Шантаж

– Ты должен что-то сделать! Ты же мужчина?!– после такого резкого аргумента я словно пришел в себя. Красотка продолжала нервно карить себя за недоразумение в виде меня. Мда, мы влипли, оба.

Яна, новая преподша, окончившая аспирантуру, со своими выдающимися знаниями четвёртого размера свела меня с ума с первой нашей встречи. Наши отношения были запретными, я всего лишь ее студент, и от этого адреналин еще больше повредил мой малость безбашенный мозг.

Я не привык получать отказы и поэтому весь третий семестр преследовал преподшу, заваливал

доставками подарков, устранял конкурентов в клубе(а туда оказывается молоденькие учителя тоже ходят).

И вот зимой красавица Яна сдалась. У нас все случилось.

Мне показалось этого мало и я захотел воплотить свои фантазии на кафедре экономического факультета.

Но какой-то черт нас заснял. Когда мы почти закончили, этот упырь выполз из-подо парты, выбежал с противоположной стороны ряда, и пока я прятал достоинство, а Яна растерянно хлопала глазами, выскочил наружу.

А сегодня мне в тачку подкинули фотки с нашей встречи, с требованием получить выкуп. Иначе видео и фото сольют в сеть на весьма популярный сайт, и на сайт вуза в том числе.

Можно было бы забить, со всеми случаются промахи. Все мы люди со своими потребностями. Но Яна...

– Меня с таким позором уволят. Я потом нигде нормально работать не смогу, -она запустила пальцы в волосы, постанывая от безвыходности ситуации.

– Может я матери скажу. У нее подходящие люди есть, чтоб проблемы решать, -я приобнял ее, намекая забыть о проблеме и заняться чем-то более приятным.

– Дэн, ты дурак?
– подняла она заплаканное, очень смешное лицо.

– А чего? Я тему предлагаю.

– Как ты себе это представляешь? Мам, привет. Я тут с преподшей переспал и нас засняли, а теперь грозятся в инет выложить. У тебя мама судья. Ты представляешь масштаб трагедии?

– По-моему, это ты делаешь трагедию.

– На кону моя репутация. И твоей семьи, между прочим. А если у нас все серьезно завяжется с тобой. Как я в глаза матери твоей смотреть буду?
– она выжидательно посмотрела на меня.
– Или я для тебя просто развлечение?

– Я не заглядывал так далеко, -честно, но с иронией ответил я.

– Ясно. Иди Жаров, два тебе.

– Смысле?

– Не прошел тест на мужчину, -Яна встала и начала демонстративно складывать свои вещи в сумку.
– Лучше сейчас уволюсь по собственному. И в деревню уеду. Продавщицей устроюсь.

– Да хватит тебе психовать, -остановил ее, схватив за руки.
– Что ты предлагаешь?

– Заплати им. Это не такая уж большая сумма для тебя. Но в письме же написано, что все файлы передадут тебе.

– Ты наивная такая, -я не был жмотом, но прекрасно понимал, что таким может оказаться наш папарацци. Заплатим один раз, где гарантии, что он не потребует больше.

– Если что-то пойдет не так, воспользуемся твоим планом, -Яну внезапно прорвало на нежности и она буквально накинулась

на меня, так что пришлось притормозить.

– Лучше переместимся ко мне, -предложил я.

Алиса

Вернувшись с больницы, я прошла мимо двери собственной квартиры, к соседке. Воспоминания о той ужасной ночи не давали мне спокойно спать у себя. Кухня, прихожка, гостиная буквально провоняли запахом спиртным. А комната маленького Егора напивалась энергетикой ужаса, детского страха, криков...

Мольбы и просьбы одуматься никак не подействовали на пьяного рассерженного человека, который по нелепой случайности судьбы был моим отцом, и отчимом Егорки. В ту злосчастную ночь отец, подначенный тупыми пьяными собутыльниками, решил избавиться от лишнего рта. Наглядного свидетельства измены нашей мамы. Вот только ребенок в чем виноват? Большей жестокости я прежде не видела.

И не хочу.

Матери не стало два года назад. Все покатилось по наклонной, потому что единственного кормильца больше не было и с тех пор отец запил больше прежнего, огрызаясь на трехлетнего ребенка, которого он когда-то принял. Все заботы о семье легли на мои плечи.

Я ночую у подруги, моей соседки, которой квартира в нашем скворечнике досталась от бабушки. Раньше Ляля часто навещала ее, приносила мне свои вещи, которые я, как ребенок не избалованный, с благодарностью принимала. У меня впервые за все время появилась возможность пощеголять перед одноклассницами в новых шмотках. Хотя я очень быстро поняла что лишнее внимание не для меня. Мальчики набивались проводить меня, но увидев где я живу, теряли интерес, пускали слухи, что за нарядным фасадом только пошарпанная коммуналка, куда ни гостей пригласить, ни развлечься.

Все могло бы измениться в универе. Но я так и осталась никому не интересной мышью, все потому что самой не хотелось разочаровываться. Я продолжала жить дома, а не в общаге, из-за маленького Егора, которого нужно было водить в садик, а возвращаться с другого конца города для этого, потом бежать на пары, было не целесообразно.

По ночам я ходила в соседний дом, мыла подъезды, а летом поступлением умудрись поработать официанткой на набережной.

Когда все это случилось, Ляля приехала на квартиру к бабушке, которая давно уже простаивала после последних жильцов. Подруга собиралась сделать небольшой ремонт, придать вид.

– И продать ее к чертям собачьим, -Ляля оптимистично улыбнулась. Я же, уложив Егорку спать и закончив с конспектами, с удовольствием заглянула к ней на чашку чая.

– Короче, я тут кое-что собрала, -она указала на коробку доверху набитой вещами.

– Ты же знаешь, я не могу это надеть в универ.

Не потому что самоуважение не позволяло, а как раз наоборот. Ляля, она же Яна, преподавала у нас эконометрику. Лялей я звала ее потому что в первую нашу встречу она была похожа на фарфоровую куколку, с длинными блестящими волосами, блестящими губками, нарядная, и невероятно красивая.