Чтение онлайн

— Интересная пара, не правда ли? — прошептала Лоре-лея.

— Кто?

— Джереми и Хейли, конечно, хотя должна сказать, Джереми меня немного удивляет. Мне кажется, что ему больше подходит Памела. Гораздо больше, чем Хейли.

Стивен повернулся к ней.

— Вот как? В каком смысле? Раздался легкий смешок.

— Ну, ведь Хейли такая… не знаю, как поточнее выразиться. Такая долговязая и не похожа на леди. Памелу с большим основанием можно назвать молодой леди, но кажется, сердце ее кем-то уже занято. — Она устремила взгляд на Памелу и Маршалла, которые

беседовали, стоя у камина. — Если Джереми действительно заинтересовался Хейли, — продолжала Лорелея, — весьма глупо с ее стороны отвергнуть его ухаживания. Она довольно стара, и трудно представить себе, что за ней станет ухаживать кто-то

Она посмотрела на Стивена. — Вам известно, что Джереми и Хейли были когда-то… близки?

— Да, но у меня такое впечатление, что Попплепарт не хотел брать на себя заботы обо всей семье мисс Олбрайт. — «Этот человек — просто дурак», — сказал он про себя.

— Попплмор, — поправила его Лорелея. — Джереми мне поведал, что, поскольку Памела, вероятно, скоро выйдет замуж, а дети уже не такие маленькие, он уверен, что сумеет убедить Хейли время от времени поручать их заботам Памелы.

— Вот как, неужели? — спросил Стивен обманчиво спокойным голосом.

Если этот Поппледарт лелеет мысль о том, что Хейли откажется от своей семьи, значит, он еще глупее, чем поначалу показалось Стивену. Его охватило непреодолимое желание схватить этого мерзавца за шею и трясти его так, чтобы зубы застучали друг о друга. Но пока он размышлял об этом, вмешался надоедливый внутренний голос: «Пусть будет так. Она заслужила счастье, и если Попплепусс сможет сделать ее счастливой, не вмешивайся. Завтра ты уедешь из Холстеда. Ты никогда больше ее не увидишь. Не губи того, что может оказаться ее последним шансом».

Стивен глубоко вздохнул и заставил себя расслабиться, высвободиться из жарких тисков ревности, охватившей его при мысли о Хейли, принадлежащей другому. Она не принадлежит ему. И у него нет ни малейшего права запрещать ей быть с другим. Лучшее, что он может для нее сделать, — это подтолкнуть ее к Джереми. При мысли об этом сердце его заболело. И он понял, что вряд ли способен на такой поступок.

— Вам не трудно принести мне еще бокал вина? — спросила Лорелея хриплым голосом.

Стивен внимательно посмотрел на нее. Откровенный призыв читался в ее глазах. Лучший способ поощрить Хейли провести вечер с Поппледартом, — это найти себе занятие на стороне.

— Бокал вина? Разумеется.

И он направился туда, где стояли графины, довольный, что может отвлечься от своих мучительных раздумий.

Во время обеда вид у Хейли был довольный, она улыбалась, но внутри буквально кипела. Лорелея сидела во главе стола. Джереми располагался по правую руку от нее, а по левую — Стивен. Сидя рядом с Джереми, напротив Стивена, Хейли, мучительно страдая, смотрела, как Лорелея на протяжении всей трапезы отчаянно флиртует со Стивеном, улыбаясь ему глазами, прижимаясь к его плечу ложбинкой между грудей.

Но что еще больнее — Стивен тоже флиртовал с ней, Медленной, неотразимой улыбкой он скользил по Лорелее,

зеленые глаза оценивали ее пылким взглядом, от которого Хейли хотелось кричать.

Как ни пыталась она отрицать это, она ревновала. Безумно и яростно, позеленев от ярости. Всякий раз, когда гортанный смех Лорелеи достигал ее слуха, и всякий раз, когда хорошо знакомый рокот голоса Стивена обволакивал ее, Хейли охватывало желание запустить в них чем-нибудь. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой жалкой и неуместной среди людей.

В отчаянии она занялась Джереми, будучи не в состоянии слушать и смотреть на Стивена и Лорелею. Джереми же в течение всего обеда развлекал ее, ухаживал за ней и говорил комплименты. Хейли немного отвлеклась и поговорила с Маршаллом, но по другую руку от него сидела Памела, так что все внимание доктора было устремлено туда.

Хейли попробовала насладиться роскошной едой — жареными фазанами с горошком и сливками, разнообразной рыбой, но у всего ей чудился привкус пепла. Уязвленная до глубины души, она старалась поддерживать разговор с Джереми, но сердце ее в этом не принимало участия. Бросив взгляд через стол, она увидела, как Лорелея медленно провела кончиком пальца по рукаву Стивена. Он отозвался на этот жест, прикоснувшись своим бокалом к ее. Нет, сердце Хейли определенно не вставало биться.

Сердце ее рвалось на части.

После обеда в гостиной были устроены танцы. Пока все ели, слуги отодвинули мебель, и оркестр, состоявший из трех человек, расположился в углу этого просторного помещения.

Джереми протянул Хейли руку:

— Окажите мне честь, Хейли.

Хейли не хотелось танцевать. Ей хотелось домой. И хотелось сорвать с себя это проклятое платье и швырнуть в лицо негодяю, подарившему его.

Заставив себя улыбнуться, она ответила:

— Конечно.

Они танцевали кадриль, и, сосредоточившись на замысловатых фигурах, Хейли почти забыла о своем возмущении. Когда танец закончился, Джереми отошел, чтобы принести ей стаканчик пунша.

Хейли оглядела комнату. Заметив смеющихся Памелу и Маршалла, стоявших рядом с оркестром, Хейли даже улыбнулась. Лицо Памелы лучилось счастьем, и Хейли искренне порадовалась за сестру.

Но тут ее взгляд случайно обратился к французскому окну. И улыбка застыла на ее лице безжизненной маской — она увидела, как Стивен выскользнул в сад, а спустя мгновение, оглядев украдкой гостиную, следом за ним исчезла и Лорелея.

— С меня хватит, — прошептала Хейли.

Она была взбешена и едва могла говорить, а сердце болело так, что не давало вздохнуть. Она перешла в тот конец комнаты, где стояли Памела и Маршалл.

— Маршалл, для вас не составит труда отвезти сегодня Памелу домой? Я неважно себя чувствую и хочу попрощаться.

На лице Маршалла отразилось беспокойство.

— Вы немного бледны, — согласился он. — Нехорошо с желудком? Хотите, я дам вам попить?

Хейли отрицательно покачала головой — она должна уйти. Немедленно уйти.