Шипы смерти

Всем дамам, которые ищут загадочного пожилого парня.

Папа Маркетти здесь.

ШИПЫ СЕРИИ ОМЕРТА

Каждую книгу из серии «Шипы Омерты» можно читать отдельно, за исключением «Шипов похоти» и «Шипов любви» — истории Татьяны Николаевой.

ПРОЛОГ

ЭНРИКО

Прошлое

я

видел, как жизнь заканчивается прямо у меня на глазах.

Я видел это

так много раз раньше, что можно было бы подумать, что я уже оцепенел от этого. Но сейчас это тронуло меня до глубины души. До моих костей. И там поселился страх.

Страх, что я потеряю еще одного человека, которого люблю. Сначала это была моя мать. Потом мой отец. Теперь мой брат.

Паника на мгновение заморозила меня на месте и задушила, медленно, но верно.

«Это была засада. Нас ждало двадцать человек, — крикнул дядя.

Я подбежал к машине, украшенной пулевыми отверстиями, распахнул дверь и вытащил обвалившееся тело брата. Он был такого же размера, как и я. Вот только его лицо, так похожее на мое, теперь было смертельно бледным.

Его тело растянулось на траве и быстро покраснело. Поскольку виноградники предоставили нам убежище, я разорвал рубашку брата и прислушался к ударам его сердца.

Пока я ждал признаков жизни, мир двигался медленно, но все же слишком быстро. Когда этого не произошло, я бросился делать искусственное дыхание.

Один. Два. Три. Дышать.

Один. Два. Три. Дышать.

Повторить. Чертов повтор. Столько раз, сколько потребовалось, чтобы вернуть его к жизни. Я снова нащупал пульс, и он был там, такой слабый и неустойчивый, что я почти промахнулся.

Я вздохнул с облегчением.

В ушах гудел адреналин. Моё сердце грохотало от страха.

Мануэль и еще одна тень задержались позади меня, закрывая нас из виду.

«Он не выживет». Я узнал голос Кингстона. «Этот порез на животе и пуля в груди… Не стоит пытаться его спасти. Слишком поздно."

Я покачал головой, мои руки были в крови. Скоро они промокнут в нем.

Мой брат лежал на мягкой земле, как сломанный лист. Голоса моих людей стали ближе, и Мануэль рявкнул приказы, отправив всю охрану к главным воротам поместья. Они позаботятся о том, чтобы больше никого не убили сегодня вечером.

Я схватил холодную руку брата. — Не умирай, блядь, — крикнул я. Если бы я имел право голоса, он бы остался жив. Для семьи . «Просыпайся, черт возьми!»

Его веки распахнулись. "Вы знаете, что делать." Его слова были хриплыми, каждое из них было бесполезной борьбой.

Это были его последние слова, и мое сердце облилось кровью, когда я увидел, как погас свет в его глазах. Но чертов мир продолжал вращаться. Волны продолжали биться о берег, высоко в небе кричали чайки, празднуя свою свободу.

Каким-то образом я, черт возьми, знал, что мы окажемся здесь. Его импульсивность, чувство собственного достоинства и непобедимости… они все время были его проклятием. Я просто надеялся, что это произойдет гораздо позже.

— Ты понимаешь, что он имеет в виду, не так ли, нипоте ?

Мануэль обычно использовал это слово «племянник» , когда дела были плохи или когда он хотел меня рассердить. На этот раз последнее было не так. Когда его рука легла мне на плечо, мое сердце сжалось.

Я знал, что он имел в виду. Бремя стало моим, и оно превратило мое сердце в камень.

Может быть, именно в тот день я потерял себя и стал одним целым с шипами смерти.

ОДИН

ИСЛА

Подарок

я

поймал его взгляд на мне еще до начала шоу.

Темные глаза. В его угольно-черных волосах было немного серебра. Тонкий слой щетины. И призрак улыбки, которая может поставить тебя на колени.

Воздух заполнил мои легкие, когда я почувствовала его взгляд на себе, словно прохладный ветерок на моей разгоряченной коже. Обычно мужчины — по крайней мере, из моей сферы — наблюдали за мной с единственной целью. Затащить меня в постель и похвастаться этим перед своими коллегами-симфонистами. Я никогда не мог точно определить, что привлекло ко мне их взгляды. Были ли это нетрадиционные, яркие платья, которые я носила, пока играла на скрипке? Прожектор, который я получил, находясь на сцене? Или, может быть, я просто позволил себе почувствовать музыку.

Но этот парень посмотрел на меня так, будто хотел меня поглотить. Поглоти меня. Владей мной.

И я бы позволил ему.

Термин «горячий папочка» никогда не имел смысла до этого самого момента. Он был старше, но определенно не старый . Может быть, вдвое старше меня, если мне пришлось догадываться.

Я глубоко вдохнул, но кислорода не хватило, чтобы ослабить узел в груди. Его черные глаза прожигали меня, скользя по моему телу и изучая каждый мой изгиб. Понравилось ли ему то, что он увидел? Боже, я надеялся на это.

Меня пронзило возбуждение, от которого по спине пробежала дрожь. Мне следует отвернуться. Мне следует повернуться к нему спиной. Но я этого не сделал.

Вместо этого, с грохотом в сердце и волнением, пробегающим по моим венам, я послала ему воздушный поцелуй и игриво подмигнула. Какого черта? Мы живем только один раз.

— Исла, ты готова?

Голос Афины отвлек мое внимание от незнакомца. Я обернулся и обнаружил, что она смотрит на меня вместе с Фениксом.

"Готов для чего?" — спросил я в замешательстве.

«Мы договорились, что ты поиграешь до начала показа мод Рейны», — пробормотала она. «Клянусь, все сходят с ума». Я не успел ответить, потому что она продолжала разглагольствовать. «Я знаю, что у меня хорошие организаторские способности, но самое меньшее, что вы можете сделать, — это следовать указаниям».

Я прикусил внутреннюю часть щеки. Афина была помешана на контроле. Она ненавидела дезорганизацию. И нарушенный график довел ее до крайности, но для всех нас это сработало, потому что остальная часть нашей группы была в беспорядке. Ну, кроме Рейны.