Сигареты и кофе

В литературной столовой почти всегда многолюдно. Приходят новые персонажи – разной степени проработанности. Появляются после перерыва известные и популярные старожилы, вызывая радостные возгласы. Кто-то месяцами слоняется без дела и пристаёт ко всем с пустыми разговорами, ожидая, пока у автора пройдёт писательский кризис или запой. А

некоторые просто сидят в углу и постепенно тают, забытые своими создателями.

Сегодняшнее утро выдалось исключительным. Аделаида остановилась на пороге и окинула взглядом столовую. Помещение было наполнено лишь тишиной и уютным солнечным светом. Да, в нескольких углах сидели смурные тени, но они были настолько привычны глазу, что уже не воспринимались как помеха.

Аделаида томно потянулась, поводя плечами и идеальной грудью четвёртого размера, неторопливо огладила живот и бёдра, затянутые в красное платье, и подиумной походкой направилась к кофеварке.

Однако не успела она сделать первый глоток своего любимого карамельного латте с двойными сливками, как на пороге столовой раздался болезненный стон, и в помещение, прихрамывая и жмурясь, зашёл молодой парень – блондин среднего роста.

Аделаида задумчиво макнула кончик языка в кофе, сделала лижущее движение и оглядела новоприбывшего с головы до ног. И с ног до головы. Поморщилась. Нет, он, конечно, очень симпатичный, даже несмотря на подчёркнуто офисные брюки и невыносимо тоскливый кашемировый джемпер, но вот это выражение страдания на лице… Ох!

Парень наконец-то дохромал до кофеварки, что-то там помудрил – и с новым громким стоном аккуратно опустился на соседнее с Аделаидой место. Женщина недоуменно приподняла чётко очерченную бровь. Парень, зажмурив один глаз в гримасе страдания, уставился на неё.

– Что?

Аделаида

провела языком по бордовым губам, втянула их и сделала эдакое «чмок», при этом парень следил за приключениями её губ с неподдельным интересом. Наконец она открыла рот и выдохнула:

– Мне кажется, за этим столом достаточно свободных мест.

Парень огляделся. Действительно, кроме них двоих за столом никого не было. Он вернул взгляд обратно на бордовые губы, влажно поблёскивающие в луче света, протянутом из окна к лицу Аделаиды наподобие света театрального софита.

– Ну и что? Я хочу сесть здесь.

Женщина улыбнулась как-то совершенно похабно, но в то же время чрезвычайно соблазнительно.

Парень нервно облизнулся и воскликнул:

– И вообще, я – гей!

Не меняя улыбки, Аделаида быстро сделала зубами «кусь» и протянула:

– Извини, малыш, но что-то я тебе не верю…

Парень демонстративно уставился в свою чашку.

– Просто я недавно… Ещё не привык. Как-то неожиданно получилось…

– Я прямо чувствую твоё желание, – на этих словах Аделаида снова по-кошачьи выгнулась, позволяя тонкой ткани платья обтянуть кружево бюстгальтера, и страстно вздохнула, – поговорить об этом.

Через минуту, решив, что пауза затянулась, она пальцем потянула парня за подбородок, заставляя поднять взгляд выше – к её глазам.

– Аа?

Женщина хмыкнула.

– Рассказывай, что там у твоего автора за внезапные повороты сюжета? И кстати, зажигалки не найдётся?

Конец ознакомительного фрагмента.