Сидхэ?

Сидхэ

Лоссаис стоял на вершине башни. В руках он держал прекрасный лук из черного дерева, сухожилий и роговых пластин - великолепное оружие для великолепного стрелка. Над головой сияла бледная царица ночи. Внизу на площади замерла огромная толпа. Сегодня в Лунном Дворце собралась вся знать лесов Мэль"ваари - представители Чёрных и Серых домов. Они стояли ровными рядами, тёмными и одноликими изваяниями, молча взирая на совет старейшин и приближённых

будущего короля. Когда из зева Башни Теней вышла высокая фигура, Лоссаис распрямился, вдохнул прохладный воздух и наложил стрелу на тетиву. Их разделяло около семисот футов - огромное расстояние для обычного лучника. Непреодолимое для его стрелы. Но не для Лоссаиса.

Он вскинул лук. Натянул тетиву, привычным движением проведя большим пальцем по скуле. Ощутил кожей мягкое и одновременно жесткое оперение. Выдохнул. Цель - едва различимая, не больше ногтя мизинца, фигура в окружении приближённых, ничего не подозревая, ожидала коронации. До торжественного момента оставалось совсем чуть-чуть.

– Прощай, - прошептал Лоссаис на выдохе, готовясь отпустить стрелу и убить короля.
– Ты заслужил свою участь...

***

– Лоссаис.

– Владыка.

– Подойди ко мне.

Король Вальтарисс стоял у окна, облачённый в чёрный кожаный плащ с отворотом из перьев ворона. Он был по-царски великолепен во всём: от антрацитового цвета кожи, юношеского тела и высокого роста, вплоть до серебристых волос и острых кончиков ушей. Король был истинным сидхэ, и Лоссаис знал, что является молодой копией своего отца. Но только внешне. Внутреннее наполнение разительно отличалось.

– В связи с поступком твоего брата мы оказались в тяжёлом положении, - произнёс Вальтарисс, не глядя на сына.
– Аталлиан. Мой маленький, добрый Аталлиан. Он не был одним из нас.

Лоссаис промолчал, вспоминая младшего брата. Тихий, незаметный, с добрыми глазами и вежливой улыбкой. На него возлагали большие надежды. Но отец прав - Аталлиан не был истинным сидхэ. Потому и сбежал, предпочтя смерть среди людей вдали от дома служению народу. Порой Лоссаису казалось, что он почти понимает поступок брата.

– Мы доверили ему Осколок, - продолжил отец.
– С его силой и врождённым даром он должен был привести нас к величию. К новой эпохе. Но твой брат избрал другой путь. Что ж, я не порицаю его выбор. Я порицаю себя... за недальновидность. Нельзя было доверять главную реликвию народа тому, кто не служил нашим целям. Скажи мне, Лоссаис - кому служишь ты?

– Владыке, народу и хозяину теней.

– В этом ты лучше своего брата. Знаешь, кому и как надо отвечать. Однако, что в твоём сердце? Готов ли ты служить своему племени, следуя тропою тени?

– Конечно, Владыка.

– Ты первая Тень от Тени моей. На тебя я возлагаю надежд даже больше, чем на Аталлиана, который унаследовал дар Моррэса. Ты должен стать моим преемником. Тем, кто поведёт народ к величию, после того, как меня не станет. Однако, пока что я не вижу в тебе дух сидхэ. Вернувшись из царства людей, ты словно растерялся.

Лоссаис

молчал, смотрел в пол, не смея поднять глаза. Отец видел его насквозь.

– Моя вторая Тень - Альвассар, на данный момент кажется мне лучшей кандидатурой в преемники, - продолжил король.
– Твой второй брат скор на выводы и бывает опрометчив, но в нём живёт наш дух истинного сидхэ. Он хочет вести свой народ к величию. Ну, а ты Лоссаис? Чего хочешь ты?

– Я желаю того же, чего и Владыка.

– Слова - пустые звуки, когда они не подкреплены действием. Я хочу отдать корону тебе, но я должен знать, что ты достоин. Ты, а не твой брат! Пускай в нём и живёт дух нашего народа, но Альвассар не готов править детьми Моррэса. И боюсь, никогда не будет готов. Понимаешь меня, Лоссаис? Ты желаешь стать великим сидхэ? Вести свой народ? Наставлять братьев и сестёр на истинный путь?

На этот раз Лоссаис дерзнул поднять взгляд.

– Всем сердцем!

– Хорошо, Тень от Тени моей. Я дам тебе такой шанс.

***

Народ, именуемый на языке людей теневыми эльфами, сами себя называющие Seadess"he, или коротко - сидхэ, с детства воспитывали в себе три главных добродетели - служение народу, воле богов и обязательство быть сильным. Ибо тот, кто слаб, не способен привести народ к величию. Привязанность - слабость. Эмоции - слабость. Добросердечие - втройне слабость. Главное - принцип. А принципы истинного сидхэ - сила, прозорливость и цель, которую следует достичь любым способом, перешагнув через каждого, кто дерзнёт встать на твоём пути.

Младший брат Лоссаиса не подходил ни под один из этих канонов. Сбежав вместе с главной реликвией сидхэ - Осколком Теней - он, сам того не ведая, пошатнул власть и авторитет своего отца, короля Вальтарисса, Главы Дома Чёрного Пламени, который правил народом последние два столетия. На верховную власть в лесах Мэль"ваари могли претендовать только Чёрные Дома. Серые удостаивались чести стать приближёнными к одному из них. Все остальные - раболепно служить во благо народа.

С тех пор, как Осколок был утерян младшим сыном Владыки, среди глав Чёрных Домов загуляли шепотки - а не ослаб ли Дом Пламени? Не слишком ли постарел Вальтарисс? Не разжалобила ли старость его сердце? Раз он даже не управился с сыновьями - сбежавшим от народа младшим, и старшим, который, порой, вёл себя, как подверженный слабостям человек! В королевстве назревал заговор с целью сместить правящий дом. Уже заключались союзы и плелись интриги. До открытого кровопролития оставалось недолго.

Обо всём этом Лоссаис размышлял, стоя на балконе Башни Теней. Далеко за стенами Лунного Дворца, простиралась его родина - леса Чёрной Листвы. Лоссаис с малых лет отличался сильными качествами - волевой, умный, амбициозный, искусный во владении оружием, умеющий вести за собой. Но также в нём жила слабость - он чувствовал чужую боль. Умел сопереживать. Возможно, из-за этого и сбежал Аталлиан после их разговора. Лоссаис до сих пор не мог простить себя. Он подвёл дом и отца. Его слабость сыграла с ним злую шутку. Однако, ведь где-то в глубине души он понимал поступок младшего брата. И старался придушить в себе это понимание.