Чтение онлайн

— Вообще-то нет, — ответил старик, барабаня пальцами по прилавку в ожидании, пока аппарат считает данные с карты.

— Разве у вас нет мэра? Городского головы? Кого-то еще в этом роде?

— Никого, за исключением разве что князя.

— Какого еще князя?

Он ухмыльнулся:

— Это всего лишь прозвище.

Пожилая дама, держащая в руках пригоршню луковиц, встала за спиной у Максин.

— Сэм! — резко воскликнула она. — Поторопись, а? Я не могу ждать весь день!

Макс бросила на нее недовольный взгляд, но в этот момент ожил аппарат, который выдал чек. Сэм передал его девушке

через прилавок, и она поставила свою подпись.

— Хорошего вам дня и удачи в поисках тех девушек.

— Но вы не ответили…

— Некоторые люди совершенно невозможны, — заявила пожилая дама, оттесняя Максин плечом и высыпая на прилавок луковицы цветов. — Посмотри-ка, Сэм, вот эта луковица треснула. Я не собираюсь платить ее полную стоимость, так и знай.

— Конечно, Мэдди.

Лу успел перехватить руку Макс за секунду до того, как та попыталась оттолкнуть назойливую старуху. Девушка зло на него посмотрела, но он лишь отрицательно покачал головой и вывел ее из магазина.

— Ради всего святого! — воскликнула Максин, когда они оказались на улице. — Они тут все, что ли, вампиры или как?

— Ничего подобного, — спокойно ответил Лу. — Еще день.

— Тогда какого черта? И что за треклятый князь, о котором говорил старик, так похожий на Голлума? [4] У него галлюцинации или что?

— Его зовут Сэм. Наберись терпения, пожалуйста. Мы во всем разберемся.

Он открыл передний багажник «фольксвагена», и она, положив туда покупки, забралась в машину. Джейсон, опасаясь вмешиваться в их разговор, промолчал.

— Я бы сумела заставить его заговорить, — кипятилась Макс.

— Не сомневаюсь. Так что же тебя удерживает? Возвращайся и воплоти в жизнь свое намерение.

Лу спокойно сел на водительское место, и Максин очень злило его непроницаемое спокойствие. По дороге мимо них проехал парнишка на велосипеде с кипой газет за плечами.

— Ладно, — произнесла Макс, не в силах больше выносить его молчание. — Сдаюсь. Чего я не знаю?

— А вот чего, — улыбнулся Лу, довольный, что вынудил ее задать этот вопрос. — С подобным поведением ты моментально наживешь себе врагов.

Ты здесь чужая, и, если будешь и дальше напирать и грубить, это разнесется по Эндоверу со скоростью лесного пожара. А вот если станешь вести себя мило и приветливо, все с готовностью постараются тебе помочь.

Она поджала губы.

— Ненавижу признавать, что ты прав.

— Нет, не так, — возразил он. — Ты ненавидишь признавать, что не права сама. Именно поэтому я обычно стараюсь не указывать тебе на это прямо.

— Эй!

Он улыбнулся ей, действительно улыбнулся. Она скучала по его улыбке с того разговора вчера вечером и, завидя ее сейчас, почувствовала, что тает. Черт побери, Лу может хоть весь день только тем и заниматься, что указывать ей на ее промахи и ошибки, но это не уменьшит силу ее влечения к нему. Он может обращаться с ее дорогим старым другом как с подозреваемым в убийстве, но она все равно будет страстно желать его.

Дождавшись, пока все уйдут, Сторми вышла на улицу и обошла мотель кругом. Она шла по бетонному покрытию, созданному

здесь, возможно, для того, чтобы облегчить вывоз мусора. За мотелем простиралось поле, заросшее сорняками. Она подошла к окну комнаты Джейсона. Когда они находились внутри и изучали карту, она улучила момент и отодвинула задвижку. Никто ничего не заметил. Ну, в действительности девушка с трудом верила, что это ее действие ускользнуло от острого глаза Максин, хотя в последнее время подруга и была несколько рассеянна. Даже если бы она и увидела что-то, то ни словом бы об этом не обмолвилась. И Джей тоже не заметил, в противном случае он просто вернул бы задвижку на место.

Сторми была убеждена, что их старый приятель что-то скрывает, и вознамерилась выяснить, что именно, поэтому забралась в его комнату через окно. Поблизости никого не было, и никто ее не видел. Окрестности показались ей еще более пустынными, чем кладбище в полночь.

По спине ее пробежал холодок, но она быстро взяла себя в руки и закрыла окно. Затем внимательно осмотрелась по сторонам. Гостиничный номер был таким же безликим, как и ее собственный, и Сторми заключила, что ей не потребуется много времени, чтобы обыскать его. Она почему-то чувствовала страшную усталость и апатию, словно не спала всю ночь. Стараясь не обращать на это внимания, девушка приступила к делу. Перво-наперво она направилась к письменному столу и стала выдвигать ящики, но обнаружила лишь телефонный справочник и старый список телевизионных программ. Затем она проверила комод и не нашла вообще ничего: ни одежды, ни нижнего белья, ни носков. Очевидно, Джей не стал распаковывать вещи, а сразу приступил к поискам сестры. Это, по крайней мере, имело смысл. В шкафу висел его пиджак, а также там была гладильная доска и дополнительная подушка. В ванной находился обычный гостиничный набор крошечных бутылочек с шампунем и кондиционером, а также кусок мыла.

Ничего интересного. Совершенно ничего.

Проклятье!

Отчаявшись, Сторми принялась проверять карманы пиджака Джейсона и тут замерла на месте.

Она что-то нащупала и вытащила на свет божий. Этим «чем-то» оказался моментальный снимок, изображающий двух смертельно напуганных девушек, широко раскрытыми глазами глядящих в объектив.

— Боже мой! — прошептала она.

На обратной стороне были нацарапаны слова: «Делай, что тебе говорят, или они обе умрут».

Сторми почувствовала, как ее накрывает ледяная волна ужаса. Она провела рукой по словам, и они ударили ее, словно тяжелым молотом. Девушка отпрянула назад, крепко зажмурившись и прижимая руку к голове. Она зацепилась за что-то ногой и упала на пол. Перед ее мысленным взором возникло лицо мужчины — лицо падшего ангела. Это был тот же самый человек, чье мрачное незабываемое лицо она видела рядом с изображением Джейсона, когда ее машина съехала с дороги по пути в Мэн.

Сторми без чувств распростерлась на полу, выронив фотографию из внезапно ослабевшей руки.

— Сторми! Милая! Давай просыпайся, малышка!

Заморгав, она открыла глаза и увидела, что над ней склоняется обеспокоенная Максин. Черт побери, они вернулись. Осознание того, что ее поймали на месте преступления в комнате Джея, поразило ее подобно электрическому разряду, и она поспешно села. Слишком поспешно. Голова закружилась, и она, обхватив ее руками, часто заморгала, чтобы поскорее прогнать неприятные ощущения. Когда туман перед глазами рассеялся, девушка попыталась собраться с мыслями и нахмурилась.