Шут
Шрифт:
— У Изелая есть жена и дети. Он сделал Елану своей рабыней. Я ходил к его дому, хотел поговорить с девушкой, но меня не пустили. У него не дом, а настоящая крепость.
Весной я случайно встретил ее на городском рынке, они вместе с еще одной женщиной покупали продукты. Мы успели немного поговорить, потом охранник заметил меня и прогнал. Ей там очень плохо.
Сейчас, когда Изелая больше нет, ее вообще со свету сживут, она там больше никому не нужна.
Гога совсем приуныл. Да уж, здорово я его развеселил.
С одной стороны, сейчас не самое удобное время заниматься штурмом укрепленного
Уже заехав на территорию поместья спросил:
— Так мы будем спасать твою родственницу?
Гога изумленно уставился на меня.
— Конечно, господин магистр, ее надо обязательно спасти. Я сейчас…
— Ну?
— Только я не знаю, как, — упавшим голосом закончил парень.
— Но спасти все же надо?
— Конечно, хозяин! — с надеждой воскликнул Гога.
— Тогда десять минут на перекур, оправиться и выезжаем на спасение красной девицы.
Помощник мой солдатский юмор не оценил. Просто не понял.
— Короче, жди меня здесь, я скоро.
Малинар молодец, как только я подъехал к дому, маг тут же вышел и помог спуститься с лошади.
— Как дела, Серж?
— Все спокойно, Ваша милость. Я послал мальчишку с кухни оповестить бывших работников. Буквально полчаса назад ушел последний, со всеми рассчитались. Все просили передать Вашей милости, что они очень благодарны, что про них не забыли и готовы вернуться в случае необходимости.
Может благодарны, может нет, надеюсь, что никто из них не будет гадить по-мелкому.
— Вы будете обедать, господин магистр? Время уж к вечеру.
— Нет Серж, мы с Джигитом пообедали в одном трактирчике. Скажите, а где сейчас тела людей, которым не повезло той ночью?
Несколько мгновений Малинар продирался к смыслу вопроса.
— Гм. Понял. Все лежат в леднике. Я как раз сегодня хотел спросить вас…
— Отвечаю. Всех, кроме Изелая, или передать родственникам, или похоронить за наш счет. Голову Изелая положите в мешок, минут через пятнадцать я его заберу. Сейчас забегу на кухню, надеюсь там есть молоко.
Потом мы с помощником опять поедем по делам, вернемся к ужину. На вас, Серж, охрана дома. Внимательно смотрите, чтобы посторонние не совали сюда свой нос. Вести о смене власти уже разлетелись по городу, могут найтись желающие урвать свой кусочек пирога.
Малинар молча кивнул головой.
В обеденном зале нас ждал остывший обед и неизменная Милена. Увидев меня, девушка всплеснула руками:
— Ваша милость, как же можно, уж сколько времени! Я сейчас все подготовлю.
— Милена, прошу тебя, не надо беспокоиться, мы с помощником пообедали в трактире.
— Ну, где ж это видано, чтоб Вашей милости в трактирах откушивать?! Там разве накормят? Может все-таки пообедаете? — с этими словами Милена шагнула вперед и оказалась в подозрительной близости от меня. Широко распахнутые глаза, румянец на щечках, чуть приоткрытые губки, даже пахнет от нее чем-то приятным.
Очень заманчиво, но это не ко мне. По крайней мере не сейчас.
— Милена, девочка, я признателен за твою заботу, спасибо. Понимаю тебя и не осуждаю. Но, к сожалению,
— Конечно, так он на меня и посмотрит. Кто он, и кто я. Служанка.
— Сегодня служанка, завтра не служанка, все может быть. Как раз накормите господина мага, он точно не обедал, остальное нашим людям и охране. А мне принесите сейчас кружку молока.
Выпил принесенное молоко и под усиленные вздохи Милены отковылял из зала. Бойкая девушка. Не успеешь оглянуться, а она уже твою постель заправляет. Вон, пусть Малинара окучивает.
На самом деле длительное воздержание уже превращалось в проблему и в несколько иных условиях я бы с удовольствием пообщался с Миленой. Наверное, я старомоден, консервативен, если хотите, но использовать зависимое положение девушки и тащить ее в кровать никогда не буду. Даже если она сама туда рвется. В этом смысле отношения с проституткой мне представляются более простыми и понятными.
И еще одно смешное обстоятельство. Я женат и не теряю надежды снова увидеть свою семью и спокойно смотреть в глаза жене. Пока не настолько все плохо, чтобы хвататься за первую встречную юбку.
У служебного входа в дом забрался на лошадь, Малинар привязал к седлу плотный мешок, и мы с Лаской потрусили к конюшне, где нас ждал суровый Джигит. Хотя время поджимало, не зайти к Марии я не мог.
Как она обрадовалась, душенька моя. Никогда не думал, что буду так относиться к обычной лошади. В старой жизни ближе, чем на метр и не подходил. А вот здесь угораздило. Я обнял ее за голову и стал шептать ей в ухо ласковые слова, а Маша уткнулась мне мордой в шею и так и стояла, слегка вздрагивая.
Пора. Выходя из конюшни, заметил дядьку Власа, зачем-то вытирающего глаз.
Дорогу до дома Изелая Гога знал, поэтому добрались довольно быстро. Неплохой домик отгрохал себе начальник охраны бывшего наместника. Каменный дом о двух этажах, окошки-бойницы, крыша из свежего теса. По сравнению с окружающими домишками прямо дом с Рублевки. Небольшая территория обнесена частоколом с выходящими на улицу крепкими воротами. Действительно, такая небольшая крепость.
Штурмовать мы ее не будем, зачем, зайдем через ворота как обычные люди. Подъехав к воротам, не спешиваясь, постучал рукояткой кинжала. Тут же открылось маленькое оконце в воротине и хмурая заросшая рожа окинула нас оценивающим взглядом.
— Чего надо?
— Хозяина позови.
— Нет его.
— Я знаю, что нет. Часть его у меня с собой, — я приподнял мешок, на котором уже стали проступать пятна крови. Зови другого хозяина.
Оконце захлопнулось.
Мы слезли с лошадей и привязали их к кольцам, которые были вбиты в бревна забора слева и справа от ворот.
— Гогон, ребята здесь не простые, поэтому предельное внимание, смотри по сторонам и чуть что включай защиту.
Прошло минут десять, и я уже прикидывал, как половчее вырезать гладиусом проход в воротах. Раздался скрип, одна из створок приоткрылась, и хмурый детина кивком головы пригласил внутрь.