Чтение онлайн

– Только свою попку перевязанную бантом.

– Шторм... – предупредила я.

– Ладно, ладно. Мы повеселимся, обещаю. Я рад, что ты едешь.

– А ты уверен, что не хочешь взять с собой ту сисястую?

Спросила я в шутку. У меня поднялось настроение и я уже предвкушала, что проведу завтрашний праздник не одна, сидя в депрессии. Когда я расскажу об этом Эми, она будет мной гордиться.

– Запомни то, что ты сказала сейчас, потому что, когда я завтра тебя отшлепаю, ты будешь знать за что.

Я уже пять раз переоделась. Продолжая

говорить себе, что это не свидание. Вообще-то, я не уверена, чем это было. Наконец-то я остановила свой выбор на джинсах, черных сапогах и белом кашемировом свитере с V-образным вырезом. Поверх свитера я накинула черный переливающийся шарф. Думаю, так у меня одновременно и повседневный и праздничный вид. Еще я надела серебряные серьги-кольца и ожерелье с черным камнем, которое обвивала проволока из белого золота, оно принадлежало еще моей маме.

До этого я позвонила Майклу и сказала, что все еще злюсь на него за Приложение А – браслет. У меня не прошло то дурное предчувствие по поводу этого дешевого браслета, но я не позволю этому испортить мой праздник. Я сказала Майклу, что собираюсь со Штормом на рождественский ужин к его бабушке, и, мне кажется, его это даже не задело. Не то, чтобы я хотела заставить его ревновать, но все же. Не знаю, волнует ли его вообще, с кем я провожу время, или он так помешан на Шторме, что ему даже нравится мысль, что я тусуюсь с одним из его музыкальных кумиров.

Шторм появился у меня на пороге ровно в десять утра. В руках он держал коробку в серебряной подарочной бумаге с красным бантом. Мне стало неловко, что я ничего ему не приготовила. Так неудобно, когда кто-то дарит тебе подарок, которого ты не ожидал получить, а тебе и нечего дать в ответ.

– Вау, ты потрясающе выглядишь, - сказал он, когда я открыла дверь, даже не пытаясь скрыть того, как его глаза прошлись по моему телу.

– Спасибо... ты тоже хорошо выглядишь.

И это было правдой. Невероятно хорошо. Волосы блестящие и волнистые ниспадали всего на несколько сантиметров ниже плеч. На нем была черная рубашка на пуговицах, выцветшие джинсы и черные мотоциклетные ботинки. На шее висела серебряная цепь с большим черным крестом и еще несколько браслетов из черной кожи и таких же серебряных. Неожиданно я почувствовала себя совсем скромницей рядом с ним. Как сейчас, так и тогда, от понимания, что знаменитость подкатывает ко мне, я не могу не задаться вопросом, что, черт возьми, он делает. Он же никогда не зависал с такой девушкой, как я.

Он протянул мне коробку.

– Открой ее до того, как мы поедем.

Я забрала ее у него, радостно улыбаясь, не в состоянии скрыть своего волнения. Интересно, что же он мне приготовил. Зная его, это будет что-то шутливое и сексуальное или неуместное.

– Ты, правда, не должен был этого делать… - сказала я ему.

Он улыбнулся мне, как маленький ребенок.

– Открой.

Мы присели на диван, и я аккуратно развернула подарок. Я хотела сохранить его. Скоро он будет лежать в коробке в моем шкафу, вместе со всем, что мне дорого, это маленькие воспоминания, которые я собираю. Развернув подарочную бумагу, я сняла крышку. Чем бы это ни было, оно было скрыто под папирусной бумагой.

Я отодвинула ее и достала то, что находилось под ней.

Святой Боже. Невероятно. Я осторожно перевернула его в руках и мое сердце просто воспарило. Я даже не могла подобрать слов, держа в руках этот удивительный подарок. Это снежный шар, а внутри крошечная миниатюра пикапа и двух людей, которые держатся за руки и собака, и все это в окружении деревьев. У маленького человечка были длинные волосы. Очевидно, Шторм заплатил какому-то талантливому парню, чтобы тот сделал это для меня.

– Я помню, ты говорила, что любишь снежные шары, - объяснил он. – Я подумал, будет круто, если в одном из таких будем мы.

Я держала шар между нами, наблюдая, как внутри снег падает на маленьких «НАС». Это настолько неожиданно и так мило. Мне захотелось забраться внутрь и вечно жить в этой милой сцене.

Я положила шар себе на колени и обняла Шторма.

– Он мне очень понравился. Спасибо тебе. Это один из лучших подарков, которые я когда-либо получала.

Мне не хотелось его отпускать. Я понимала, что слишком цепляюсь за него, но как же приятно быть в его объятиях.

Он обнимал меня так же крепко.

– Я рад, что тебе понравилось. Обычно я не так хорош в выборе подарков.

Я неохотно оторвалась от него:

– Он лучший, правда. Даже не могу передать тебе, как много это для меня значит, - я поцеловала его в щеку. – Я просто влюбилась в него.

Я встала, подошла к каминной полке и поставила на нее шар, рядом с маминым пряничным домиком.

– Он будет стоять у меня весь год, чтобы ты знал, - сказала я.

– Хорошо. Надеюсь в следующий раз, когда ты должна будешь позвонить мне, он напомнит тебе это сделать, - поддразнил он.

В ответ я только покачала головой и взяла свое пальто.

– Я звоню тебе, когда получается.

Он забрал у меня пальто, удерживая так, чтобы я надела его. А потом он обнял меня со спины, притягивая к своему телу, его перекрещенные руки обнимали меня чуть ниже плеч.

– А где мой бант? – прошептал он.

Инстинктивно мое тело прислонилось к нему.

– Ты обещал хорошо себя вести.

– Я соврал, - его губы были на моей шее, нежно целуя. – Я не знал, что ты будешь так очаровательно одета.

Небольшая щетина на его лице щекотала мою кожу.

– Скажи, что ты думала обо мне, - проговорил он, а его руки двинулись вниз, к моим бедрам, притягивая нижнюю часть моего тела ближе к себе.

– Мы пообещали больше такого не делать, Шторм.

Его губы были повсюду, они целовали, облизывали и посасывали мою шею. У меня голова пошла кругом, стирая границы между добром и злом, хорошей девочкой и плохой.

– Мне больше не нравится это обещание.

Его руки сильнее сжали мои ноги, медленно передвигаясь между ними, его губы переместились на мое плечо, а мой свитер сполз в сторону. Другой рукой он взял мой шарф и медленно обернул его вокруг моей шеи, слегка потянув, чтобы я откинула голову назад, на него. Из моего горла вырвался крошечный стон, я попыталась отстраниться, но он потянул сильнее, он не душил меня, но удерживал напротив своих губ.