Син-Бин
Шрифт:
— Ты не против, если я схожу в туалет? — Пробормотала мне на ухо Ава, и я кивнул, продолжая разговаривать с мистером Николсом.
Он один из самых давних партнеров моего отца, и он умный мужчина. Мне нравится с ним разговаривать, он делает все более интересным. Спорить с ним о ценах на нефть и о том, как они влияют на мировую экономику, всегда непросто. Он так много знает и не боится делиться своими знаниями.
Я часто задавался вопросом, как он может быть партнером моего отца, и, честно говоря, до сих пор задаюсь этим
Трудно найти двух более разных людей, чем они.
— Твоя девушка великолепна, Колтон. — Говорит он мне с улыбкой, как только Ава отходит от нас.
Он выглядит взволнованным, как ребенок, и я сам начинаю ухмыляться. Моя девушка великолепна.
— Она идеальна. — Подтверждаю я, пряча руки в карманы.
Мои ладони вдруг начали потеть. Я намеренно не поправляю его.
Я твержу себе, что она не моя девушка, потому что его слова звучат для меня как музыка.
Хочу, чтобы она была моей, чтобы все об этом знали. Хочу быть с ней на виду.
Мы еще немного разговариваем, пока я не понимаю, что Авы нет уже очень долго.
— Мне нужно идти, мистер Николс.
— Конечно.
Мы пожимаем друг другу руки, и я ухожу от него, надеясь сразу же найти ее.
Впервые после маминой автокатастрофы я так долго оставался на вечеринке отца. И мне даже понравилось.
Все потому, что она была со мной, и теперь я не хочу ничего, кроме ее объятий. Она — мой спасательный круг, без нее я тону.
Я делаю еще один шаг вперед, и Ава преграждает мне путь. Первое, что я замечаю, — это ее глаза. Их цвет глубокий и бурный, в нем нет и намека на ее игривое настроение. Она старается этого не показывать, но по тому, как быстро поднимается и опускается ее грудь, я понимаю, что она злится. Хмурюсь, сведя брови. Что случилось в ванной?
— Я искала тебя.
— И я тебя искал. — Повторяю я и протягиваю ей руку. В ее глазах мелькает легкое сомнение, но она все равно позволяет мне взять ее руку в свою. Даже если она слабеет. Ее мысли где-то в другом месте, и если я уже что-то понял о ней, то знаю, что не смогу сделать ничего, чтобы заставить ее открыться, если она этого не захочет. — Готова вернуться в номер?
— Да. — Она улыбается, но фальшиво. Что, черт возьми, случилось с моей девочкой, пока ее не было? — Нам нужно попрощаться с твоим отцом?
— Нет. — Я поворачиваюсь, увлекая ее за собой. — Он должен быть счастлив, что я вообще согласился приехать. Он не заслуживает достойного прощания.
Когда она не произносит ни слова в ответ, по всему моему телу выступает холодный пот.
Я лишь надеюсь, что она поговорит со мной, потому что в противном случае я не буду иметь ни малейшего представления о том, как исправить то, что произошло.
Узнать правду о египетских пирамидах проще, чем расколоть Аву.
42. Твое наказание
Когда
Его отец — просто кошмар. Все, что я знала о нем, заставляло меня презирать его. Мне хотелось защитить от него сына. Или хотя бы показать этому претенциозному придурку, что он больше не властен над поступками своего сына. Что он никто. Донор спермы, как называет его Кольт.
Мистер Томпсон засыпал меня вопросами обо мне и моей семье. Некоторые из них звучали так, будто он пытался выяснить, насколько я умна. По тому, как часто он улыбался, я поняла, что не разочаровала его. И это выбило меня из колеи. Мне было все равно, нравлюсь ли я отцу Кольта, но, кажется, да. Он выглядел счастливым за своего сына. Может, я что-то упустила?
— Вздорная девчонка наконец-то покинула своего рыцаря в сияющих доспехах.
Оглядываюсь через плечо и вижу Хелен, стоящую возле двери. Я была так погружена в свои мысли, вода текла, пока я мыла руки, что даже не услышала, как она открыла дверь.
Выключая воду, беру бумажное полотенце и вытираю руки. Она подходит ближе и прислоняется к столешнице.
Выбрасываю бумажное полотенце в мусорное ведро и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на эту женщину. Она красива и сексуальна — я не отрицаю очевидного. Но что я знаю о ней и ее поступках? Она отвратительна.
— Женщина, не имеющая ни достоинства, ни самоуважения, последовала за вздорной девчонкой в туалет? Зачем?
Она немного сдвигается, ее губы складываются в злобную гримасу.
— Тебе не кажется, что нужно быть осторожнее с тем, что выходит из твоего рта?
— Почему?
— Из-за общественных норм. — Шипит она, и я просто не могу сдержаться.
Она очаровательна.
— Разве общественные нормы говорят, что спать с чужим мужем — это нормально? Раздвигать ноги перед собственным боссом?
Ее лицо искажается от гнева, и она впивается ногтями в столешницу. Я точно задела нерв.
— Похоже, Колтон выпустил кота из мешка. — Голос Хелен понижается на октаву, и она сужает глаза. — Он все тебе рассказал?
— Все? Что еще можно сказать, кроме «у моего отца был роман с секретаршей»? Как ты вообще живешь с собой, зная, что ты сделала с мамой Колтона?
На секунду я вижу, что ее маска сползает. Она удивлена, что я так много знаю. Она не думала, что он расскажет мне о своей маме. Ее глаза блуждают по моему лицу, на лбу появляется глубокая морщина. Могу сказать, что мои слова действительно задели ее.
Я не только показала, что не уважаю ее, но и дала понять, насколько Кольт мне доверяет. И я не уверена, что это было правильным поступком.