Чтение онлайн

В его глазах стояли слезы, и девушка вспыхнула, опуская взгляд:

– Ты прав, конечно же. Тысячу раз прав. Мы отправляемся немедленно.

– Уже темнеет, а это небезопасно. Мы отправимся рано утром. И видит Бог, найдем Маркуса.

– Хорошо, – примирительно сказала она. – Значит, отправляемся в Дармон. А затем, – она развернулась, бросив взгляд в сторону маяка. – Ты говорил, что выяснишь, где сейчас сэр Макдилан.

– Да, Ви, я знаю, где он.

Девушка молниеносно обернулась.

– Тогда почему ты не сказал сразу?

– Потому что… – Луис замолчал, сжав зубы.

– Луис?

Мы же договорились.

– Он сказал, если мы туда отправимся, то я…

– Ну же, ну!

– Тогда я потеряю тебя, – Луис выдохнул и тяжело опустился на диван. Кажется силы оставили его, он устало таращился на циферблат часов над камином и молчал.

– Эй, – прошептала девушка, беря его за руку. – Ты не потеряешь меня, слышишь? Я ведь обещала приглядывать за тобой, чтобы ты не натворил бед. К тому же, кто будет спасать меня от разбушевавшегося ливня и крикливых ворон, облюбовавших «Спящую черепаху»?

Он грустно улыбнулся, притягивая ее к себе. Вайлет удобно устроилась на широкой груди и закрыла глаза.

– Мы не можем потерять друг друга, не можем, – прошептала она.

Тихий шелест пожелтевшей листвы убаюкивал, размеренный звук часов больше не опустошал, а потрескивания огня в камине уводило в другой мир. Туда, где еще жили краски, и голубая заводь, словно гладкое зеркало, отражала тяжелые лапы елей и семейство оленей, пришедших на водопой.

– Это будет наша с тобой голубая лагуна, Фея, – прошептал любимый голос. Она вздохнула его запах и зажмурилась. – Только ты и я. Всегда.

– Ты обещаешь, что не оставишь меня?

– Конечно, Фея. Это равносильно смерти, что еще может быть ужаснее разлуки.

– Мне страшно из-за того, что я никогда не смогу тебя увидеть.

– Ты увидишь. Посмотри на противоположный берег. Посмотри, как олень настороженно прислушивается к шуму леса, всматриваясь в темноту позади, охраняя свою семью. Посмотри на решимость в его глазах идти до конца, чтобы защитить их, на любовь, на веру в свои силы. Прислушайся к шепоту ветра, подставь лицо навстречу нежным прикосновениям, вдохни аромат цветов и свежесть реки. Закрой глаза и запомни эту картину. Когда ты ощутишь пустоту и тоску в сердце, вспомни об этом. Достань открытку из глубины воспоминаний, и поверь в ее силу. Почувствуй мое присутствие, мою любовь.

– Джек, не уходи!

– Я не ухожу.

– Тогда, где ты?

– Везде! В аромате трав, дыхании океана, даже в том лепестке лилии, что я принес тебе ночью, и который глупый ветер спрятал под твоим диванчиком. Я везде!

– Джек я так тебя люблю!

Шум разбитого стекла прогнал сон. Вайлет вздрогнула и испуганно открыла глаза. Шея затекла. Она попыталась подняться, но сильные руки прижали к себе.

– Ничего страшного. Ваза. – Прохрипел Луис, с восхищением разглядывая раскрасневшееся во сне лицо.

– Я уснула.

– Ничего.

Вайлет посмотрел на журнальный столик, на котором стояла высокая фарфоровая ваза. Сотни мелких осколков разлетелись по комнате, усыпав полированную поверхность стола.

– Что произошло?

– Не знаю. Ваза просто разлетелась на кусочки, будто взорвалась изнутри, – он пожал плечами.

Вайлет поднялась, недоуменно разглядывая разноцветные глиняные

куски.

– Долго я спала?

– Наверное, часа два, – прошептал Луис, сдвинув брови, заметив, что она снова бросает взгляд в сторону маяка: безжизненного и одинокого.

– Мне снился прекрасный сон.

– Знаю, ты улыбалась и… – он замолчал и отвернулся.

Вайлет на негнущихся ногах прошла к диванчику и опустилась на колени. Луис удивленно поднял брови, когда она заглянула под днище и принялась шарить по полу руками. Девушка поднялась, и он увидел в руках старую открытку.

Губы дрожали, когда она всматривалась в прекрасного юношу с темными волосами и крыльями за спиной, протягивающего руку к надгробью.

– Что это?

– Теперь я точно знаю, что мне ничего не привиделось, – она взволнованно вздохнула. – Старик Хеслер подарил эту открытку – миниатюрная копия фрески Караваджо. Я совсем забыла о ней, но слова Катано напомнили об этом, когда он сказал о просящих прощения. Ведь Гаред рассказывал, что на открытке изображен низвергнутый Аниил, покровитель неприкаянных душ, ищущих прощения. Я безнадежно искала ее весь день, и почти уверилась, что ты был прав относительно маяка, но теперь…

– Ты уверена, что эта та самая открытка? – Он протянул руку, чтобы взять ее.

– Посмотри… посмотри, что написано на надгробье, – вскрикнула она. – Как же я раньше не заметила?

– Апакатика, – с трудом разобрал Луис, его рука дрогнула.

– Апакатика, – прошептала Вайлет и покачнулась, теряя сознание.

9

Всю дорогу Луис молчал, бросая обеспокоенные взгляды на Вайлет, которая, отвернувшись к окну, на всем протяжении пути, а они ехали уже второй час, не посмотрела в его сторону ни разу. Форд мягко скользил по гладкой, как зеркальная поверхность, дороге. Стройные ряды буро-желтых деревьев мелькали за окном, а далеко впереди в безоблачном небе, словно раскаленная лампочка, висел диск солнца. Не за горами сезон дождей, небо спрячется за тяжелыми тучами, а солнечный свет станет скупым и холодным.

Прекрасный пейзаж за окном не завораживал. Девушка размышляла о предстоящей встрече с Маркусом.

– Ви, ты в порядке? – Наиглупейший вопрос, но он должен спросить, иначе не выдержит пугающей решимости в зеленых глазах и дерзкого упрямства в уголках красивых губ.

– В полном.

– Тогда, может, скажешь, о чем думаешь?

– О том, как убедить тебя подождать в номере, пока я буду беседовать с Маркусом.

– Мы это уже обсуждали. Этот тип может оказаться кем угодно, и я больше не допущу. Я больше не оставлю тебя без защиты, – Луис неодобрительно засопел. – Или со мной, или никак, – бросил он. – Ты должна принять это или…

Руки, сжимающие руль, дрогнули. Машина резко вильнула влево, колеса протестующе скрипнули, когда он слишком резко нажал на тормоз.

– Прости, – прохрипел парень. – Я задумался. – Он со всей силы сжал зубы, так что они заскрипели.

«Ты должен принять это или уйти», – так всегда говорил Джек. Фраза оживила воспоминание, вслед за которой пришла боль и чувство вины. Он виноват, что не успел. Он виноват, что вовремя не появился возле «Красного озера». Он виноват, что Джек сорвался вниз.