Чтение онлайн

Незнакомец опешил.

– Да ты что, спятил? – прошипел, наконец, голос.

– Нет, – мистер Наткин был серьезно настроен. – Но если вы будете настаивать на своем, могут последовать неприятности.

– Слушай меня, упрямец! – раздраженно ответили ему. – Или ты будешь делать, как тебе говорят, или я пошлю эти фото твоей жене и боссу просто так, шутки ради.

Мистер Наткин тяжело вздохнул.

– Именно этого я и боялся… Ну что ж, продолжайте, я слушаю…

– Завтра во время ланча возьмешь такси до Альберт-Бридж-роу. Повернешь к Бэттерси-парку, остановишься

и по Западному проезду пойдешь к реке. На полпути свернешь в Центральный проезд. Пройдешь еще половину дороги до двух скамеек. В это время года народу там не бывает. Деньги положишь в пакет из плотной бумаги и оставишь под первой скамейкой. Потом, не задерживаясь, пойдешь в другой конец парка. Все понял?

– Да, понял, – кивнул мистер Наткин.

– Отлично, – сказал мужской голос. – И последнее. За тобой будут следить, как только ты войдешь в парк. За пакетом тоже. Полицейские тебе не помогут. Я-то твою личность знаю, а ты меня нет. Если мы заметим что-либо подозрительное – тут же скроемся. Ты знаешь, что будет после, не правда ли, Наткин?

– Да, – ответил мистер Наткин устало.

– Порядок. Делай, что сказано, да смотри, не ошибись!

Неизвестный мужчина бросил трубку.

Пять минут спустя Сэмюэл Наткин извинился перед женой и направился в гараж, где провел остаток вечера. Ему хотелось побыть одному.

На следующий день он выполнил все, что ему было приказано. Пройдя по Западному проезду, он уже добрался до поворота в Центральный, как вдруг заметил мотоциклиста, который, сидя в седле, изучал дорожную карту. На мотоциклисте были надеты шлем, защитные очки, а лицо до половины замотано шарфом. Сквозь шарф он и окликнул Наткина:

– Эй, приятель, ты мне не поможешь?

Мистер Наткин помедлил, но из вежливости все же подошел. Став на край тротуара, он склонился над картой.

– Я за пакетом, Наткин, – услышал он свистящий шепот.

Тут же пакет выхватили из рук Наткина и под рев стартера бросили в сетку, висевшую на руле. Мотоцикл рванулся вперед и исчез в потоке транспорта, спешащего по Альберт-Бридж-роуд. На все потребовались считанные секунды. Полиция вряд ли сумела бы догнать злоумышленника – так быстро он все проделал… Мистер Наткин грустно покачал головой и повернул назад, в Сити.

Автор теории об именах и прозвищах был бы не прав в случае с сержантом Смайли. [2] Сыскной агент из Департамента уголовного розыска явился к Наткину через неделю, хмурым зимним вечером. Длинное лошадиное лицо и карие глаза придавали ему сумрачный вид. В долгополом пальто он стоял на пороге, смахивая на гробовщика.

– Мистер Наткин?

– Да.

– Мистер Сэмюэл Наткин?

– Да-да… Это я.

– Детектив сержант Смайли, сэр. Не могли бы вы уделить мне пять минут?

Он собрался достать из кармана удостоверение, но мистер Наткин удержал

его.

– Может, войдете?

Сержант, казалось, находился в замешательстве.

– Я к вам, мистер Наткин, как бы это… по сугубо частному… э-э-э… можно даже сказать, затруднительному вопросу, – начал он.

– Да, Господи! Никаких затруднений, сержант!

Смайли посмотрел на него с удивлением.

– Нет затруднений?

– Клянусь, что нет! Билеты для полиции будут присланы прямо из теннисного клуба. Как секретарь, я…

Сержант Смайли нервно закашлялся.

– Боюсь, билеты на матч здесь ни при чем, сэр. Я пришел к вам по делам следствия.

– Я к вашим услугам. Говорите, пожалуйста.

Смайли страдальчески поморщился.

– Я имел в виду ваши личные затруднения, сэр. Ваша супруга дома?

– Да, но она в постели. Видите ли, она рано ложится спать. Здоровье у нее не совсем…

Словно по сигналу, с верхнего этажа раздался раздраженный голос:

– Кто там, Сэмюэл?

– Это джентльмен из полиции, дорогая.

– Из полиции?!

– Не волнуйся, дорогая. Он… э-э… по поводу предстоящего матча с полицейским теннисным клубом.

Сержант с одобрением кивнул, и вместе с мистером Наткиным они прошли в гостиную.

– Теперь вы, вероятно, объясните, что все это значит? – спросил мистер Наткин, плотно прикрыв за собой дверь. – О каких затруднениях, собственно, идет речь?

– Несколько дней назад, – начал сержант Смайли, – мои коллеги из столичного управления посетили одну квартирку в Вест-Энде. При обыске обнаружили пачку конвертов.

На лице Наткина был написан неподдельный интерес.

– Около тридцати конвертов и в каждом из них – открытка с именем и домашним адресом мужчины. В некоторых случаях указан и служебный адрес. Имена все разные. В конвертах имелись также негативы. Сфотографированы мужчины, как правило, довольно солидного возраста, вдвоем с женщиной за занятием, позволю себе добавить, крайне компрометирующего свойства.

Сэмюэл Наткин побледнел и нервно облизнул губы – во рту пересохло. Сержант Смайли не сводил с него пристального взгляда.

– Женщина на всех снимках одна и та же. Полиция ее знает, как профессиональную проститутку. Найден конверт, на котором написано ваше имя с домашним адресом. В него вложено шесть негативов, где запечатлены вы с вышеупомянутой особой в ситуации более чем определенной. Полицией установлено, что указанные лица – женщина и ее сообщник – являлись нанимателями квартиры, в которой производили обыск. Надеюсь, понятно, к чему я клоню?

Сэмюэл Наткин сидел, стыдясь поднять голову. Наконец он тяжело вздохнул:

– Господи помилуй! Еще и фотографии! Позор-то какой! Будь проклят тот час, когда все это случилось! Клянусь вам, сержант, я и не думал, что это запрещено.

Сержант Смайли озадаченно заморгал.

– Мистер Наткин, позвольте внести полную ясность в это дело. Никто и не говорит, что это запрещено. Ваша частная жизнь полиции совершенно не касается, если только вы не переступите черту закона. А связь с проституткой законом не запрещена.