Синдром толпы
Шрифт:
Автобус был переполнен. Предприятие оказалось очень выгодным.
Джерибери долгое время стоял, не двигаясь, упиваясь пышной красотой острова. Так вот чем прославился Таити! Демографический взрыв ничуть не отразился на самобытности местной природы, и это казалось настоящим чудом.
Он вовремя вспомнил, что предоставленные ему двенадцать часов вот-вот истекут, и нехотя направился к кассе.
Молодой человек любезно улыбнулся ему:
— Я вас слушаю.
— Вы говорите по-английски?
— Конечно. — Черты его лица и цвет кожи выдавали
— Нет, благодарю. Я бы хотел побеседовать с вами, если у вас найдется свободная минутка.
— Что именно вас интересует?
— Таити. Я — сенсатор.
Лицо молодого человека стало менее привлекательным.
— Вы хотите рассказать всем о нашем острове?
— Вроде того.
На лице кассира не осталось уже и следов улыбки.
— Можете вернуться в свою страну и сообщить, что Таити и так битком набит.
— Я обратил на это внимание в Папеэте.
— Мне посчастливилось иметь дом в Папеэте — говорили, надежная недвижимость. Но мою семью силой заставили уехать оттуда! Из дома было даже толком не выйти… — он так разгорячился, что стал говорить с паузами. — Его плотно окружили палатками… — Он употребил слово, которого Джерибери не расслышал. — У нас не хватало денег, чтобы купить транслятор мгновенного действия. Да мы и не могли бы подвезти его к дому, потому что… — Джерибери снова не понял этого слова. — … запрудили улицы. Полиция оказалась бессильна.
— Почему?
— Их слишком много. Мы же не звери и не способны расстреливать людей в упор, а лишь это способно остановить их. Они приезжают сюда без денег, без одежды, и остановиться им негде. Но. однако, это не самая большая проблема. Расскажете об этом, когда вернетесь?
— Я записываю на пленку все, что вы говорите.
— Объясните, что самые противные те, у которых куча денег. Они строят отели повсюду, и я не сомневаюсь, что в конце концов наш остров превратится в одну сплошную гигантскую гостиницу! Смотрите сами! — Он махнул рукой, указав куда-то вниз к подножию горы. — Клуб «Плейбой» строит под нами новый отель.
Джерибери взглянул на временные постройки и на огромную стальную коробку с вертолетными роторами на ней. Он достал «Минокс» и запечатлел все это на пленку, затем отснял панораму находившихся вдали гор и закончил съемку, увековечив с помощью камеры хмурое лицо молодого человека в билетной кассе.
— Скваттеры, — неожиданно произнес кассир. — Я никак не мог толком вспомнить это слово. Я уверен, что в нашем доме, как только мы его покинули, поселились скваттеры. Не забудьте сказать, что они нам осточертели.
— Обязательно скажу, — заверил его Джерибери. Напоследок, перед тем, как покинуть эту долину, он окинул ее долгим взглядом. Буйная изумрудно-зеленая растительность, серо-голубые горы, полоса моря вдали… но его глаза задержались на сплошном потоке стройматериалов, выгружаемых из грузового транслятора третьего типа, принадлежавшего клубу
Остров Пасхи. Огромные, большелицые, торжественные каменные статуи с головами из красноватого вулканического туфа. Карикатуры на них встречались даже чаще, чем фотографии («Помолчи, пока не уедут эти археологи!» — шепчет одна статуя другой), которые, несмотря на свою достоверность, едва ли могли дать представление о невозмутимой торжественности каменных гигантов. Но и на этот древнейший остров можно попасть за считанные минуты — стоит только набрать код…
Проблема в том, что в справочнике наверняка нет данных о трансляторах на острове Пасхи.
Несомненно, должна существовать какая-то возможность попасть туда с помощью транслятора, но вряд ли перспектива появления на острове Пасхи миллионов иностранных туристов вызывает энтузиазм у правительства Перу.
Итак, существовала и обратная сторона медали — трансляторы перемещений давали возможность попасть в любую точку земного шара, но с тем условием, что там тоже должен быть установлен транслятор. Набирая код аэропорта «Лос-Анджелес Интернейшнл», Джерибери удовлетворенно улыбался.
В полицейском участке, находившемся на Пьюрдю авеню, не нашлось ни единого человека, изъявившего желание побеседовать с сенсатором.
Его профессиональное терпение не покидало его, хоть и казалось несовместимым с постоянными перемещениями. В конце концов, один из дежурных соблаговолил выделить немного времени и произнес:
— Послушайте, все очень заняты. Мы заканчиваем расчищать улицу Молл после мятежа.
— Заканчиваете? Мятеж подавлен?
— Почти. Нам пришлось убрать из Чикаго все трансляторы, способствовавшие увеличению толпы бунтовщиков. Теперь эту технику, конечно, придется устанавливать снова. Но инцидент исчерпан.
— Отлично!
— Рано радоваться. Я ведь не говорю, что все виновные наказаны. Банда грабителей умудрилась подтащить грузовой транслятор ко входу в магазин «Пенни». Таким образом им удалось поместить туда награбленное и скрыться самим. Когда они появятся снова, мы такой наглости уже не потерпим. Правда, теперь бандиты вооружены.
— Ряды мятежников постоянно пополнялись?
— Можно сказать, что да. Послушайте, у меня нет времени на разговоры. — Он вернулся к телефону.
Следующий полицейский, которого остановил Джерибери, узнал его с первого взгляда.
— Так это вы заварили всю эту кашу! Не мешайте работать.
Джерибери вышел на улицу.
Летний закат. Наступило время коктейля… прошло три с половиной часа.
Выйдя из полицейского участка, Джерибери почувствовал, что у него кружится голова. Он прислонился к стене. Наверное, виной всему постоянные перемещения — за сегодняшний день он сменил слишком много мест, временных поясов и климатических зон. Из вечернего Нью-Йорка он окунался то в сырость морского побережья, то в жару доменной печи в Долине Смерти, то в ночную Сахару. Трудно было даже перечислить все те места, где он побывал.