Шоколадное убийство

Вячеслав Алёночкин был просто-таки воплощением жизненного успеха — высокий, широкоплечий, модно и со вкусом одетый молодой мужчина с приятным загорелым лицом и обаятельной улыбкой. Дорогой костюм, дорогие туфли, очень дорогие часы. Не хватало только инкрустированной бриллиантами таблички с победным лозунгом «Жизнь удалась!».

В настоящий момент все это великолепие, только что покинувшее эксклюзивный салон своего роскошного авто, неспешно двигалось пешком по Моховой в сторону Воздвиженки, принимая как дань восхищенно-тоскливые

женские и недобро-завистливые мужские взгляды.

Однако вопреки предположениям, которые могли строить на его счет многочисленные прохожие, направлялся Аленочкин не в шикарный офис, не в салон, торгующий лимузинами, и не в пафосный ресторан. И женщины, готовые по первому сигналу составить счастье этому фантастическому парню, и мужчины, желающие набить ему морду или как минимум наступить грязным ботинком на его безукоризненные туфли, сильно бы удивились, узнав, куда идет прекрасный незнакомец.

А шел Вячеслав Аленочкин в библиотеку. В Российскую государственную библиотеку, она же — Ленинка.

Слава Аленочкин не был здесь очень давно. Когда он был студентом геофака МГУ, то довольно часто пользовался услугами библиотеки, но последний раз входил в подъезд монументального здания, к созданию которого приложили руку известные архитекторы и скульпторы, на пятом курсе. Ему тогда потребовались дополнительные материалы для дипломной работы, а где было взять редкие, даже уникальные издания, на использовании которых настаивал дипломный руководитель, как не в Ленинке?

Поднявшись по стертым многими поколениями читателей ступенькам, Аленочкин оказался на знаменитой, неровно выложенной серыми плитками площадке. Вячеслав застал время, когда на этой площадке назначались романтические свидания, а на ступеньках люди с интеллигентными лицами делились информацией обо всем на свете, философствовали непризнанные гении и задумчиво размышляли о чем-то ученые, бьющиеся над разгадкой неведомых тайн. Здесь устраивали коллективные экспрессперекуры перед тем, как с головой погрузиться в океан знаний.

В настоящий же момент самые нижние ступени оккупировали бомжи и профессиональные нищие, отдыхающие перед плановым нашествием на богатый и щедрый к ним Новый Арбат. Выше, с неизменными пивными бутылками в руках, сидели и лежали неряшливые молодые люди, которых можно было заподозрить в чем угодно, только не в знакомстве с алфавитом.

Вячеслав не был человеком сентиментальным, ностальгия его не мучила, и жизнь он принимал такой, какой она была в настоящий момент, во всем ее многообразии. Однако увиденное его не порадовало, к тому же на ступеньках царила атмосфера вялой агрессии. Аленочкин почувствовал себя павлином, случайно приземлившимся на картофельное поле, где хозяйничает стая ворон.

Брезгливо поморщившись, он продолжил свой путь, перешагнув через чьи-то тощие волосатые ноги. Но прежде чем приступать к делам, Вячеслав решил уделить несколько минут памятнику, которого в годы его студенческой юности здесь не было. Раньше как-то случай не представлялся — пролетал мимо на машине, что там можно рассмотреть?

Памятник Аленочкина повеселил — с одного бока он удивительным образом напоминал Льва Толстого и лишь анфас оказывался Федором Михайловичем. Здесь же была и надпись, подтверждавшая — да, действительно Достоевский. К тому же великий писатель,

странно скособочившись, как бы сползал с постамента, напоминая неловко присевшего в господской гостиной дворника.

«В принципе, — подумал Аленочкин, — такую скульптуру можно к нам в офис заказать. Поставить в холле и назвать „Вызов в службу персонала для увольнения по возрасту“. Эта мысль подействовала на Вячеслава благотворно, настроив на рабочую волну. В конце концов, он же сюда не на экскурсию приехал, а по делу. По очень важному, срочному и, надо заметить, весьма необычному делу.

Быстро пройдя несложную процедуру оформления, он приятно удивился тому обстоятельству, что довольно консервативное библиотечное дело уверенно шагает в ногу со временем и старается соответствовать современным реалиям — новые технологии и все такое. Тебя фотографируют, тут же заносят в реестр читателей и выдают ламинированный пропуск. Очередей нет, повсюду световые табло — красота!

Наконец Аленочкин приблизился к заветной цели. Теперь предстояла очень серьезная работа — найти правильный источник информации, если он вообще существовал. Изучить, сопоставить факты и сделать выводы. Какие — другой вопрос, но Аленочкин верил в успех. Он ведь реалист и прагматик, иначе и не взялся бы за это дело. «История с какао не может быть случайностью, — твердил он себе, роясь в картотечных ящиках и тщательно изучая карточки. — Таких случайностей не бывает. Здесь чувствуется закономерность и логика, а раз так — я выясню, где тут собака зарыта».

Для начала Вячеслав решил пройтись по информационному океану неводом и составить максимально полный список существующей литературы о мексиканских индейцах — история, география, религия, фольклор, этнография. Затем, отсеяв откровенно ненужное, превратить список в шорт-лист и уже там пытаться обнаружить хоть крупицу истины.

Через два часа изнурительных поисков Аленочкин понял, что для составления более-менее полного списка ему потребуется день или два. А сколько займет просмотр всего этого богатства, Вячеслав старался даже не думать. Но решение было принято, и отступать он не собирался.

Если он на правильном пути, его усилия окупятся с лихвой. А это в бизнесе — главное.

Вячеслав Аленочкин, серьезный, успешный бизнесмен, кроме офиса и ресторанов появлявшийся лишь в гольф-клубе, стал прилежным посетителем одного из читальных залов Ленинки. Все текущие дела он взвалил на проверенного зама, оставив за собой лишь принятие окончательных решений по стратегическим и особо деликатным вопросам. Несколько следующих дней он провел в окружении стопок книг альбомов и брошюр о жизни, традициях и обычаях индейцев Мексики.

«Если бизнес накроется, смогу выступать с лекциями или работать экскурсоводом в музее этнографии», — веселился Аленочкин в конце очередного рабочего дня, проведенного за чтением специальной литературы. Женская часть коллектива заинтересованно поглядывала на диковинного посетителя, сильно выделявшегося на фоне традиционного читательского контингента. Однажды Вячеслав услышал фразочку, брошенную одной из девушек:

— А мужик-то, похоже, в шоколаде!

И едва не расхохотался — настолько близко это было к действительности.