Чтение онлайн

«Возможность поговорить с родным человеком после его смерти, попросить прощения, сказать, как любишь его — это Божий дар, — писал отец Влас на главной странице группы, — Миллионы людей на нашей Земле лишены его. Они вынуждены через всю свою жизнь нести крест невысказанных слов и невыполненных обещаний. Мы должны благодарить Бога за дарованное нам чудо. Как сказано в священном писании…»

Влада отвлек звонок мобильника. Все еще читая откровения виртуального проповедника, он поднес трубку к уху.

— Я тут сделал… то, что

ты просил, — в голосе сына явственно звучала неуверенность.

— И?

— И ничего.

— Это как?

— Не буду, пап, тебя грузить… Короче, этот комп пробить не возможно. Какой-то профи постарался. Надежно сработано.

Почти полминуты тишину нарушало только Женькино сопение. Влад думал.

— Пап?

— Я тут. Будь другом, попробуй проверить еще одного клоуна.

— Говори.

Объяснение, как найти отца Власа на «какаявстреча.ру», уложилось в десять секунд. Женька пообещал перезвонить утром.

Часы показывали без пятнадцати два, но спать не хотелось.

Владом завладел азарт.

Такое с ним случалось всего пару раз в жизни, когда он откапывал в куче новостного шлака настоящую Тему. И тогда весь остальной мир становился тусклым, словно смотришь на него сквозь кусок кальки. Влад тянул одну ниточку за другой, лихорадочно распутывая клубок событий, спал по три часа в сутки, ел на бегу и все время перебирал в уме пазлы фактов, пытаясь сложить их в логичную картину. Это было сладкое состояние одержимости. Влад давно убедил себя, что оно навсегда осталось для него в прошлом.

За окном проклюнулся рассвет, ознаменовав свое рождение птичьими трелями. На стол грациозно взлетела тяжелая кошачья туша.

— Сидишь?

— Сижу.

— Может, спать?

— Сам разберусь.

Взгляд случайно зацепился за фотографию Левы, возникшую в левом нижнем углу экрана. «Сейчас на сайте», — подмигнула она фиолетовой надписью. Над довольной физиономией Гирина появилась бегущая строка, которая почему-то называлась администрацией сайта «статус участника». Всего несколько слов из песни их с Левой юности: «Ах, Алиса, как бы нам встретится…»

Алиса?

Алиса!

Вытесненная на время информация ворвалась в сознание с грацией грузового состава. Ну, конечно, Седых говорил об Агаповой. Алисе Агаповой! И это послание Левы адресовано ему — Севке. Выходит, королева школьных дискотек играет важную роль во всей этой истории…

Влад схватился за телефон и набрал номер Пермяковой — наверняка, Ленка знает, как найти Агапову. Часы на нижней панели экрана сообщили, что московское время пять часов тридцать две минуты. Влад приготовился проглотить порцию заслуженных упреков.

Один, два, три, четыре, — отсчитывали гудки глубину утреннего сна. В воображение возникла тонкая женская рука, которая слепо ощупывает поверхность тумбочки рядом с кроватью, чтобы пришлепнуть назойливого жука.

— Влад! Влад! — В тишину квартиры ворвался треск телефонного эфира

вперемежку с ужасом, сквозившим в Ленкином голосе, — Помоги…

— Лена, где ты? Что с тобой?

— Кажется, я умерла…

Связь прервалась, оставив растерянного Влада перед погасшим монитором.

Дом спал. Зеленые металлические ворота были наглухо закрыты. Из-за высокого кирпичного забора не доносилось ни звука. Влад уже в десятый раз давил на кнопку домофона, но пока обитатели двухэтажного коттеджа с черепичной крышей и флюгером в виде силуэта таксы с задранным хвостом не подавали признаков жизни.

Может, там и нет никого? Может, Ленку с ее мужчинами украли какие-нибудь беглые зэки? Или рейдеры — вроде, у мужа был небольшой бизнес. Надели мешок на голову и отвезли в заброшенный карьер. Влад попытался вспомнить, есть ли в окрестностях заброшенные карьеры? Не вспомнил. Спросить было не у кого — телефон Пермяковой не уставал жаловаться, что «абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети».

Пришлось признаться себе: вторжение на частную собственность — пока единственный вариант в списке возможных действий. Он тихо выругался и пошел вдоль ограды из красного кирпича, пытаясь оценить ее высоту. Метров через десять ему попалась крепкая рябина, почти вплотную подступавшая к стене. Влад неловко вскарабкался по стволу, поминая недобрым словом тяжелые кулаки охранников Седого, облокотился о кирпич, затем осторожно перенес свое избитое тело на ограду. Поблагодарил судьбу за то, что паранойя хозяев не подсказала им посыпать ее битым стеклом или украсить колючей проволокой, и спрыгнул в голые кусты смородины.

Минут пять Влад лежал на освобожденной от грязного снега земле, прислушиваясь к гулу в голове, вызванному не самой мягкой посадкой. Наконец, когда он почувствовал, что джинсы и куртка уже достаточно намокли, встал в полный рост и решительно зашагал к крыльцу дома.

Аккуратная дорожка, выложенная цветной плиткой, привела его прямо к деревянным ступеням. Влад поднялся по ним, потянул за ручку двери и с облегчением вздохнул, узнав, что ему не придется осваивать профессию взломщика. Дверь была не заперта.

Он не раз удивлялся, сколько может сказать о доме его запах. Самый первый запах, который чувствуешь, едва переступив порог. Одни дома встречают гостя ощущением одиночества: ароматом увядших цветов, пустого холодильника, лежалого постельного белья и необжитых комнат. Другие — наполнены духом старости: запахом немощного тела, сердечных капель, поношенной одежды и старых фотоальбомов.

Этот дом пах счастьем.

Влад не смог бы объяснить, что рождало в нем такую уверенность. Может, густой аромат сосновых досок? Или едва заметный — апельсинов? Он постоял с минуту, наслаждаясь забытой атмосферой домашнего тепла, и шагнул в сумрачную глубину холла.