашитыми пластинами может и защитить — но бритые умели не только рубить. Они еще и кололи неплохо.