Синергия

СИНЕРГИЯ*

* Сотворчество Бога и человека в деле спасения, на языке богословия.

Внезапный гудок большегрузной фуры проник в ушное пространство, как в тоннель. И последнее, что увидел Ваня, это яркий свет, который прошел сквозь него и как бы выбил его тело, из болезненных мук. Очутившись на обочине в сугробе, Ваня резко отпрянул от него и провёл по лицу рукавом: «Фу-ты! Жив!»

Он не ощущал ни холода, ни

боли. Его мысли начали лихорадочно бурлить: «Пронесло, так пронесло! Никогда больше в ночь не поеду! Чё я попёрся сразу на дальняк? Ведь предлагали остаться до утра: баньку, шашлычок! Эх, бабуля, бабуля…. Если бы тебе не обещал…»

Из развёрнутой фуры выскочил мужик, а за ним и другой.

– Вован, смотри, жив?!

– Да не вижу я пока!

Оба мужика почему-то орали друг другу, как будто, они находились в разных мирах. И оба были на грани срыва. Ванька легко поднялся из сугроба. И с большим удивлением, что нет никаких вывихов и больных ощущений, пошёл к месту аварии. Его полуторатонная Аудотья, как он называл свою машину марки «Audi», была похожа на помятый ботинок. Суета мужиков, его почему-то забавляла. Он предвкушал, как они удивятся, увидев его живым.

– Толик, в скорую звони, мож успеют….!!!

Ваня подошел к мужикам, почти, вплотную. «Да не пыхти, я живой…» – не очень громко начал Ваня, дабы не испугать участников события. Между тем, этот Толик, никак не приходил в себя. Он ходил, приседал, хватался то за голову, то за телефон. Ваня решил подойти поближе и ещё раз обозначиться.

– Мужик, да не волнуйся, я тут, живой я! Живой!

Хотя Ваня подошёл вплотную, мужик никак не отреагировал. Дрожащими руками пытался набрать экстренный вызов. А второй, Вован, в это время крикнул:

– Во месиво! Не пойму жив он иль нет?!…

Ваня, удивлённый, опять начал лихорадочно соображать, что пассажиров-то у него не было…

«Аааа, мож я проскочил, и моя машина где-нибудь в кювете? Ну тогда всё объясняет, я самая менее пострадавшая сторона»

Он оглянулся, потом обошёл фуру с другой стороны. Но, кроме этих машин, других рядом не было. Ваня сделал ещё одну попытку заговорить с мужиками.

– Слышь, отец, да не голоси так, меня выбросило в сугроб… вишь? Отделался лёгким испугом! – и даже попытался весело хмыкнуть.

После этого хотел похлопать его по плечу, но рука не нашла точку соприкосновения, а провалилась, проделывая круг и, Ванька замер…

Простояв пару минут ошеломленно, вдруг, заорал, что было силы: «Аааааааааа!»

Его голос был оглушительной силы, но… только для него. Водители большегрузной фуры не обладали духовным слышанием, а тем более духовным видением… Его действия были категорически не замечены обывателями планеты. Толик, в это время, уже дозвонился до службы спасения. А Вован, выломал, уже «на соплях» державшуюся дверь Аудотьи и, взяв запястье несчастного парня, проверял пульс.

– Не надо так кричать, я уже давно тут!

Ваня оглянулся и невольно закрыл глаза ладонью от яркого света.

Но разглядеть он успел, что говоривший был очень высок, а рядом с ним стоял подросток и держался за руку. Глаза Вани быстро привыкли к свету и рука медленно опустилась. Суета за его спиной, перестала его волновать. Он даже ещё не понял, в какое состояние впал: как бы, между небом и землёй… то есть ещё не на небе, но уже и не на земле.

– Этого не может быть! Я что….??? – Ваня испугался произнести это страшное слово. – Я где? Я же живой?… Почему они меня не слышат?

Но, эти двое стояли с умиротворёнными лицами, где-то скорбными, но с большой любовью в глазах и видимой надёжностью.

– Вы кто? Почему Вы молчите? Это чё –рОзыгрыш? Да? – срываясь, практически, на визг, прокричал Ваня.

– Напротив, всё очень серьёзно, – спокойно сказал высокий.

– Этого не может быть… – не унимался Ваня. – Я живой… вот хожу, говорю… нет, нет, это не смерть…

– Да, ты прав, смерти нет! Это только переход, в вечную жизнь!

– Да неееет, жееее… – и Ванька расплакался, усевшись пятой точкой на гололёдный асфальт, почти, как в детстве – навзрыд. Только голос его был грубый, и Ваня никак не мог поверить, что это конец.

Подъехала скорая без сирены с включённой мигалкой, а за ней подтянулись и ГИБДД. Ваньке показалось, что он что-то почувствовал. Подскочив на ноги, он как заворожённый, стал наблюдать, как осторожно вынимали его тело из помятого автомобиля.

– Эй! Я что-то чувствую, Вы слышите меня? Я не умер! Вот… вот… вот опять… – Ване и правда чувствовалось какое-то прикосновение, и даже показалось, что внутри сердце пошевелилось, как будто встрепенулся голубь.

– Такое бывает. Это вопрос времени.

– Ну не нааадоооо! Я прошуууу Ваас! Верните меня в тело.

– Мы этого не решаем.

Медики со спасателями уже положили тело на носилки и быстро повезли к машине скорой помощи. Ваня не раздумывая, вдруг сорвался с места и бросился на своё тело, как кошка на мышку, но провалился сквозь носилок на асфальт. Процессия, не заметив выходку Вани, довезла тело до машины. Там быстро погрузили носилки внутрь и громко закрыли задние двери. Эхом отозвался этот звук в ушах Вани. И он бросился опять к своим собеседникам.

– Ну попросите Его, или давайте я попрошу! У меня дела ещё не оконченные, родители… У меня бабушка верующая!… да нельзя мне пока, я ведь ещё молодой! Куда, куда меня повезли? Остановите их! Куда? Мне надо быть рядом!

Не успев это договорить, как он оказался в машине скорой помощи, рядом со своим телом. Врач сделал какие-то уколы, на лицо наложили аппарат искусственного дыхания. Ваня сидел на коленках, как в детстве в песочнице, и округлёнными от ужаса глазами, смотрел на себя.

«Что теперь будет?» – немного успокоившись, подумал Ваня. И также мысленно ему ответили: «Экзамены. А если Господу будет угодно, то отправит тебя обратно. Но обнадёживаться не надо. Люди всё равно не верят». Ваня покрутил головой, но никого не увидел.