Шрифт:
Синдром Икара
повесть
1.
– Кстати, заметьте, Вайс, - сказал Фредерик Логан, брюзгливо рассматривая содержимое стеклянного бокала с мутноватой жидкостью багряного цвета, - У них там все специалистки по атомному синтезу - молоденькие блондинки с размером бюста не меньше третьего. Вот это, я понимаю, загадка.
Мужчина, к которому Логан обращался, только покачал головой.
– Ничего
– лениво отозвался третий собеседник за столом - Мирослав Кежич. Он был худ, костляв и высок.
– Я полагаю, это условие они прописывают в своих вакансиях.
– Очень смешно, - Логан поджал губы и осторожно пригубил из бокала.
– Если учесть, что они попадают туда прямиком из профильного института, в который поступают пятнадцати лет отроду. Вы хотите сказать, они уже тогда знают?..
– Я вам хуже историю расскажу, - наконец сказал Ян Вайс, откидываясь в кресле, и, одновременно, расстёгивая верхнюю пуговицу форменного штурманского кителя гвардейского флота.
– Как-то к нам на "Бета-Ковчег" прислали стажёрку. Хорошую такую стажёрку. Типа этой вашей атомницы. Входит она в нашу кают-компанию, в которой полтора десятка рыл и синё от сигаретного дыма, а Нил Крокус по прозвищу Стальной Шип, ну вы все знаете его, выпяливается на неё во все глаза, нарочно, конечно, и цедит сквозь зубы, явно играя на публику, мол, ну и передок у крошки, неужто же всё настоящее? Рассчитывая несомненно, что новенькая, потупив глазки и залившись алым румянцем, попытается бочком-бочком испариться куда-нибудь подальше. Однако всё идёт не по сценарию. Девочка, сверкнув глазами, подходит прямо к космическому волку, подбоченивается и спрашивает - Что, нравятся? Нилу, чтобы не выглядеть идиотом, приходится что-то утвердительно мычать. Тогда малышка театральным жестом вручает ему визитку и выпаливает: Силиконовая клиника Аэлита, сэр! Всего пятьдесят кредиток и вам сделают такую же!
Кежич захохотал, а Логан, напротив, нахмурился ещё сильней и поставил бокал на ресторанный стол.
– А мы не опоздаем?
– озабоченно поинтересовался он через секунду, зачем-то охлопывая себя по бокам.
– А куда ты собрался опаздывать, если не секрет?
– в свою очередь спросил Ян.
– Ну...
– Логан затруднился, - Собственно я полагал, что мы пойдём все вместе, кхгм, так сказать...
– А на вас не сделали пропуск, - сообщил Кежич, всё ещё улыбаясь.
– То есть как?
– удивился Логан, - Позвольте, у меня же чёткое задание доставить вас на Тривию. В составе группы дознания...
– Доставить группу дознания, - уточнил Вайс, - что вы блестяще и выполнили.
– Но позвольте, я полагал...
– Рессинг дал понять, что в клинику вам пропуск не положен.
– Это странно, - Логан пожал плечами и глянул на Кежича, но тот смотрел на проходящую мимо официантку.
– Не положен, из-за отсутствия у Фредерика Логана чувства юмора, так он выразился - сказал Ян совершенно серьёзным тоном.
– Поэтому мы с Мирославом, с вашего позволения...
– Ерунда какая-то, - раздосадовано пробормотал Логан в пространство.
– Тут настоящая дыра, никакой культурной инфраструктуры! Что прикажете мне делать?
– Не расстраивайтесь так, коллега, - Кежич потрепал его по плечу, вставая из-за стола.
– Девочки из местной капеллы очень любят слушать рассказы бывалых звёздных пилотов первого
– Идите вы к чёрту, - беззлобно огрызнулся Логан, и опрокинул в рот оставшееся содержимое бокала...
2.
Коридоры в клинике были прозрачными и длинными. Ян подумал, что если бы ему сейчас вздумалось что-нибудь крикнуть, то стеклянные стены подхватили бы звук звонким эхом.
Они с Кежичем шли по переходу между корпусами в отделение карантина.
В коридоре больше никого не было, лишь в самом начале пути им навстречу попался лаборант, толкающий перед собой каталку с вихляющим колесом.
– А вы знаете бородатый анекдот про врача, который на всякий случай щупал у себя пульс, когда оказывался в одиночестве в больничном коридоре?
– поинтересовался Мирослав мрачным голосом.
– Нет, - без тени иронии отозвался Вайс.
– Но нужно отметить, что у вас необычная манера рассказывать анекдоты.
– Ну, возможно, - не стал спорить психиатр, - Нас, я имею в виду врачей, все считают циниками, хотя на самом деле мы скорее перфекционисты.
– Интересная мысль, - отозвался Ян, - Только какая связь?
– Никакой, - Кежич покачал головой, - Это отвлечённое рассуждение... Послушайте, Ян, я не могу удержаться, чтобы не спросить... Не знаю насколько это уместно и этично...
– Валяйте уже.
– Там... На Марине... Когда всё произошло...Вы уж извините, но почему вы побежали вперёд? Что вами двигало? Всё что вы мне скажете, разумеется, будет относиться к врачебной тайне и я никому...
– Дело не в этом, - перебил Вайс и тут же непроизвольно у него перед глазами запрыгали вспышки. Мириады крошечных молний, долбивших изрытую поверхность планеты. Разряды, освещающие сполохами изъеденную разрезами рвов землю. Жуткий вой в аудиофильтрах от ураганного перемещения атмосферных масс. Тогда ему казалось, если на поверхность Марины посмотреть с высоты птичьего полёта, то можно рассмотреть ухмыляющееся щербатым ртом уродливое лицо.
Странно, что он спросил "что двигало?". Ни "почему?" или "зачем?", а "что двигало?".
– А это у вас, простите, профессиональный интерес?
– Упаси бог, - Мирослав отрицательно замахал руками.
– Использовать вас в качестве пациента - увольте! Я так... С общечеловеческой точки зрения.
По-человечески, подумал Ян. Все мы хотим, чтобы было по-человечески. Но там, на Марине, человеческого было ничтожно мало. И оно, человеческое, не помогло. Ни мне, ни, тем более, Мак-Грегору.
– Я не знаю, что вам сказать, Мирослав. Вот честно - не знаю. А если скажу официальную версию, то вы ведь не поверите... И не потому, что я там чудовищно рефлексирую из-за этого инцидента или ещё что-нибудь в этом духе... Просто всё, что касается Марины - это отдельная тема. И ей очень тесно в общечеловеческих рамках.
– Хм, - протянул Кежич несколько озадаченно.
– Космос не любит нас, - сказал Ян, после некоторой паузы.
– Это противоестественная среда для человека. Она не приспособлена для жизни таких организмов. Во всём виноват лишь наш неуёмный антропоцентризм. Мы вторгаемся в область, где нас никто не ждёт. Никто не просит нас туда продираться, понимаете? Пространство нас отторгает. Но нам для чего-то нужно раз за разом, с упрямством раненого осла, это делать. Лезть на рожон, поигрывая безрассудностью. Не понимаю!
Книги из серии:
Без серии
Евпатий
Проза:
роман
рейтинг книги
