Чтение онлайн

— Тебе остается только прицелиться и нажать на курок.

Ли Фалькаро нацелила пистолет прямо ему в живот.

— Ты поплывешь со мной! Если не хочешь прислушаться к голосу разума, я всажу тебе пулю в ногу.

Он стоял в шоке, когда она одной рукой потянула на себя ручку управления.

— Боже! — выдохнул он, — ты потопишь нас! — и прыгнул к пульту управления. В его распоряжении были считанные секунды, пока провернутся валы, кадмиевые штыри выдвинутся из свои гнезд, реактор разогреется и пошлет горячий металл в турбину…

Он рванул вниз ручки управления и отстрелил носовой

и кормовой швартовы, повернул штурвал и увидел, как на палубу валится Ли Фалькаро, выпустив из руки пистолет, который перелетел через леер. Сразу же после этого турбины тревожно взвыли, и винты начали взрезать белую пену.

Ли Фалькаро поднялась на ноги.

— Мне стыдно, — проговорила она, — но она велела мне заботиться о тебе.

Он хмуро сказал:

— Мы могли бы врезаться в пирс, если бы не этот маневр, сбивший тебя с ног. Держи штурвал!

— Чарлз, я…

— Возьми штурвал!

Она встала у штурвала, а он отправился на корму, вглядываясь в темноту. Портовые огни были уже едва мигающими точками; скоро его глаза уже ничего не могли рассмотреть. Он не дал бы и четвертака, если дюжина эсминцев уже не прочесывала гавань в их поисках. Орсино провалил самым идиотским образом то единственно важное дело, какое У него когда-либо было. Даже хуже, он знал, что ему хотелось его провалить!

Было промозглое туманное утро. Этой ночью самописец автопилота пересек своей ярко-красной линией отметку 30-гс меридиана. «Грубо считая, примерно половина пути», — подумал Орсино, прогоняя остатки сна. В течение последних четырех часов линия автопилота была совершенно прямой. Должно быть, эта проклятая Ли заснула на вахте. Уголком глаза он взглянул на нее и вскрыл банку консервов. Как бы из вежливости не замечая этот взгляд, она сказала:

— Доброе утро!

В ответ на приветствие Чарлз кивнул головой, так как его рот был забит шоколадом. Он отправился за водой и обнаружил, что в высоком пластмассовом ионообменном аппарате было пусто.

— Черт подери! — вскричал он. — Почему ты не наполнила эту штуку, увидев, что вода кончается? И почему ты ночью не делала зигзаги? Ты совершенно безответственна! — Он открыл клапан и напустил в аппарат морской воды. — «Теперь пройдет добрых двадцать минут, пока эта штука размером с человеческий рост наполнится», — проворчал он про себя.

— Подожди, — упрямо проговорила она, — давай-ка проясним ситуацию. Ночью я не выпила ни капли воды, поэтому у меня не было ни малейшей возможности заново наполнить этот агрегат. Скорее всего, ты все выпил за ужином. А что касается зигзага, то ты сказал, что сейчас мы должны идти все время прямо, и только потом сворачивать. Я решила, что эта ночь — точно такая же, как и любая другая. — Она смотрела на него, словно чего-то ожидая.

Чарлз набрал из резервуара немного воды, выигрывая время. В этом что-то было — да, он действительно собирался заполнить аппарат после ужина, и он действительно говорил ей, чтобы в какую-нибудь из ночей несколько часов идти прямо…

Решительном тоном он произнес:

— Ты совершенно права. Приношу свои извинения. — Он откусил

кусок чего-то вроде куска орехового масла, сжатого под огромным давлением.

— Этого недостаточно. Я не собираюсь оставлять все так, что ты кинешь мне «прости» и будешь надутым и мрачным бродить по катеру. Мне на самом деле не нравится твое поведение.

Страшно разозлившись, Чарлз бросил в ее сторону:

— Ах, тебе не нравится, не так ли? — и ненавидя ее, весь мир и себя за неадекватную глупость этой реплики, грубо и вульгарно выплюнул эту сладкую массу, от которой его чуть не стошнило.

— Да, не нравится. Меня это серьезно беспокоит. Боюсь, что состояние, в котором ты был все это время, не совсем прошло после принятия присяги. Ты действовал иррационально и непоследовательно.

— А как насчет тебя? — взорвался Орсино. — Ты тоже была не совсем в нормальном состоянии!

— С этим все в порядке. Это еще одна причина, по которой меня беспокоит твое поведение. Я просто стараюсь контролировать себя, причем получше, чем ты. Например: мы ссорились и играли в вопросы и ответы даже после того, как вы с Мартой сняли мое прошлое состояние. Если бы я не была заторможена, этого просто не могло бы быть. — Штурвал был зафиксирован. — Она сделала шаг или два к корме и проговорила профессорским тоном: — У меня никогда не было проблем в общении с людьми. Конечно, бывало разное, и иногда я давал волю своему темпераменту, когда это было необходимо для самоутверждения. Но я осознаю, что ты меня тревожишь; по той или иной причине твое мнение для меня важно, и если оно отличается от моего, то все равно должна существовать возможность компромисса.

Он отложил консервы и удивленно спросил:

— А ты знаешь, это именно то, что я чувствую по отношению к тебе? И ты думаешь, это из-за того состояния… или чего-то другого? — Он нерешительно шагнул вперед.

— Да, — ответила она, и ее голос заметно дрожал. — Бывшее состояние или что-то другое. Например, ты подавлен. Ты не пытался приставать к мне, даже из вежливости. Не то, чтобы меня это заботило, но… — Сделав шаг назад, она зацепилась за водяной клапан и с легким вскриком свалилась на палубу.

— Сейчас, я помогу. — Он поднял ее и не отпустил.

— Спасибо, — искренне сказала Ли. — Технику перехода в другую личность нельзя считать несовершенной, но у нее есть свои определенные внутренние ограничения… — Она сделала попытку вырваться, и тут он ее поцеловал. Она вернула поцелуй и проговорила: —… или это может быть из-за наркотиков, которые мы использовали… О, Чарлз, что тебя так долго сдерживало!

— Не знаю, — задумчиво ответил он. — Ведь ясно, что ты принадлежишь к другому классу. Я только мелкая сошка в полиции Нью-Йорка. Мне бы не удалось достичь даже этого, если бы не дядя Фрэнк, а ты — Фалькаро. Даже представить себе невозможно, чтобы я мог сделать тебе предложение. Думаю, это и удерживало меня, и я не хотел этого допустить. И вот я от тебя потерял голову! Черт! Ведь я мог броситься в воду, доплыть до базы и изображать из себя идиота, пытаясь отыскать Гриннела, но внутри себя я уже тогда все решил. Девочка мертва!