Скальд

По залитой солнцем пыльной, утоптанной дороге шлёпал босыми ступнями невысокий, закутанный в тонкое шерстяное одеяло мужчина. Тонкие, прямые брови на загорелом, обветренном лице были недовольно сдвинуты. Потрескавшиеся губы плотно сжаты, а тёмные глаза щурились на висевшее чуть в стороне от направления движения утреннее светило.

Чуть позади путника грациозно переставлял лапы гигантский представитель кошачьего племени. В холке он лишь немногим не дотягивал до макушки спутника и без сомнений превосходил того в ширине.

Короткая, тёмная шерсть слегка отливала зелёным, длинные белые усы чуть шевелились лёгким, прохладным ветерком, заставлявшим человека плотнее кутаться в единственную защиту и проворней передвигать ноги, в надежде поскорей добраться до видневшегося вдалеке поселения. Опытного путешественника не испугать такими расстояниями, но отсутствие одежды и обуви настроения не улучшали.

– Да заткнись ты уже!
– с трудом разлепив пересохшие губы, выдавил из себя мужчина. Гулко урчащий кошак недовольно дёрнул хвостом, пошевелил ушами, но приказа послушался и концерт прекратил.
– Бесполезное животное! Даже не способен за вещами присмотреть!

Оглушительно фыркнув, кот отвернул морду, с притворным вниманием разглядывая порхающих по полю насекомых. Зверь не имел возможности ответить, но речь своего спутника и хозяина понимал превосходно. Задрав трубой гладкий хвост, способный потягаться в толщине с рукой взрослого мужчины, он обогнул человека и побежал по дороге, провожаемый тоскливым взглядом. Садиться голым задом на жёсткую шерсть было слишком рискованно, а седло спёрли всё те же воры, оставившие его без одежды и припасов. Качество материала и мастерство изготовления могли скомпенсировать в их глазах бесполезность для любого другого животного.

– И какой демон меня потянул искупаться в реке?!
– мрачно пробурчал путник, пытаясь прикрыть как можно большую часть тела имеющимся куском ткани

Практически получасовые водные процедуры, за время которых он заметно спустился вниз по течению, позволило неизвестным не только обчистить его стоянку, но и безнаказанно смыться. Лишь расстеленное на просушку одеяло, на котором устроил себе лежанку кот, осталось в сохранности. За проявленную небрежность в выполнении приказа на охрану хозяйского имущества, животное было посажено на голодный паёк. А высвобожденная сила направлена на поддержание организма самого путешественника. После приобретения ездового кота, он успел немного отвыкнуть от долгих пеших прогулок.

Наконец, путник достиг первых заборов и развалившегося в пыли зверя, успевшего распугать нескольких собак, с опаской выглядывающих из ближайших будок. В центральной части довольно крупного царства можно было не опасаться пограничных набегов. А вот крестьянских волнений землевладельцы явно не желали, всячески затрудняя местным жителям возможную оборону. Запрет на возведение укреплений, запрет на владение определёнными видами оружия... Но его подобные мелочи ничуть не волновали. Потыкав пальцами ноги зад перегородившего проход кота, путешественник согнал того с насиженного места.

Большинство селян ушли в поля, немногочисленные прохожие молча таращились на новоприбывших, пока не встречались с раздражённым взглядом человека. Заготовленные вопросы застревали в глотках, и крестьяне спешили смыться подальше. В такой манере и прошёл

путь до центра поселения, где находилась единственная лавка, совмещённая с пивной. Богатством местные жители не отличались, путешественники в это захолустье забредали редко, и те, в основном, были сборщиками налогов с охраной. Не самые желанные гости.

Владелец торговой точки лишним трудом себя не нагружал и, когда будущий покупатель зашёл в полутёмное, заставленное грубыми столами и лавками помещение, вальяжно восседал в массивном кресле-качалке около высокой стойки, неспешно потягивая пиво из большой глиняной кружки. Маленькие глазки неопределённого цвета тоскливо взирали на мир с оплывшего лица. Двойной подбородок плавно переходил в бочкообразную грудь. А выпирающее из-под просторной серой рубашки брюхо было способно распахнуть перед своим владельцем любую дверь... В которую сможет протиснуться.

'То-то тут столь широкий проход' - мелькнула мысль в голове странника.

– Кыш! Кыш!
– сипло выдохнул толстяк, махая окорокообразной рукой на попытавшегося сунуться в двойную дверь кошака. Обиженно фыркнув, тот остался на улице, развалившись поперёк двери.

– Мне нужна одежда и припасы, - хриплым голосом произнёс путешественник и разразился сухим кашлем.

– Деньги есть?
– окинул пренебрежительным взглядом голого и босого посетителя владелец лавки.

– Вот здесь два золотых, - он выделил голосом последние слова, высовывая из-под одеяла сжатую в кулак руку.

– Да...
– протянул уставившийся остекленевшими глазами на кулак торговец.

– Спрячь их понадёжнее, а то украдут!
– на этот раз были акцентированы первое и последнее слова. Перехватив протянутую руку, продемонстрировав на мгновение опоясывающую предплечье цветастую татуировку, он аккуратно переложил содержимое кулака на раскрытую ладонь и мягко закрыл её, согнув толстые, безвольные пальцы.

– Так что вам надо?
– с шумом выпив оставшееся в кружке пиво, толстяк шмякнул её на стойку.

– О! Будь проклято то мгновенье, когда я решил искупаться в реке!
– взмахнув руками, путник едва успел удержать сползающее одеяло.
– Это бесполезное животное нагло задрыхло на этой тряпке, - он подёргал свою 'одежду' за края, - и какие-то негодяи утащили практически всё моё имущество... У вас, кстати, тут никто не появлялся?...

– Не, ток вы, - потряс подбородками торговец.

– Очень жаль! Так бы мы их могли сразу схватить и вернуть все мои вещи! Как хорошо, что я никогда не расстаюсь с деньгами!

– Так что брать будете?

– Всё! Одежда, припасы, снаряжение! Меня лишили всего!
– несколько визгливо воскликнул мужчина, переступая с ноги на ногу. Не слишком чистый деревянный пол так же не отличался и теплотой.
– И седло! Обязательно найдите седло для моего кота!

– У нас тут и на простых лошадей сёдел нет...
– поскрёб необъятный живот торговец.
– На магических тварей ток в городе найдётся.

– Кошмарно! Просто кошмарно! За что я вам только заплатил?!

– Я найду всё, что смогу, - толстяк покосился на зажатые в массивном, заросшем мелкими волосками кулаке 'монеты' и начал медленно вставать с поскрипывающего от натуги кресла.