Чтение онлайн

– Она может быть мусором, но она наш мусор. То есть, теперь твой.

– Это не Моя Прекрасная Леди. Я не профессор Генри Хиггинс, и она уж точно не Элиза проклятая Дулиттл.

– Кем бы Нора ни была, она чертовски хорошая писательница. И ты бы об этом знал, если бы удосужился прочитать хоть одну из ее книг.

– Ради этой работы я оставил Англию, - напомнил ему Зак, - оставил один из самых уважаемых издательских домов в Европе, потому что хотел работать с лучшими молодыми американскими авторами.

– Она молода. И она американка.

– Я оставил Англию,

свою жизнь... Истон остановился, прежде чем произнес, - "и свою жену".

В конце концов, это она его оставила.

– У этой книги есть реальный потенциал. И Нора принесла ее нам, потому что готова к переменам.

– Тогда дай ей двадцать шиллингов за фунт, если она хочет перемен. Через шесть недель я улетаю в Лос-Анджелес. Не могу поверить, что ты хочешь, чтобы я отодвинул все на второй план, и посвятил свои последние шесть недель Норе Сатерлин. Исключено.

– Я видел твою входящую почту, Истон. Она не настолько завалена, чтобы ты не мог с ней поработать, параллельно, готовясь к отбытию из города. Не говори мне, что у тебя нет времени, тогда как мы оба знаем, что у тебя просто нет желания.

– Хорошо. У меня нет ни времени, ни желания редактировать эротику, даже хорошую эротику, если такая вообще существует. В этом издательстве я не единственный редактор. Отдай ее Томасу Финли, - Зак назвал своего наименее любимого коллегу, именно того, кто придумал его прозвище, - или даже Энджи Кларк.

– Финли? Этому слабаку? Он подкатит к Сатерлин, и она съест его живьем. Даже если его стукнуть по морде, он не знает, как правильно истечь кровью.

Истон чуть было не рассмеялся, соглашаясь со словами своего начальника, но потом вспомнил, что они с Боннером, вообще-то, спорили.

– Тогда как насчет Энджи Кларк?

– Она сейчас слишком занята. Кроме того...

– Кроме того, что?
– потребовал Зак.

– Кларк побаивается Нору.

– Не могу сказать, что я ее в этом виню, - отрезал Истон, - слышал, что на вечеринках, взрослые мужчины произносят ее имя, практически, шепотом. Кроме того, ходят слухи, что ради выхода своей первой книги, она переспала со всеми, от мала до велика.

– Я тоже об этом слышал. Но она не спала ни с кем из нашего издательства. К сожалению, - сказал Жан-Поль с игривой ухмылкой.

– В блоге Рэйчел Белл пишется, что Сатерлин выходит из дома только в красном. Кроме того, в качестве персонального ассистента, у нее работает шестнадцатилетний паренек.

В ответ на эти слова Боннер послал ему улыбку.

– Уверен, она предпочитает называть его "практикант", нежели "персональный ассистент".

Зак чуть не задохнулся от негодования. Несколько часов назад, он уже собирался отправиться домой, и даже успел надеть пальто, когда тоненький, дьявольский голосок в его голове, приказал ему проверить рабочую почту еще раз. В ней оказалось письмо от шеф-редактора, в котором говорилось о возможности сотрудничества с писательницей эротического жанра Норой Сатерлин, и ее последней книге для их крупнейшей осенней/зимней публикации. И в виду незначительной загруженности Истона, в течение шести недель перед его вылетом

в Лос-Анджелес...

– Мне нужно, чтобы это сделал ты... ради меня. Только ты и никто другой, - сказал Жан-Поль.

– Почему ты считаешь, что я единственный, кто может справиться с ней?

– Справиться с ней?
– почти фыркнул босс, до того, как принять серьезный вид, - послушай меня, никто не сможет справиться с Норой Сатерлин. Нет, ты просто единственный из моих сотрудников, способный быть с нею наравне. Истон... Зак. Услышь меня, пожалуйста.

Сглотнув, Зак на мгновение расслабился. Боннер крайне редко обращался к кому-нибудь по имени.

– Она пишет романы, Жан-Поль - тихо произнес Истон, - а я ненавижу романы.

Начальник встретил его взгляд с сочувствием.

– Я знаю, через какой ад тебе пришлось пройти в прошлом году. Я знакомился с твоей Грейс, помнишь? И знаю, что ты потерял. Но Сатерлин... она хороша. Она нам нужна.

Зак медленно и протяжно вдохнул.

– Она еще не подписала контракт?
– спросил Истон.

– Нет. Мы до сих пор на стадии обсуждения условий.

– Устное соглашение получено?

Боннер с опаской посмотрел на своего подчиненного.

– Еще нет. Я сказал ей, что сперва мы должны ознакомиться с цифрами, а после вернемся с решением, но мы склоняемся к положительному ответу. А что?

– Я с ней поговорю.

– Хорошее начало.

– И прочту рукопись. И если подумаю, что она - мы - сможем вылепить из ее книги что-нибудь пристойное, я уделю ей свои последние шесть недель. Но книга не выйдет в свет до того, как я дам на это свое письменное согласие.

Глаза Жан-Поля пристально уставились на Истона, но тот отказывался моргнуть или отвести взгляд. Зак привык, что по его книгам, последнее слово всегда оставалось за ним. И он не собирался лишаться этого полномочия ни ради Боннера, ни ради Норы Сатерлин, ни ради кого.

– Истон, одна книга Дэна Брауна за месяц продается лучше целого поэтического раздела за пять лет. "Порнография" Сатерлин, как ты ее называешь, может окупить множество непопулярной поэзии.

– Мне нужен на руках контракт, Жан-Поль, или я даже не стану с ней встречаться.

Откинувшись на стуле, шеф-редактор шумно выдохнул через нос.

– Хорошо. Она вся в твоем распоряжении. В Коннектикуте у нее есть небольшой, милый домик. Поезжай на поезде. Или возьми мою машину. Мне все равно. По словам Сатерлин, в понедельник она будет дома.

– Так и быть.

Зак знал, что ему не грозит это сотрудничество. В определенном расположении духа, он мог быть беспощадным как к автору, так и к недоработкам в его или ее книге. Достойные авторы принимают критику. Бездари с нею не справляются. Если Истон покажет себя достаточно жестким, Нора станет умолять о другом редакторе.

Теперь, когда спор зашел в тупик, Зак устало поднялся со стула, и, ссутулившись, поплелся к двери, но до того, как он успел покинуть кабинет, его остановило тихое покашливание. Не встречаясь с ним взглядом, Жан-Поль провел ладонью по первой странице, лежащего перед ним, корректа "Гамлета".