Син-Бин
Шрифт:
— И ты не смог найти ни минуты, чтобы сообщить мне об этом? — Мой голос дрожит, а слезы душат меня. — Даже когда я пришла рассказать тебе о своих новостях?
— Ты была так взволнована своей работой, своим букстаграмом, и я не хотел портить тебе этот момент. Я собирался сказать тебе раньше, но все было суматошно. С тех пор мы не проводили вместе больше двадцати минут…
— Уходи. — Пробормотала я, глядя ему прямо в глаза.
— Ава, пожалуйста…
— Уходи, мать твою.
— Детка, пожалуйста, это не мы. Давай поговорим…
— Это, блять, не мы, Колтон. Ты бросил меня, когда мне было страшно.
— Я хотел обеспечить свое будущее, чтобы заботиться о тебе. О нашем ребенке. Я хотел дать тебе ту жизнь, которую ты заслуживаешь.
— Мне ничего от тебя не нужно, Колтон. Я сама во всем разберусь. — Я вытираю свои злые, разочарованные и грустные слезы. Мне трудно дышать, зрение затуманивается, а сердце разрывается на тысячу кусочков. — Нет необходимости притворяться, что тебе не все равно, что тебе будет на меня наплевать, когда ты закончишь колледж и уедешь из штата. Ты можешь жить дальше, как будто нас никогда не было.
Он крепко сжимает челюсть. Его глубокие карие глаза грозовые, как ночная туча, готовая пролиться ливнем.
— У…ходи. — Заикаюсь я.
Он поворачивается, широко распахивает дверь и делает шаг вперед, глядя на меня через плечо.
— Мне все равно, что ты говоришь, Ава. Ты моя. И совсем скоро ты будешь гордо сверкать кольцом на пальце, чтобы весь гребаный мир, каждый человек на этой планете знал, что ты жена Колтона Томпсона.
Звук захлопнувшейся двери — это все, что я успеваю зафиксировать.
Я слишком ошеломлена, чтобы говорить, и слишком измучена. Опускаюсь на кровать, натягиваю одеяло на голову и закрываю глаза.
Лейла присоединяется ко мне через несколько минут, не говоря ни слова, не задавая вопросов. Она просто обхватывает меня и прижимает к себе. Это именно то, что мне сейчас нужно.
51.
Слово на букву «Л»
Лежа на спине на своей кровати, я смотрю в потолок. Не знаю, сколько я так лежу, но мне кажется, что целую вечность. Очень поганую и одинокую вечность. Без нее ничто не имеет смысла.
Я самый большой идиот в мире, раз позволил этому случиться, я заслуживаю ее гнева и ненависти. Принятие того, что я сделал с нами, не облегчает ситуацию.
Первый раз я попытался позвонить ей, когда садился в машину после приземления самолета в Мичигане. Я так хотел увидеть ее и поговорить о нашем будущем.
И тут же получил ее голосовую почту — это было хуже, чем холодный душ. Я пытался отправить ей сообщения, но они не доходили. Ее телефон был выключен.
По дороге домой я позвонил Клэю, он повел себя как друг и со мной, и с Авой. Он не стал вставать ни на чью сторону и объяснил мне, что я сделал не так.
Прости, парень. Когда она позвонила мне в четверг, я понятия не имел, что ты не рассказал ей о «Калифорния Тандерс». Держу пари, она была более чем недовольна.
Не думал, что ситуация может стать еще хуже, пока не переступил порог своей квартиры. От нее не осталось и следа. Все ее вещи исчезли, от этого у меня заныло сердце. Тяжесть от того, что я не рассказал ей о Сан-Хосе, мешала
Когда я постучал в дверь дома ее семьи, то почувствовал себя маленьким ребенком, который совершил что-то плохое и должен был предстать перед родителями. Честно ожидал, что Дакс выгонит меня, но он впустил меня. Он даже пригласил меня в гостиную, чтобы поговорить. Разочарование, которое я увидел в его глазах, было самым ужасным. Он верил в меня, а я его подвел.
Я объяснил, что произошло, и сказал, что готов на все ради его дочери. Дакс ничего не сказал, просто дал мне выговориться и выслушал меня.
Единственное, что он сказал, было следующее:
У Авы проблемы с доверием. Ты заставил ее поверить, что она тебе безразлична. Даже если на самом деле все не так, ты бросил ее, когда она была в очень уязвимом состоянии. Будет трудно заставить ее прислушаться к тебе.
Ее слова о том, что я должен уйти, разорвали мое сердце на две части. Ее мысли о том, что я брошу ее ради карьеры, ее слезы и то, какой несчастной она выглядела, добавили тяжести в мою грудь, и на мгновение мне показалось, что я задохнусь.
Я был уверен, что у меня есть все, чтобы поддержать ее, обеспечить наше совместное будущее, но она этого не знала. Она была уверена, что я испугался и сбежал, как трус, с ее точки зрения это определенно выглядело именно так.
Прозвенел будильник, я медленно встаю с кровати. Даже не могу представить, каким будет сегодняшний день. Честно говоря, я просто хочу ее увидеть. Мне нужен шанс объясниться.
Знаю, что мы со всем справимся, но только если она меня выслушает. Я никогда не планировал бросать ее. Она гораздо важнее для меня, чем она сама понимает.
Она — моя гребаная жизнь, и ей пора это понять.
То, что я держал свои чувства при себе, повредило нашим отношениям так же сильно, как и мое молчание о поездке в Сан-Хосе.
Я должен все исправить.
Это официально. Я чертов преследователь.
Я повсюду следовал за ней, стараясь быть как можно более незаметным. Либо у меня это хорошо получается, либо ей просто все равно, потому что она ни разу не признала моего присутствия.
Расслабленная и улыбчивая. Вот такая она сегодня, а я в полном замешательстве. Я напоминаю себе бомбу, готовую взорваться в любой момент, и это чертовски портит настроение.
И все же я контролирую себя, потому что иначе она никогда меня не послушает.
Выйдя из здания, смотрю на небо и хмурюсь еще больше. Будет дождь, а я его не люблю. Вероятность того, что Ава сядет в мою машину, чтобы мы могли поговорить, близка к нулю, я определенно не хочу, чтобы она попала под дождь.
Сбежав по лестнице, ускоряюсь и иду за ней. Она идет по направлению к своему общежитию, покачивая бедрами, напевая что-то себе под нос. Ава в своей стихии, и мое сердце замирает от счастья при одном только взгляде на нее. Это еще одно напоминание о том, какая она сильная девушка. Уверенная в себе и дерзкая, независимая и всегда готовая постоять за себя. С тех пор как я встретил ее, я стал однолюбом и уверен, что больше никого не полюблю.