Чтение онлайн

– - Мы уже говорили на эту тему. Я не отступлю. Между прочим, у меня все неплохо получается, и это уж гораздо интереснее, чем…

Я осеклась, но было уже поздно.

– - Интереснее, чем работать в Саду?

– - Я не это хотела сказать.

– - Не спорю, бегать с оружием под прицелом вражеского снайпера куда веселее, что уж тут говорить! Только я беспокоюсь не за настроение, а за твою жизнь! Как ты это не поймешь?

– - Артем, я…

– - Послушай, Ань, когда-то ты сама мне говорила, что Текландт чужд нам по определению. Помню, тогда я утверждал обратное. А сейчас мы как будто поменялись ролями.

Не знаю, что переубедило тебя, но…

– - Я и сейчас считаю Текландт чужим миром. Может, теперь я верю в это еще больше.

– - Тогда в чем дело? — Артем всплеснул руками и остановился, повернувшись ко мне лицом.

– - Мы живем в Каремсе уже почти семьдесят нермт. За это время я поняла одно — практически все живущие здесь лирены безлики. Они трудятся в разных сферах деятельности, немного отличаются внешне, но в остальном это клоны с одинаковыми потребностями, распорядком дня и интересами (точнее, их отсутствием). Они работают, чтобы работать, не понимая при этом, ради чего живут. Они, как винтики в часах, бесчувственны, тверды и точно исполняют возложенные на них функции. Они умеют мгновенно перемещаться в пространстве, но ближе друг к другу не становятся. Они научились консервировать время, но никак его не используют. Они так похожи на роботов. Но среди них есть исключения. И почти все они — в армии. Потому что, как ни парадоксально, там больше свободы. А без свободы нет личности.

– - Угу. Нет свободы — нет личности. Нет личности — нет человека. Нет человека — нет проблем.

– - Логично, — невольно улыбнувшись, кивнула я.

– - Дурное влияние окружения, — отмахнулся Артем. — Кстати, я тут заметил интересное явление.

– - Какое?

– - У Механиков нет чувства юмора.

– - Это ты верно заметил. Только, не поздновато ли?

– - Надежда умирает последней. Недавно я рассказал "коллеге" по работе старый анекдот про блох, ведущих дискуссию о вероятности жизни на других собаках. Мало того, что я полчаса объяснял этому идиоту, кто такие блохи и собаки, так еще и нарвался на оскорбление: "Ты что, пьяный? Как насекомые могут разговаривать на Транслите?" Вот тут девочка Надя и приказала долго жить. Больше я не рискую.

Какое-то время мы продолжили идти в полном молчании. Через пару минут Артем вновь остановился и внезапно стиснул меня в объятиях.

– - Может, все-таки останешься? Я ведь знаю, после "детского" задания пойдут "подростковые", "юношеские", а там уж и до "взрослых" недалеко.

– - Нет, все уже решено. Жребий брошен.

– - Ну, если Лэйкер допустит, что с тобой произойдет даже пустяковый несчастный случай, я ему голыми руками шею сверну.

– - Это будет весьма проблематично.

– - Ничего, русский человек еще и не с такими проблемами справлялся.

– - Контакт высокого приоритета! — Донеслось у меня из-под плаща.

Я взглянула на мигающий экран. Лэйкер?

– - Поздравляю, дир, вы будете жить долго.

– - Это почему? — Не понял мужчина.

– - Мы с Артемом только что тебя вспоминали.

– - И что?

– - Э-э-э, примета есть такая.

– - Что?

Я почувствовала себя полной дурой и решила сменить тему разговора.

– - Ты что-то хотел сказать?

– - Экстренный перенос времени начала операции на завтра.

– - На завтра?

– - Да, в 17.00 официальный

старт. В 13.00 собрание членов отряда.

– - А в чем причина изменений?

– - Оппозиция едва не взяла 61-М9 под контроль шестьдесят лимн назад. И на этом она, очевидно, останавливаться не собирается.

– - Есть какие-нибудь новые подробности? — Вздохнула я.

– - Да. Количество оппозиционеров — двести пятьдесят лирен вместо предполагаемых пятидесяти.

– - Сколько?! — Ахнула я.

– - Я невнятно произнес цифру двести пятьдесят? — Нахмурился Лэйкер.

– - Нет, скорее наоборот.

– - Тогда завтра будь в полной готовности. Кстати, Бойль все еще держит контроль над системами наблюдения.

Я бросила мимолетный взгляд на Артема. Тот демонстративно уставился в потолок пещеры, громко насвистывая какой-то задорный мотив.

– - Так что можешь передать другу, — продолжил Лэйкер, нехорошо улыбаясь. — Пусть рискнет.

– - До завтра, — я поспешила прервать контакт.

Ну и денек…

Между тем Артем, слегка наклонил голову набок и протянул:

– - Э-э-э, с каких пор, интересно, шестнадцать… лирен против двухсот пятидесяти вдруг стало соотношением для детского задания?

– - Ты забыл про то, что я теперь не просто лирен, а очень сильный лирен.

– - В первую очередь, Аня, ты человек.

Я ничего не ответила вслух. Но что-то нет у меня уж очень большой уверенности в своем "человеческом" происхождении.

Широкий перекресток когда-то шумных и многолюдных улиц тонул в густом мраке позднего вечера. Всегда слепяще-яркое солнце сейчас было много бледнее луны и, стыдливо прячась за горизонт, оно почти не рассеивало стремительно наступающую тьму. В длинных и неестественно резких тенях по обеим сторонам дорог ютились жуткие огрызки уже явно нежилых домов, кое-где валялись вывески и пластмассовые таблички с едва угадывающимися надписями на них. Сам воздух, почти осязаемый кожей, был, словно вода в речке с илистым дном, мутный и давящий. В этом кладбище цивилизации я с невероятным трудом, но все же узнала Москву…

Что такого могло произойти всего за месяц в Дамине, столько лет бывшем моим домом? Отчего небо тут болотно-зеленое? Что это за алые шары, лунами висящие над головой? И почему здесь никого нет?

– - Аня? Это ведь ты? — дрожащий голос раздался совсем рядом.

Полупрозрачная дымка воздуха словно раздвинулась, и мне навстречу вышла Юля, держа за руку какого-то парнишку. Оба были с ног до головы перепачканы грязью, перемешанной с чем-то темно-синим. И они… не отбрасывали тени.

– - Юля? Что здесь произошло?

– - Холодно, — просипел парнишка. — Мне холодно.

– - Потерпи, Миш. Сейчас разведем костер и согреемся, — девушка взъерошила пальцами вьющиеся волосы своего спутника и повернулась ко мне лицом. — Где же ты была Аня? Я уже и не надеялась снова с тобой встретиться. Надеюсь, ЭТО ВСЕ произошло не по твоей вине?

– - Я не понимаю, о чем ты? И вообще, что с тобой? Почему ты здесь? Что с городом? Где все? Откуда…

– - Ты задаешь слишком много вопросов, — Юля грустно улыбнулась и села прямо на асфальт. — А ведь ответы лежат у тебя перед глазами.