Чтение онлайн

– Работа вас ждет нелегкая, но почетная, – сказал ему Шелепин.

Сташинский стоял на своем. Он доказывал, что его невеста будет таким же верным комитету человеком, как и он сам.

Доброжелательно настроенный Шелепин сдался.

Сташинскому позволили вернуться в Восточный Берлин, чтобы забрать Инге Поль. Когда Богдан Сташинский признался невесте, что он на самом деле не немец, а сотрудник советской разведки, она восприняла это совсем не так, как он ожидал, – предложила вместе бежать на Запад. Сташинский не хотел:

– Мне предстоит учеба. После этого они пошлют нас на

Запад. Тогда мы и решим, что нам делать.

23 апреля 1960 года они поженились – сначала зарегистрировали отношения, а потом обвенчались в церкви. В представительстве КГБ в ГДР затею с венчанием не одобрили, но Сташинский настоял на своем – он должен вести себя как настоящий немец.

В мае с документами на имя супругов Крыловых они приехали в Москву на инструктаж и переподготовку. Поселили их в служебной квартире, которая прослушивалась, и Сташинский это обнаружил. Он пожаловался своему начальству, чего делать не следовало – чекист обязан понимать необходимость контроля и проверок. Начальство и без того было весьма разочаровано: герой-ликвидатор оказался вовсе не таким надежным и исполнительным чекистом, каким казался.

Когда Инге забеременела, Сташинский, как положено, доложил начальству, что в семействе ожидается пополнение.

– Вам придется сделать аборт или оставить ребенка в детском доме, – категорично заявил его куратор. – Ребенок вам будет мешать.

Богдан и Инге были в отчаянии. Инге сказала, что поедет рожать домой и тогда их ребенок станет гражданином ГДР.

– Когда ты родишь, то напишешь личное письмо Шелепину, – сказал ей Сташинский. – Он нам не откажет, он разрешит мне поехать к тебе. Тогда мы уйдем на Запад втроем.

КГБ разрешил Инге поехать на родину. 31 марта 1961 года она родила мальчика. Его назвали Петером. Вытащить мужа из Советского Союза Инге не смогла. Она решила вернуться к Богдану. Накануне ее отъезда произошло несчастье: ребенок заболел и умер.

В полном отчаянии она позвонила мужу:

– Петер мертв! Ты должен приехать!

Сташинский попросил, чтобы ему разрешили поехать в ГДР на похороны сына – в такую трагическую минуту он не может оставить жену одну. В ГДР они с женой должны были обязательно ночевать на объекте КГБ в Карлсхорсте. Если он куда-то отлучался, то обязан был предупреждать начальство. За ним следили. Тем не менее Богдан и Инге решили бежать.

12 августа, в субботу, чекисты отвезли Сташинского в дом тестя. Несколько часов семья провела в приготовлениях к похоронам мальчика, назначенным на следующий день. После обеда Богдан и Инге вышли из дома через черный ход и несколько километров до ближайшего города прошли пешком. Там взяли такси и доехали до Восточного Берлина. Сменили машину и добрались до вокзала. Из одного сектора Берлина еще можно было перейти в другой. Восточногерманская полиция даже не проверила у них документов. Вечером они были в Западном Берлине.

Богдан Сташинский обо всем рассказал западногерманской полиции. Он вовремя бежал. На следующий день, 13 августа, появилась стена, надолго отделившая Восточный Берлин от Западного.

Сташинского судил Федеральный суд в Карлсруэ, приговорили его к восьми годам тюремного заключения как исполнителя.

А организатором убийства суд назвал председателя КГБ Александра Шелепина. Эта история впоследствии станет поводом для того, чтобы убрать Александра Николаевича из политики.

Владимир Семичастный рассказывал мне:

– Я говорил потом Шелепину: «Зачем ты его отпустил?» Вот вам и «железный Шурик»…

В 1966 году Сташинский вышел из тюрьмы. Ему и его жене дали новые документы, и они исчезли. После скандала с убийством Бандеры Москва решила подобные акции проводить только в самом крайнем случае.

Вопрос о том, занимается ли КГБ террором за пределами страны, вновь возник 22 ноября 1963 года в четырнадцать часов тридцать две минуты, когда телетайпы информационных агентств отстучали сообщение: президент Соединенных Штатов Америки Джон Фицджеральд Кеннеди скончался в больнице. В президента стреляли в городе Далласе, ранение оказалось смертельным.

Советских руководителей охватила настоящая паника. Они не могли понять: каким образом удалось застрелить президента великой державы? Разве у него нет охраны? Или, может быть, американский президент пал жертвой заговора, в котором участвовала и его личная охрана? И не означает ли это в таком случае, что в Соединенных Штатах произошел государственный переворот и страна будет проводить новую внешнюю политику? Американцы объявили, что по обвинению в убийстве Кеннеди арестован Ли Харви Освальд. Федеральное бюро расследований не может не знать, что Освальд несколько лет жил в Советском Союзе. Значит, американцы решат, что убийца Кеннеди действовал по заданию Москвы…

Помощник Хрущева по международным делам Олег Александрович Трояновский позвонил председателю КГБ Владимиру Ефимовичу Семичастному, сменившему на Лубянке Шелепина, и попросил навести справки. В тот же день Трояновский доложил Хрущеву: в КГБ уверяют, что у них не было контактов с Освальдом. По приказу Семичастного в КГБ срочно подняли из архива дело Освальда.

Ли Харви Освальд родился 18 октября 1939 года в Новом Орлеане, через две недели после смерти его отца, работавшего в страховой компании. Его мать не могла растить троих сыновей. Старшие братья Ли Харви воспитывались в детском доме и пошли на военную службу в семнадцать лет. 18 октября 1956 года Ли исполнилось семнадцать лет, и он сразу подал заявление с просьбой призвать его на военную службу в морскую пехоту. Он захотел стать оператором радиолокационной станции. Вторая военная специальность – снайпер. Он добился неплохих результатов в стрельбе, потому что с детства любил охоту и оружие.

Освальд служил на военной базе Ацуги на территории Японии. Он проучился в школе только девять классов, что ограничивало его карьерные возможности в армии, а Ли Харви считал себя недооцененным.

2 ноября 1958 года он покинул Японию. После месячного отпуска приступил к исполнению служебных обязанностей на военно-воздушной базе в Санта-Ана в Калифорнии. Неожиданно увлекся изучением русского языка и стал отвечать по-русски «да» или «нет» на вопросы сослуживцев. Те придумали ему кличку «Освальдович» и в шутку называли «советским шпионом». Одновременно он изучал и испанский язык.